Платиновая карта - Фридрих Незнанский

— Так не возись, — спокойно сказал Сергей Михайлович. — Кто тебя заставляет?

— Кто заставляет? — Бандит усмехнулся. — Жадность, терпила. Она одна. Если б ты знал, сколько нам за тебя платят, ты бы меня понял.

Денис Грязнов сидел за столом с пакетиком апельсинового сока и задумчиво смотрел в окно, когда дверь офиса распахнулась и в дверном проеме показалась светловолосая голова Фили Агеева.

— Сидишь? — с непонятной ухмылкой спросил он. — Это хорошо. Потому что, если бы стоял, ты бы упал.

Филя вошел в офис и плотно прикрыл за собой дверь. Прошел к столу Дениса и рухнул в мягкое кожаное кресло.

— Ну давай, не томи, — строго глянув на Агеева, сказал Денис. — Что там у тебя случилось? Выяснил, кто похитил Акишина? Или где Максимович прячет его дочь?

— Круче! — сказал Филя. — Ну то есть пикантнее, — поправился он. — Я пробил номер «ауди» любовницы Андрея Максимовича.

— Ну?

— Да. Ты, наверное, сильно удивишься, если я скажу тебе, что ты с ней знаком.

— Смотря по тому, кем она окажется, — резонно ответил Денис.

— Так вот, любовница Андрея Максимовича и супруга похищенного бизнесмена Татьяна Олеговна Акишина — одно и то же лицо.

Денис изумленно покачал головой и присвистнул:

— Вот это да! Дело становится все интересней и интересней.

— И не говори.

— Выходит, она с самого начала была в курсе того, кто «похитил» ее дочь? — предположил Денис.

— Скорей всего, да, — кивнул Филя. — Если верить старушке, которую раскрутил Голованов, Татьяна Олеговна Акишина приезжает к Максимовичу регулярно. И зимой, и летом. Не знаю, как насчет интимных отношений, но они с ним старые знакомые.

Денис задумался.

— С другой стороны, Максимович мог ее просто использовать, — предположил он.

— Мог, — согласился Филя. — Но интуиция подсказывает мне, что они заодно.

— Если это действительно так, то не исключено, что Акишина может знать и похитителей своего мужа. Хотя все говорит о том, что исчезновение Веры Акишиной и похищение ее отца никак между собой не связаны. Когда ты возьмешься за Артура Акишина?

— Сегодня вечером. Я узнал, когда у него последняя пара в универе. Подожду его в холле. У них рядышком приличный кафетерий, там и поговорим.

— Что ты ему предъявишь?

— Записи разговоров, фотографии. Я узнавал — этот малыш строго блюдет свое реноме. Он член профкома факультета, общественный деятель и так далее. Короче, парень метит высоко и наверняка не захочет, чтобы я подпортил ему биографию. Предложу ему решить все проблемы тихо и без огласки. К тому же Голованов и Демидыч плотно взялись за Максимовича. Если тот во всем сознается, у нас будет еще один козырь.

— Думаешь, клюнет? — с сомнением спросил Денис.

Филя убежденно кивнул:

— Должен клюнуть. Я, конечно, не психолог, но тоже кое в чем разбираюсь и с такими ребятами разговаривать умею.

— Ну дай бог. Кстати, Голованов звонил двадцать минут назад. Они довели Максимовича до офиса компьютерной фирмы «Паскаль-маркет». Это та самая фирма, где вчера два часа отирался твой Артур.

— Помню-помню, — недовольно откликнулся Филя.

(За день до этого он действительно проторчал два часа в арке неподалеку от железной двери с табличкой «Паскаль-маркет». Проникнуть внутрь офиса Филе не удалось, на звонки и стук никто не откликался, только глазок видеокамеры смотрел на него сверху холодно и жестко.)

— Удалось что-нибудь разузнать про эту фирму? — спросил Филя.

Денис покачал головой:

— Нет. Зарегистрирована полтора года назад. Больше ничего не известно. Макс пробовал пробить по своим каналам, но глухо.

— Понятно, — вздохнул Филя. — Будем надеяться, что Голованов и Демидыч прозондируют этот странный офис. А что у тебя с похищением папаши? Уже есть какие-то наколки?

— Будут завтра утром, — ответил Денис.

Филя прищурился:

— Агентура?

— Угу. Дядя Слава по старой памяти навел. Правда, придется сильно потратиться, но это необходимые издержки.

— Что ж, дерзай, — пожелал Филя. Улыбнулся и добавил: — Только не будь излишне расточителен. А то знаю я тебя, Рокфеллера недоделанного. Швыряешь стукачам деньги пачками, а потом у тебя собственные сотрудники голодают.

— Что-то непохоже, чтобы ты голодал, — усмехнулся Денис. — Щеки, по крайней мере, вполне упитанные и розовые.

