Проклятый кузнец (СИ) - Мануйлов Дмитрий

В пути тигр несколько раз свернул, обходя некоторые участки леса стороной. Фрей догадывался, почему он это делал: звериное чутье позволяло тигру избегать тех мест, где их могла подстерегать какая-нибудь опасность.

После очередного поворота тигр наконец остановился. Перед ними оказалось совершенно неприметное с виду дерево, ничем, по сути, не отличающееся от других. Разве что…

Тигр приблизился к корням, щедро засыпанным опавшей с дерева листвой. Пожалуй, слишком щедро. Под другими деревьями подобных насыпей Фрей не наблюдал.

Тигриная лапа нерешительно поднялась, словно собираясь разворошить листву, и замерла в воздухе. Морда зверя повернулась к Фрею.

– Что такое? Хочешь, чтобы я покопошился в этой куче? – догадался Фрей.

Тигр опустил голову, медленно и торжественно. Сам он лезть в листву не собирался, лишь указывал на неё сопровождающему его человеку.

Вздохнув, Фрей приблизился к дереву, сел на корточки и начал руками сгребать сухие листья с корней, пока не нащупал под ними что-то твёрдое. В небольшом, явно рукотворном углублении лежала простая деревянная шкатулка шириной в пару ладоней.

Откинутая крышка негромко щёлкнула, обнажая содержимое шкатулки. Брови Фрея приподнялись. Внутри лежало серое яйцо наподобие куриного, но чуть более крупное. Фрей бережно взял его в руки: яйцо было довольно увесистым и приятно холодило ладони.

– Так, а это что?

То, что он сначала принял за дно шкатулки, оказалось куском тонко выделанной кожи с каким-то текстом. Фрей достал её и прищурился, стараясь в темноте рассмотреть резкие, неровно начерченные буквы.

«Если ты здесь, значит, ты победил демонического зверя Пятой Ступени и остался жив. Поздравляю!»

Фрей хмыкнул. Он догадался, кто оставил записку.

«Не буду отрицать, ядро может оказаться для тебя весьма полезным. Но не обольщайся: для того, чтобы достичь Шага Духа, тебе не хватит и трёх таких ядер. А вот мне оно могло бы очень даже пригодиться! Так что я хочу предложить тебе ещё одну сделку. Сила – это, конечно, хорошо, но мёртвым она ни к чему. Как насчёт того, чтобы обменять ядро Пятой Ступени на твою жизнь?»

Брови Фрея нахмурились. Хушень что, угрожал ему?

«Это не угроза, – продолжала записка, словно заранее предугадав реакцию Фрея, – а всего лишь предложение. Яйцо, которое я оставил в шкатулке, возможно, когда-нибудь поможет сохранить твоё здоровье. Не спрашивай, как – для объяснения потребуется не маленькая записка, а целая книга, писать которую у меня нет ни времени, ни желания. Всё просто – ты или веришь мне на слово, или нет».

«Не вижу никаких оснований не верить Хушеню, – поделился своими мыслями Вэйшэн. – До сих пор он был для нас исключительно полезен».

Фрей кивнул, показав, что услышал Вэйшэна, и вновь погрузился в чтение.

«Если ты согласен на сделку, оставь ядро Пятой Ступени в шкатулке и отдай её моему тигру, а яйцо – оставь себе. Ручаюсь, что в трудную минуту оно тебе поможет. Если же ты предпочтёшь сохранить ядро у себя – что же, твоё право. Шкатулку с яйцом всё равно положи тигру в пасть. Он вернёт её мне, что бы не лежало внутри. В любом случае – удачи! Я приму любое твоё решение».

Внизу записки значилась подпись, обозначенная всего одной буквой, не оставляющей никаких сомнений в том, кто её оставил:

«Х.»

Фрей задумался. Хушень предлагал обменять фиолетовое ядро, чья польза была очевидна прямо сейчас, на невзрачное яйцо, весьма туманно объяснив возможную выгоду в будущем. Тут же вспомнилась поговорка, гласящая, что синица в руках была лучше, чем журавль в небе. Ядро Пятой Ступени могло быть использовано в любой момент, а яйцо…

«Можно взять и то, и другое, – как бы невзначай заметил Вэйшэн. – В конце концов, Хушеня здесь нет, и помешать тебе он не не сможет. Но, разумеется, в таком случае отношения с ним ты испортишь».

«Не стоит злить бога», – недовольно пророкотал Сишоу, явно не согласный с рассуждениями Вэйшэна.

