Правильный лекарь. Том 12 - Сергей Измайлов

себе под ноги, потом кивнул и отошёл в сторону. Когда я поднялся на крыльцо, он стащил с головы шапку и шмякнул ей об землю, рыкнув от бессилия.

Мы вломились в дом так же резко и неожиданно, как охотники за привидениями на какой-нибудь заброшенный склад. На кухне за столом сидело четверо детей в возрасте от шести до четырнадцати лет. В центре стола стояла большая миска с картошкой, сваренной «в мундире», мальчики и девочки замерли при виде нас, не дочистив каждый свою картофелину, глаза широко открыты, как и рты, на лице испуг и удивление.

— А где ваша мама? — спросил я спокойным голосом.

Повисла долгая пауза, в течение которой ребята, видимо, размышляли, можно доверять дядькам в столь странной одежде или нет. Потом мальчик лет восьми, помогавший перед этим почистить картошку младшей сестрёнке, вскочил, бросил картошку на стол и набрал полные лёгкие воздуха.

— А я не скажу, где мамка! — вскрикнул он и нырнул под стол, увлекая за собой сестру. — Нету мамки, ушла она!

Дети в стрессовой ситуации говорят всё наоборот. Если бы её не было дома, а он почувствовал, что ему нужна защита, сказал бы, что он её сейчас позовёт и тогда нам всем несдобровать. Исходя из этого я сделал вывод, что мама всё-таки дома, просто не может выйти навстречу гостям.

Можно просто пойти по комнатам и найти её, но в этом случае поведение детей непредсказуемо, могут и топор сзади на голову опустить.

— Ребята, мы лекари из города, — начал я объяснять, демонстрируя пустые ладони, сумка легла на пол. — Во всех ближайших сёлах люди сильно болеют и умирают, а мы приехали их спасать. Если ваша мама болеет, то мы можем её спасти, но нам надо как можно быстрее к ней попасть.

После небольшой паузы из-за стола встал старший сын. Его лицо всё ещё оставалось бледным, но испуг почти прошёл.

— Идите за мной, дядь, — сказал он и, раздвинув шторки, повёл меня в дальнюю комнату.

На кровати лежала женщина, она дышала очень поверхностно и часто, глаза были открыты, но взгляд бесцельно блуждал по комнате, не останавливаясь ни на одном предмете. На меня она тоже не обратила внимания, значит сознание далеко не ясное, но и не кома. Я присел рядом на кровать и положил ей руку на область грудины, сканируя лёгкие. Увиденная мной картина была вполне предсказуема — субтотальное поражение лёгких.

Перед тем, как начать непосредственно лечение лёгких, я решил сначала подключить капельницу.

— Дяденька, а мама поправится? — спросил паренёк, который так и стоял рядом со входом в спальню.

— Обязательно, — кивнул я. — Именно этим я и занимаюсь.

— Дяденька, а что это вы сейчас делаете? — обеспокоенно спросил он, когда я пунктировал вену.

— Из вот этого флакончика, — я ткнул пальцем в висевший на штативе поллитровый флакон с физраствором, — маме в кровь будет поступать лекарство.

— А почему пилюльки нельзя? — спросил парень.

— Она сейчас не сможет выпить пилюльки, — ответил я. — К тому же ей сейчас жидкость нужна. Если ты не будешь меня отвлекать, то мама быстрее поправится.

— Простите дядя лекарь, больше не буду, — сказал парень и нырнул за шторы, закрывающие дверной проём.

— Подожди секунду! — крикнул я и между штор просунулась голова парня. — Взрослые дома ещё есть?

— Больше никого, — покачал он головой. — Папка уехал на заработки на тракторе в Нечеперть, ещё не вернулся.

— Вернулся, — сказал я. — Во дворе стоит, я сказал ему, чтобы в дом пока не входил, чтобы не заразиться.

— Правда? — просиял парень и уже готов был убежать, но я его задержал.

— Отведи моих коллег в другой дом, где тоже болеют, — попросил я его. — А то все наших костюмов боятся и в дом не пускают, а я пока твою мамку вылечу.

— Хорошо, — улыбаясь закивал парень и исчез, а я наконец занялся исцелением субтотальной двухсторонней пневмонии.

Через десять минут я попрощался с так и сидевшей за столом детворой, которая тут же бросилась в комнату матери, и вышел во двор, где давно не было ни парня, ни его отца, ни моих коллег. Выйдя из калитки, я увидел, как они выходят из следующей. Юдин махнул мне рукой, и я присоединился к компании.

Отец и сын помогали нам договориться с местными жителями, но мужчина помнил мои слова и держался поодаль, не подходя близко к крыльцу. Так мы обходили и исцеляли дом за домом, деревня относительно небольшая и за пару часов мы справились. Когда возвращались к машине, Поляков и Лукашкин уже стояли рядом, защитных костюмов на них не было. Посреди дороги красовалась белая кучка.

— Вы чего это? — поинтересовался я, поняв, что белая кучка и есть их костюмы.

— Да в последнем дворе собака бегала не привязанная, хорошо, что мелкая, — усмехнулся Поляков.

— Мелкая, а порвала нам костюмы в клочья! — пожаловался Лукашкин. — Вот мы и решили, что толку от них уже никакого, лучше снять.

— Это вы правильно решили, — сказал я, тоже снимая противогаз и стаскивая с себя противочумник, показывая тем самым пример Юдину и Соболеву.

— А это вы зря делаете! — возмутился Соболев. — работы ещё непочатый край, а запасных костюмов у вас осталось мало!

— Достаточно, — возразил я. — Хочется уже от него хоть немного отдохнуть.

— Некогда отдыхать! — не успокаивался Соболев. — Нам надо ехать в Нечеперть! Там наверняка люди помирают!

— Там не помирают, — возразил я и обратился к трактористу: — Я правильно говорю?

— Я только оттуда приехал, — поддержал меня мужчина. — Там никто не болеет этой заразой.

— Про приход стаи лис в деревню там не говорили? — решил я уточнить.

— Нет, — покачал он головой. — А наши все в один голос про этих лис талдычат.

— Вы ещё сомневаетесь по этому поводу, Василий Иванович? — спросил я у эпидемиолога.

— Эту версию надо проверить, — недовольно пробубнил Соболев. — Надо поймать хоть одну лису и взять у неё анализ.

— Вы её тоже заставите рот открывать? — рассмеялся парнишка.

— Мне живая лиса не нужна, — покачал головой Соболев. — Мёртвой вполне достаточно. Только чтобы не