— Именно так они и выглядят, когда человек пухнет с голоду, — грустно заключил Филя.

В тот момент, когда взлохмаченная голова Фили Агеева просунулась в дверной проем и поинтересовалась, прочно ли сидит на своем стуле Денис Грязнов, оперативники агентства «Глория» Сева Голованов и Володя Демидов сидели в машине перед серым домом на Покровке, в одной из железных дверей которого скрылся несколько минут назад Андрей Максимович.

На улице было сыро и ветрено. Накрапывал холодный дождь.

— Кто пойдет? — спросил Демидыч, искоса глянув на Севу Голованова.

Сева едва заметно усмехнулся.

— Понятно, — сказал Демидыч и вздохнул. — Вечно самая неприятная работа достается мне. У тебя случайно зонтика нет?

— Извини, дружище, но нет.

— Ясно, — сказал Демидыч. — Ну я пошел.

Он поднял ворот пиджака и вышел из машины под дождь.

Остановившись перед железной дверью фирмы «Паскаль-маркет», взялся за ручку и слегка подергал. Разумеется, дверь была заперта. Тогда Демидыч нажал пальцем на черную кнопку электрического звонка. Немного подождав, снова нажал на звонок и теперь не убирал палец с кнопки не меньше десяти секунд. Однако ответа не было и на этот раз. Демидов вынул изо рта жвачку, стал на цыпочки и заклеил объектив видеокамеры.

Затем Демидыч вернулся в машину.

— Глухо как в танке, — коротко сказал он Голованову.

— Н-да, — ответил тот. — Ребята явно шифруются. Интересно, как они умудряются торговать компьютерами при такой дьявольской конспирации?

— Вывод один: никакими компьютерами они не торгуют, — сказал Демидыч. — Я так понимаю, что девчонку они прячут там. — Демидыч покосился на Голованова и весело спросил: — Ну что, командир, войдем туда вместе с дверью или будем ждать?

— Будем ждать, — сказал Голованов. — Окна фирмы выходят во внутренний дворик. Видеокамер, кроме той, которую ты оприходовал, нет. Иди к двери. Если через полчаса Максимович не выйдет, я тебя сменю.

Демидыч вздохнул, вновь поднял воротник пиджака и направился к железной двери. В полумраке глухой арки его почти не было видно.

На исходе двадцатой минуты дверь приоткрылась. Демидыч ухватился за ручку и с силой дернул ее на себя. Человек, приоткрывший дверь фирмы, явно не рассчитывал, что ему придется столкнуться со столь мощной силой, какую представлял собой оперативник Володя Демидов.

Не успев выпустить из пальцев ручку двери, он вылетел из холла как пробка из бутылки и упал на асфальт. Это был Андрей Максимович.

— Привет! — с улыбкой сказал ему Демидыч. — Не ушибся?

Когда Максимович поднял голову, чтобы посмотреть на своего обидчика, обидчик был уже не один. Рядом с ним стоял еще один человек, причем лицо его показалось Андрею Максимовичу удивительно знакомым.

Человек со знакомым лицом протянул Максимовичу руку. Однако рыжий парень предпочел подняться с асфальта сам.

— Какого черта вам здесь нужно? — резко спросил он двух незнакомцев.

— Мы из милиции, — сухо ответил Голованов. — А нужен нам Андрей Андреевич Максимович. Если не ошибаюсь, это именно вы.

Максимович выглядел скорее удивленным, чем напуганным.

— Из милиции? — спросил он, обводя недоверчивым взглядом Голованова и Демидова. — Больше похожи на бандитов. А вы, собственно, по какому вопросу?

— По жизненно важному, — ответил Демидов. — Причем не столько для нас, сколько для вас.

— Интересное кино, — задумчиво проговорил Максимович, который уже успел прийти в себя. — Ну а удостоверения у вас имеются?

Голованов достал из кармана пиджака липовую ксиву, раскрыл и поднес к лицу Максимовича.

— Следователь… — прочел Максимович. Лицо его вновь озадачилось. — Что ж, — растерянно проговорил он, — раз так, то… — Тут он глянул на Демидыча из-под нахмуренных бровей и строго сказал: — Может, вы отпустите дверь?

— С удовольствием, — ответил Демидыч, — но только когда мы все трое окажемся в холле. Очень уж хочется посмотреть на вашу замечательную фирму изнутри.

— Что ж, милости прошу, — сказал Максимович и широко улыбнулся, обнажив в улыбке крупные и желтоватые, как у многих рыжих людей, зубы.

Оперативники и Максимович переступили порог фирмы, и только после этого Демидыч отпустил тяжелую, железную дверь, которая с сухим щелчком захлопнулась у них за спинами.

В холле стоял большой письменный стол с двумя телефонами, а на нем табличка с надписью «Охрана». За столом, однако, никого не было.