«А что я? Я просто предложил, ничего больше», – тут же пошёл на попятную внутренний голос Фрея. Фрей мотнул головой: о том, чтобы обмануть Хушеня, который был к нему так добр, он и помыслить не мог.

– Я согласен.

Достав ядро Пятой Ступени из поясной сумки, Фрей в последний раз полюбовался живыми фиолетовыми бликами и не без сожаления положил его в шкатулку. Крышка захлопнулась, с громким стуком скрепляя заключённую сделку.

– Держи.

Убрав неприметное яйцо в сумку, Фрей поднял шкатулку с земли, отряхнул её и протянул к тигру. Хищное животное распахнуло пасть, в которой без проблем могла поместиться верхняя часть тела Фрея, и аккуратно сцепило челюсти, зажимая шкатулку острыми, как лезвие кинжала, зубами.

– Передай Хушеню мою благодарность. И прощай, – поклонившись, сказал Фрей. Здесь их пути с тигром расходились.

Но тигр почему-то не спешил уходить. Вместо того, чтобы развернуться и покинуть Фрея, отправившись к своему хозяину, он лёг на землю и с ожиданием уставился на человека.

– Что ты хочешь? Я уже отдал тебе всё, что должен, – непонимающе моргнул Фрей. Тигр затрепал мордой, разбрызгивая стекающую из пасти слюну, и носом ткнул назад, указывая куда-то себе за спину. Фрей всмотрелся: там, куда указывал тигр, не было ничего, кроме пустого леса.

«Он показывает не за спину, – высказал догадку Сишоу, – а на неё. Думаю, он предлагает тебе прокатиться».

– Прокатиться? – не понял Фрей. – Зачем?

«Откуда мне знать? Это он предлагает, а не я».

«Днём – убить волков и льва, а ночью – ездить на тигре, словно на лошади. Ничего не скажешь, насыщенные выдались сутки», – утробно хохотнул Вэйшэн, нисколько не обеспокоенный усталостью Фрея.

Обречённо вздохнув, Фрей поборол наваливающееся на тело утомление и подошёл вплотную к тигру. Он пообещал себе не жаловаться и намеревался сдержать слово.

– Хочешь, чтобы я сел тебе на спину?

Тигр негромко рыкнул. Как показалось Фрею, – утвердительно.

– Ха-а… Ладно, будь по-твоему.

В прошлом Фрею доводилось скакать на лошади, но с необходимостью оседлать тигра он столкнулся впервые. Да что там он – скорее всего, мало кому из людей выпадала такая возможность. Если вообще выпадала хоть кому-то.

Он перекинул ногу через туловище тигра, стараясь устроиться как можно удобнее. Руки обхватили мощную шею демонического зверя. Фрей только собирался сказать своему ездовому животному, что готов, как тигр, не дожидаясь сигнала, поднялся на лапы и сорвался вперёд.

Ощущения и впрямь отличались от тех, которые Фрей испытывал, когда скакал на лошади. Тигр сходу понёсся галопом, едва касаясь земли, чтобы с силой оттолкнуться и совершить новый прыжок. Никакой упряжи не было и в помине, и Фрей изо всех сил обхватил тело зверя своими конечностями, чувствуя, как под мохнатой шкурой перекатываются мощные мышцы.

Тигр ловко петлял между деревьев, избегая торчащих веток, но это нисколько не спасало от ветра, плотным потоком бьющего Фрея в лицо. Перед глазами плыли яркие пятна, по щекам сами собой побежали слёзы, и Фрей внутренне пожалел, что согласился на предложенную авантюру: его сил едва хватало на то, чтобы отчаянно цепляться за тигра, стараясь не упасть во время этой бешеной гонки. Стоило ему сорваться – и простыми ушибами Фрей бы не отделался, он был в этом уверен.

«Уа-ха-ха! – Сишоу весело расхохотался, явно не разделяла тревог своего хозяина. – Вот он – ездовой зверь настоящего воина! Фрей, давай оставим его себе? У Хушеня наверняка есть и другие тигры!»

Фрей не ответил, лишь крепче прижался к спине демонического зверя и до боли стиснул челюсти. Он был уверен, что услышал бы скрип собственных зубов, если бы не пронзительный свист ветра в ушах, заглушающий все остальные звуки.

Сколько времени они мчались сквозь ночной лес, Фрей не знал, но предполагал, что где-то от получаса до вечности. Но любая, даже самая затяжная гонка, рано или поздно завершалась. Когда тигр наконец замедлился, Фрей с трудом смог расслабить сведённые судорогой конечности, а, стоило зверю окончательно остановиться, как Фрей обессиленно скатился с его бока и рухнул на землю.