Лич - 4 (СИ) - Иван Суббота

   - Не бойся, - сказал я, с трудом сглотнув. - Это яблоко. Вкусное. Держи!

   Не яблоко надо было сотворить, а обыкновенную краюху хлеба. Просто небольшой кусочек хлеба.

   Малышка, опять отчаянно замахала головой, переводя голодный взгляд с яблока на меня, а потом испуганный с меня опять на яблоко. Она сделал еще несколько шагов назад, за что-то зацепилась ногой и упала на попу. Не отводя взгляда от яблока в моей руке, она, упираясь ногами и руками в землю, пыталась отодвинуться от меня. Да что с ней такое?

   - Ты что? Ты никогда не видела яблока? - удивился я.

   В глазах что-то защипало. Наверное, это от местного запаха. От амбре Трущоб у кого угодно глаза заслезятся.

   - Видела, - сказала малышка, смотря голодными глазами на яблоко. - Мне Вил приносил однажды.

   - Так чего же ты? Бери его и ешь. Вил это кто? Брат?

   Она кивнула.

   - А разве так можно? - спросила девочка, по-прежнему не отводя взгляда от яблока

   - Как так?

   - Когда сами дают яблоко? Вил говорил, что надо сначала очень хорошо просить и тогда на паперти дадут что-нибудь поесть, но могут и побить.

   Я сразу даже не сообразил, что ответить на это. Молча сидел на корточках напротив ребенка и смотрел на нее.

   - Я скоро вырасту и тоже пойду просить милостыню, похвасталась девочка. - А то Вилу одному тяжело. Вил говорит, что у Храма Виты мне место выделят. У Храма Виты всегда хорошо подают. Вил говорил.

   Я опять сглотнул, хотя в горле было сухо.

   - Тебя как зовут, малышка?

   - Елена.

   Я закрыл глаза и глубоко вздохнул. А потом открыл их и посмотрел ее свойства. Человек. Нищенка. Восьмой уровень.

   И все. Больше никакой информации не было.

   Взяв маленькую ручку маленькой Елены, вложил в него яблоко. Слишком оно большое, такое ей надо держать двумя руками.

   Елена так и поступила. Прижала яблоко к груди двумя руками и, подняв голову и посмотрев мне в глаза, спросила:

   - А можно я поделюсь им с Вилом?

   И не дожидаясь моего ответа, быстро-быстро затараторила, словно боясь, что я не разрешу ей:

   - Его побили недавно, хотели денюшку отобрать. Нищие с другого конца Трущоб. Он уже два дня не ходил на паперть. Мы два дня ничего не ели. Можно я поделюсь с ним яблоком?

   - Конечно, можно! - сказал я. - И вот что. Это тоже ему передай.

   Я протянул девочке каравай пахучего хлеба с наложенным на него большим куском вяленого мяса. Все это я сотворил только что. Глаза ребенка расширились до невероятных размеров, а сама она стала напоминать героинь японских анимешных мультиков.

   - Погоди! Лучше сделаем так!

   Не знаю, можно ли ее брату есть такую пищу, но, думаю, он сам разберется. На паперть у храмов допускают с пятнадцати лет, малышни там нет. Видел я нищих у храмов, когда жил в Цитадели Света. Это у храмов Темных богов никогда не бывает нищих - боги Темной стороны этого не любят - а у храмов Жизни и Света всегда есть просящие милостыню. У храмов Порядка почему-то нищих тоже не бывает, не знаю, почему, никогда не интересовался этим вопросом.

   Я протянул Елене корзинку, накрытую белой тряпкой. Небольшая корзинка и не слишком тяжелая, вполне по силам Елене, несмотря на ее худобу. Если жесткое вяленое мясо может и не подойти девчонке и ее брату, то мягкое парное вполне подойдет. И молоко, и мед, и масло. А еще несколько спелых слив и абрикос. И белый пахучий хлеб. Несколько луковиц. Немного зелени.

   - Ты далеко отсюда живешь?

   - Нет, рядом. Вон там, - она показала на одну из лачуг неподалеку.

   - Тогда отнеси это Вилу!

   Сунув корзину в руки Елены, я резко выпрямился и быстрым шагом направился прочь из этого квартала. Что делают эти разработчики? Зачем это им? Какой в этом смысл? Демоны побери эти Трущобы! Не должно быть никаких Трущоб! Им не место в этом мире! Хочу, чтобы Трущоб не было! Нигде!

   Злость и жалость обуревали меня, хотелось кого-нибудь убить.

   Здесь, в Трущобах, стражников не бывает. Сюда вообще никто из посторонних, не проживающих в Нищем Квартале, не заходит, да и игроки очень редко появляются здесь - им тут просто нечего делать. Если я кого-нибудь сейчас убью, это может остаться без последствий. Сто процентов, останется без последствий. Никто не будет разбираться с тем, что произошло в Квартале Нищих. А значит, репутация с городом не снизится, если, конечно, какой-нибудь местный соглядатай не доложит об инциденте властям. Тогда репа города упадет, но и в этом случае не намного. А пока она не упадет до уровня "Ненависть", городская стража меня не тронет. Если, конечно, не поймают на месте преступления. А здесь, в Трущобах, не поймают. Некому ловить! Их здесь нет, стражников!

   И когда передо мной из какого-то темного переулка вышла троица, сжимавшая в руках тяжелые дубины, я только обрадовался этому. Не стал даже разговаривать с ними. Я даже шаг не замедлил и руку не стал поднимать, чтобы выпустить заклинания - они сформировались прямо передо мной и унеслись к бандитам сразу же, как только я услышал их первую, и единственную фразу:

   - Эй, лич, а ты пошлину заплатил, что так спокойно разгуливаешь по нашей территории?

   Трех мгновенных заклинаний оказалось достаточно, чтобы положить всю троицу. Возможно, где-то неподалеку притаились сообщники этих разбойников, но если это и так, то выйти из своих укрытий они не решились. А я, не останавливаясь ни на мгновенье, перешагнул через трупы и продолжил свой путь.

   На душе стало немного спокойнее. Как, оказывается, стало просто погасить накал эмоций внутри себя - достаточно убить мимоходом пару-тройку человек, и все. Хотя, еще с десяток злодеев я бы сейчас с удовольствием направил на рандеву с Мораной. Но, ничего, может мне еще повезет и кто-нибудь попадется мне на пути.

   Я шел по направлению к центру города и вертел головой по сторонам, выискивая очередную жертву. Постепенно злость покидала меня, я успокаивался. Хорошо, что мне больше никто не встретился, пока я шел по Трущобам. Все нищие разбрелись по своим нищенским делам. Или попрятались по своим углам. А когда я вышел к Кварталу бедняков, и навстречу мне стали попадаться разумные, я уже был почти полностью спокоен. А когда достиг многолюдных улиц, полностью пришел в себя. Хвала богам, моя репутация с городом не пострадает. Это хорошо. Мне здесь нравится. Мне здесь жить.

   - Привет, Барби! - сказал я, приближаясь к чародейке, стоявшей около входа в свою торговую палатку. - Как дела?

   - Привет, Эвери! - воскликнула Барби и улыбнулась. Эта девушка любит улыбаться. Уверен, она и в реальной жизни всегда улыбается. Есть такие люди, от которых всегда веет позитивом. Барби одна из таких.