Осторожно, женское фэнтези. Книга 2 - Ирина Шевченко

Я подтащила к Грину еще два стула, поставила их вдоль стены вряд с тем, на котором сидел доктор, и, придерживая за плечи оказавшегося неожиданно тяжелым мужчину, аккуратно уложила его на бок на импровизированное ложе. Не очень удобно, но хоть на пол не свалится во сне. Только ноги затекут…

Стул под ноги я принесла из лаборатории (заодно убедилась, что мышки живы). Хотела снять с Грина ботинки, но подумала, что это уже слишком. Желать приятных снов тоже не стала. Прикрутила газовые рожки и вышла за дверь.

Как раз вовремя: по коридору навстречу мне шел Оливер Райхон.

— О, Элизабет, вы уже готовы? Подождете минутку, я хотел уточнить кое-что у доктора Грина.

— Его нет, — соврала я, не задумываясь. — Сама хотела попрощаться, но… Наверное, уже ушел домой.

— Жаль. Но ничего, зайду к нему в другой раз.

Если бы это была сцена из книги, именно на этом моменте заспанный доктор выглянул бы из кабинета еще и ляпнул бы что-нибудь двусмысленное… На счастье, в реальной жизни такие курьезы случались не с такой частотой, как на страницах романов, и мы с Оливером спокойно вышли на крыльцо.

Дождь уже закончился, однако бродить по мокрым дорожкам, меся грязь, мне не хотелось, а ректор и не предлагал: открыл портал прямо к общежитию. Но не распрощался сразу же. Сначала заверил меня в очередной раз, что волноваться не о чем, меня охраняют и не позволят и волоску с головы упасть. Потом переключился на Еву Кингслей. Он тоже уже сложил два и два и понял, почему декан прорицателей вдруг очнулась именно сегодня, но — вот странность — ни слова не сказал по поводу того, что я вдруг сорвалась с места и помчалась в ее палату. Создавалось впечатление, что он вообще не понял, как мы там оказались. Возможно, придумал для себя логичное объяснение вроде привлекшего внимания шума, и сам в него поверил, и если так, не стоило его переубеждать. Что-то подсказывало, что выданное мне пророчество не относится к поискам библиотекаря и касается только меня, и ничего тревожного в нем определенно не содержалось.

— Погодники обещают, что завтра снова будет солнечно, — сказал Оливер, высмотрев сквозь рваные облака бледное пятно луны. — А в пятницу эльфы открывают традиционную праздничную декаду полетом «Крылатого». Вы… Хотели бы прокатиться на летающем корабле, Элизабет?

— Корабль! — спохватилась я, отвлекшись от остальных мыслей, коих по обыкновению было так много, что я уже остро чувствовала нехватку дополнительных, как у Змея Горыныча, голов. — Я и забыла. Эльфы ведь не помнят каждого приглашенного в лицо? Ну, если я позову подругу?

Оливер откашлялся.

— Я не предполагал приглашать никого, кроме вас, но если вы хотите взять подругу…

— Конечно, хочу, — удивилась я. — У меня же два пригласительных. Не пропадать же-э-э-э… — жираф из известного анекдота в сравнении со мной обладал фантастической скоростью мышления. — Вы собирались пригласить меня на «Крылатый»? — вздохнула я, наконец поняв, о чем говорил ректор.

— Собирался, — усмехнулся он. — Но меня кто-то опередил. Позвольте, угадаю? Леди Райс или доктор Грин?

— Вообще-то — лорд Эрентвилль.

— Вы и господина посла тоже успели очаровать, что он расщедрился аж на два пригласительных? — с улыбкой поинтересовался мужчина.

— Нет, второе мне отдал доктор Грин, он не хочет лететь… А что значит «и посла тоже»? Кого я…В смысле… ой… Мне пора, простите, милорд…

— До завтра, Элизабет, — услышала я, бросившись к двери.

Вот это — точно была Элси, а не я!

Потому что я не торможу так отчаянно, не теряюсь, если меня зовут на свидание, язык у меня не липнет к небу, когда привлекательный мужчина пытается сделать мне комплимент, а краснеть я разучилась давным-давно.

Но это я, а Элизабет…

— Дура, — прошептала я, закрыв лицо руками. — Боже, какая дура.

И улыбка у нее совершенно дурацкая, отметила я, взглянув в зеркало в вестибюле.

Было бы от чего так лыбиться. Ничего такого он не сказал — дежурная светская фразочка. И на «Крылатый» позвал в рамках охранной миссии, или чтобы развлечь меня в ожидании неминуемого столкновения с библиотекарем.

Но все равно приятно.

Пришлось даже постоять недолго на лестнице, чтобы не шокировать подруг неожиданно сияющим после ночи в больнице видом. И без того я чувствовала вину перед ними. Обещала себе, что смогу заменить им Элси и стану даже лучше нее, а получилось, что еще сильнее отдалилась от Мэг и Сибил. Я просила Мэгги о помощи, когда перевелась на целительский, и полагала, что это нас сблизит, но в итоге хватило занятий с леди Пенелопой. К тому же подруга выбрала в качестве специализации фармацию, а меня интересовала клиническая медицина, так что и после того, как я сдам все экзамены, мы, скорее всего, окажемся в разных группах. Точек соприкосновения с Сибил было и того меньше, особенно теперь, когда у нее была вожделенная роль призрака и поклонник-некромант.

Кстати, отличная тема для шутки: она — призрак, а ее парень — некромант, они просто созданы друг для друга. А я — умница, придумала, о чем поговорить…

— Не смешно! — надулась провидица.

— Смешно, — не согласилась Мэг. — Но не к месту. Элси, ты уверена, что вчера тебе было плохо из-за простуды? Ты… не ударилась головой, например? Летти сказала, что нашла тебя на полу.

Я была ужасной подругой, но Мэгги и Сибил — самыми лучшими. Они поняли, что по такой погоде мне не захочется идти на ужин в столовую, а потому заранее набрали вкусностей и, едва я вошла в комнату, накрыли самый настоящий праздничный стол. Не было только спиртного, но это и к лучшему. После разговора с Оливером я и без алкоголя вела себя странно, что не осталось незамеченным.

— Простуда, — заверила я с сомнением поглядывающую на меня целительницу. — Ну, знаешь, ломота во всем теле, жар, голова закружилась. Но я не упала, скорее… прилегла. И меня уже вылечили. Совсем. И вот, глядите-ка, какой у меня теперь есть оберег. Бусинки — стекляшки, но нанизаны на настоящий волос единорога. Приносит удачу.

Об удаче Грин ничего не говорил, но, опять же, вспоминая Оливера, я этого не исключала.

— Миленький, — заметила Сибил. — Подходит к тебе под цвет глаз. Если раздобудешь еще пару волос и такие же бусины, можно сделать ожерелье для комплекта.

— Хорошая идея, — кивнула я. — Ожерелье и серьги, да?

— Может, это лекарство? — смерила меня озадаченным взглядом Маргарита. Некоторые обезболивающие дают такой эффект.

— У меня просто хорошее настроение. Есть причины.

Например, миссис Кингслей. Чем не прекрасная новость?

Прекрасная, — согласились подруги. Но Мэг хотела знать, как именно лечили Еву, и какое средство в итоге возымело эффект. А Сибил искренне порадовалась за преподавательницу, но после взгрустнула и сообщила, что если декан вернется к работе до конца семестра, экзамен по ментальному моделированию придется сдавать ей, а не «милашке Хигс» и это будет полная… к-хм… честно сказать, не ожидала, что наша маленькая предсказательница употребляет такие слова.