Нерушимые каменные мосты - Дарья Согрина – Друк

была: либо антикварной, либо работой знаменитых дизайнеров. Огромные окна с тяжелыми бархатными шторами, создавали ощущение, что ты находишься в покоях французских аристократов, а не в особняке, притаившимся на берегу реки в горах.

Было начало сентября. Сад, окружающий дом, окрасился во все цвета осени. Феличия сидела в беседке на берегу водоема, стремящегося с гор. Она с безразличием листала какие-то конспекты, время от времени поглядывая на садовую тропинку. На столики подле нее стояла бутылка белого вина и бокал, ей было почти семнадцать и родители, видимо, не запрещали употреблять алкоголь. Девочка могла позволить себе совершать любые шалости, зная, что наказание не последует.

Кристи только исполнилось пятнадцать. Через несколько дней прокурорская дочка попросила ее зайти к ней, чтобы помочь подготовиться к новому учебному году. Феличия ходила в престижную школу в большом городе, но знаниями она не блистала. Так как ее учеба начиналась с октября, она предложила Кристи подтянуть ее по некоторым предметам, пообещав, в благодарность оплатить часы репетиторства. Девочка, втайне от матери, согласилась. Это был её шанс разузнать детали, касающиеся гибели Анны.

Занятия с Феличией проходили достаточно нудно. Большую часть времени прокурорская дочь пила вино, без всякого интереса слушая Кристи, которая из кожи вон лезла, дабы донести до пустоголовой барышни хоть какие-то знания.

В один из теплых дней сентября, девочки сидели на террасе, когда приехал Мирел. Он не стал их отвлекать, а расположился в плетеном кресле неподалеку от них. Он молчал, делая вид, что смотрит на бурную речушку, несущуюся очумело по острым камням. Но каким бы отрешенным не казался брат Феличии, Кристи временами чувствовала колючий взгляд голубых глаз на себе. Казалось, молодой юрист пытался прочесть ее мысли. Что-то в этом парне пугало девочку. Его вежливость, широкая улыбка, идеальная внешность – выглядели фальшиво. И как только Анну угораздило влюбиться в него?

Осознав, что Феличия мертвецки пьяна и почти спит на столе, Кристи решила завершить занятия. Она собрала книги и конспекты, сложив их в рюкзак, поднялась и направилась к выходу из сада. Внезапно на тропинке появился Адриан. Девочка испугано вздрогнула, осторожно отступив назад.

– Уроки окончены? – парень ехидно улыбнулся, мельком взглянув, на спящую в беседке Феличию.

– Да, уже поздно. Она устала. А мне пора домой, – Кристи потупила взор.

– Тебя провести? Скоро стемнеет. Небезопасно одной ходить по лесу, – в голосе Адриана прозвучал сарказм.

– Нет, спасибо. Я знаю короткую дорогу и успею добраться до наступления сумерек.

– Как знаешь, – Адриан тут же потерял интерес к ней и быстрым шагом направился к террасе, где рядом с сестрой уже сидел Мирел.

Кристи обернулась ему вслед. Феличия так же спала на столе, положив голову на руку. Мирел нежно гладил ее по голове, что-то шепча ей на ухо. Внезапно он поднял глаза и посмотрел на Кристи. Девочка быстро отвернулась и поспешила покинуть прокурорские владенья. Что-то с этим парнем было не так, она чувствовала это.

Кристи сидела на подоконнике, свесив ногу. Запах роз стал менее насыщенным, чем в предыдущие дни, и теперь не так раздражал ее. Девушка задумчиво потерла висок, словно пыталась что-то вспомнить. Внезапно ее взгляд прояснился, и она довольно улыбнулась.

– Анна…

Кристи спрыгнула с подоконника, подбежала к двери и, отворив ее, выглянула в коридор. Там было пусто. Виржилиу был в часовне. Младшая сестра и Констанца, наверняка, находились в гостиной или на кухне и вели пустые беседы. Михай отправился с утра на работу.

На втором этаже располагались четыре комнаты и ванная. Покои опекунов была на первом этаже. Кристи зажмурила глаза, пытаясь отчаянно вспомнить, какая из спален принадлежала ее подруге. Прошло шесть лет с ее гибели, а после ее смерти она ни разу не была здесь.

Констанца вряд ли бы отдала комнату дочери ей, или Анне. У священника была своя опочивальня. Кристи направилась к двери, находящейся рядом с комнатой Виржилиу, она дернула за ручку. Заперто. Да, это то место. Теперь осталось придумать, как попасть туда не вызывая подозрения. Кристи помнила, что Анна вела дневник. Наверняка, она его спрятала в надежном месте, чтобы никто из родственников не мог его найти и прочесть. Кристи хорошо знала подругу. Она отыщет ее записи и сможет, наконец, узнать, что заставило Анну совершить самоубийство.

Часть четвертая. Нерушимые каменные мосты

Предисловие

Отец Илия стал заведовать приходом, сразу же после окончания семинарии. Он был молод, амбициозен, мечтал когда-нибудь стать епископом. Но со временем, он осознал, что его присутствие в этом забытом богом городке, важнее высокого сана. Он прибыл в этот мир, не подниматься по карьерной лестнице, а творить добро в образе простого католического священника.

Шестьдесят лет жизни отец Илия отдал своим прихожанам. На своем веку он повидал многое: и пышные свадьбы, и мрачные похороны, и крещения младенцев, и предсмертные исповеди. Он любил свою паству, несмотря на ее несовершенство. Горожане также отвечали взаимностью священнику. Преподобный был тем человеком, который стремился помочь каждому нуждающемуся: когда делом, когда напутствием.

Его мягкий тихий голос не раз давал дельные советы отчаявшимся, помогая увидеть свет в кромешном мраке. Возможно, благодаря ему в городе не было наркоманов. Он совершил невероятное – остановил торговлю марихуаной и прочей дрянью. А вот с пьяницами ему не удалось справиться, не хватило времени. Болезнь сломила старика, но он, до последнего дня, пока недуг не свалил его окончательно с ног, проводил литургии. До последней минуты он не желал покидать эту бренную землю, боясь за своих прихожан, которые без его поддержки могли оказаться в бездне отчаяния. Отец Илия был святым человеком с твердой верой в Господа и неистовым рвением сделать этот мир чуточку лучше.

– Вера… Она хрупка, как яичная скорлупа! В то же время может быть тверже гранитной скалы! Я бы ее мог сравнить с каменными мостами. Каменный мост, соединяющий душу человека с Господом. Почему я выбрал именно этот образ для сравнения? Я сейчас объясню. Деревянные переправы или металлические виадуки подвластны разрушениям: гниль, ржавчина. А камень совершенно другое дело. На земле существуют множество каменных мостов построенных в древние времена. Такое сооружение стоит у нас на реке. Его воздвигли где-то в тринадцатом – пятнадцатом веке. Не буду лгать, я не знаю точной даты. Но могу тебя уверить, что оно соединяет два берега ни одну сотню лет. Этот мост символизирует веру. Ветра, дожди, землетрясения, наводнения, войны могли превратить его в одночасье в развалины и пыль. А он все