Любовница - Анджела Дрейк

Но сейчас ей нужен был только он.

И так же, как и Сол, Тэра чувствовала в себе внутреннюю силу, которая позволяла ей идти своим путем, а не подчиняться обстоятельствам подобно другим людям.

На следующий день Рейчел заехала навестить дочь.

Она принесла желтые нарциссы и веточку сиреневых хризантем. Рядом с шестью дюжинами красных роз и огромной плетеной корзиной ирисов, присланных Солом, они выглядели прозаическими и незаметными.

Рейчел едва не стало дурно от густого запаха цветов Сола.

– Ну как? – спросила она, с ласковой улыбкой глядя на дочь.

– Все еще здесь, – бодро ответила Тэра. Румянец вернулся на ее лицо, волосы были вымыты, а в глазах блестели искорки возрождающейся жизнерадостности. – Я думаю, он выживет.

Рейчел пыталась сообразить, как ей сказать то, что она считала себя обязанной сказать. Прошло несколько секунд молчания.

– Ты сожалеешь, что я не потеряла его? – спросила Тэра. – Ну, по крайней мере, тебе не нужно думать – говорить или нет что-нибудь вроде "все что ни делается – к лучшему".

– И когда это я говорила что-нибудь подобное? – произнесла Рейчел, глубоко задетая.

– Но у тебя ведь возникала такая мысль, правда? – с вызовом спросила Тэра.

– Да. Боюсь, что да. – Рейчел помедлила. – Я думала о тебе.

– То есть?

– Я считаю, что это безумие – заводить ребенка, когда ты сама еще почти дитя. Ты не замужем за отцом ребенка. К тому же он на двадцать лет старше тебя, и ты о нем мало что знаешь.

– Перестань нести чепуху, мама!

– А если это просто ошибка? – настойчиво спросила Рейчел, уже с тоской понимая, что, сколько бы они ни спорили, она все равно проиграет.

Тэра уставилась на пышное изобилие роз.

– Этот вопрос настолько неуместен, что я не собираюсь отвечать на него.

Рейчел поморщилась, услышав в ее тоне отголосок того подросткового презрения, которое Тэра выплескивала на них с Ричардом три, четыре, пять, шесть лет назад.

– Мама, я не хотела тебя обидеть. Но это просто глупо – задавать такие вопросы!

– Ты действительно любишь Сола Ксавьера?

– Да. Я понимаю, что это звучит смешно. Но все-таки – да. И я понимаю, что не должна была допускать этого. Это было неразумно. Безответственно. Но я… я просто ничего не могла поделать с собой.

Мрачное уныние охватило Рейчел, когда она представила свою дочь, с ее незаурядными способностями, пойманной в силки беременности, забот о ребенке и зависимости от расположения богатого покровителя.

Если бы Ричард был жив… с отчаянием подумала она, понимая в то же время, что, скорее всего, это ничего бы не изменило.

– У него есть жена, Тэра. Ты подумала об этом? Подумала о ней?

– Конечно, думала. За кого ты меня принимаешь? Неужели я, по-твоему, какое-то чудовище?

Рейчел физически ощутила возмущение Тэры.

– Что он предлагает тебе? – спокойно спросила она. – Брак? Или собирается поселить тебя в качестве любовницы в роскошной квартире где-нибудь в престижном районе Лондона?

– Ну, зачем ты так? – вспыхнула Тэра. Ее лицо погрустнело. – Я пока не знаю всех подробностей. Возможно, ему не удастся получить развод. Во всяком случае, прямо сейчас.

Рейчел вздохнула. Воздержалась от комментариев. Ну почему молодые обязательно должны познавать все на собственном опыте, попадаясь в общеизвестные ловушки и капканы?

– Послушай меня, родная. Я признаю, что шокирована произошедшим. И встревожена тоже. Ты взваливаешь на свои плечи огромную ответственность. Дети – это цепи и оковы, хотя и замечательные. Уж я-то знаю. А ты могла бы иметь несколько лет свободы, чтобы сначала достигнуть чего-то в жизни.

– О, пожалуйста! – взмолилась Тэра, уставившись в потолок.

– Но в тоже время я рада, потому что появляется новая жизнь. Жизнь, в которой есть частица тебя, нас с папой и, конечно, Сола. Некоторым образом я рада этому ребенку.

– Да, – негромко проговорила Тэра после долгого молчания. – Для меня это немного похоже на возрождение, воскрешение для папы.

Рейчел улыбнулась, согретая новым чувством близости.

– Когда ты вернешься домой, мы все обсудим, – сказала она, неожиданно воодушевленная перспективой совместного посещения детских магазинов и возможностью опекать Тэру во время этого сложного, но, безусловно, захватывающего периода.

– Мама, я не вернусь домой, – жестко заявила Тэра. – Я буду жить с Солом.

Рейчел в изумлении посмотрела на дочь.

– Да, это решено! – сказала Тэра, не допуская возражений.

Рейчел почувствовала поднимающуюся внутри волну гнева. О, беззастенчивое бесстыдство юности, думала Рейчел, глядя на дочь, которая бодро и жизнерадостно строила восторженные планы будущей жизни, забыв о том, что еще вчера стояла на пороге ада. Дочь, которая собиралась войти в дом человека, который бросает свою, наверное, ни в чем не повинную жену, прожив с ней годы, сравнимые с целой жизнью. Жизнью Тэры, например.

– Не смотри на меня так! – предупредила Тэра.

Худшее было еще впереди. Пока они буравили друг друга сердитыми взглядами, в дверях появился Сол Ксавьер.

– Рейчел, – произнес он с глубокой, нежной интонацией, так же, как тогда на похоронах, и легко коснулся рукой ее плеча. – Рейчел! – Его голос был полон сочувственного понимания.

– Не усложняйте ситуацию, – едко произнесла Рейчел. – Мне хочется ненавидеть вас.

Сол понимающе улыбнулся. Он подошел к кровати, немного постоял, глядя сверху вниз, затем наклонился и обнял Тэру.

Тэра ощутила прикосновение его губ к своим, напористое вторжение кончика его языка, и дрожь желания пробежала по ее телу.

Она с нескрываемым обожанием посмотрела на Сола. Любой другой мужчина в этой ситуации, столкнувшись с расстроенной и разгневанной матерью девушки, которую он обрюхатил – а ее мать вполне способна употребить подобное выражение, – чувствовал бы себя виноватым, смущенным, пристыженным. Но Сол Ксавьер держался с достоинством, которое пересиливало неловкость создавшегося положения.

– Я только что говорила Тэре, что на месте вашей жены была бы готова на убийство, – заметила Рейчел.

Сол задумчиво кивнул. Сегодня рано утром между ним и Джорджианой произошла крайне неприятная сцена. Возможно, Рейчел была права насчет чувств Джорджианы.

– Я думаю, что, как только она свыкнется с мыслью о том, что я живу с Тэрой, она успокоится, – сказал Сол, вызвав восхищение Тэры и холодок ужаса у Рейчел.

– И когда же зародился этот захватывающий любовный роман? – спросила Рейчел.

– Когда я услышал, как Тэра поет в церкви на похоронах своего отца, – без колебания ответил Сол. – Если бы я знал, что мое дитя будет петь так на моих похоронах, я умер бы счастливым человеком.