Нам не узнать друг друга сразу - Алёна Медведева

Учитывая раннее время, неудивительно, что в столовой Крейван был один. И для меня это очевидный плюс. Вести себя решила достойно, пусть не все сразу и одновременно начнется. Сейчас бы первого помощника попытаться прощупать, хотя бы общее впечатление о его истинных намерениях получить, хотя бы ощущения… Своему внутреннему «я» доверяла безоговорочно, вдруг что-то да и зацепит.

Неймарец явно выжидательно посматривал на дверь, поэтому меня приметил сразу. Увидел и застыл. Вот в буквальном смысле застыл, на мгновение превратившись в сидячую статую. Наверное, это должно было мне польстить, если бы причиной не был столь сильный контраст с моим обычным видом. Поэтому не льстило. Скорее злило. В самом буквальном смысле, ибо именно такой я была когда-то, до того как в мою жизнь впервые вошла их раса. И именно из-за их вмешательства быть такой перестала! Эта вспышка гнева как-то отрезвила, приведя чувства и эмоции в порядок, позволяя более спокойно продолжить движение. Широко улыбнувшись мужчине, я плавно шагнула к меню выбора блюд, каждую секунду ощущая на себе его пристальное внимание. Конечно, я не заблуждалась насчет его чувств – даже в платье, со своей лысой головой, еле наметившимися бровями и самыми посредственными чертами лица я была далека от образа красавицы и по земным меркам, но тем не менее представляла собой невероятный контраст с тем бесполым образом, в котором существовала до этого. И это цепляло, вызывало интерес и ожидание того, что будет дальше. Интересно было и мне; в первую очередь, какую линию поведения он выберет после произошедшей со мной перемены. Он же не может не задумываться о причине сего явления? Интересно будет выяснить его предположения на этот счет.

Подхватив поднос, плавно двинулась к столику. Пристальный изучающий взгляд огненных глаз сопровождал каждый шаг, рождая в душе смятение и неуверенность. Все же кто я и кто он! И дело даже не в расах. Он – профессионал, для него скрывать свое истинное лицо, намерения и эмоции – норма жизни. И не такому дилетанту, как я, пытаться задеть его за живое. Если только пальцем в небо попаду…

– Отличный выбор, – кивнув на платье и помогая мне установить на столе поднос, прокомментировал ситуацию Крейван. – Работая совместно, порой совершенно забываешь о поле своего коллеги. Тем вернее с вашей стороны в выходной от работы день так эффектно преобразиться, напомнив всем нам, с кем имеем удовольствие сотрудничать.

Собран, деловит и сдержанно вежлив. Интересненько… Если я ничего не путаю, настрой у нас схожий, ожидается непростая беседа. Налет восторженной увлеченности отринут – во мне признали достойного оппонента. Время потратил не зря, – обдумал, взвесил и принял единственно верное решение. Я поступила бы так же. Нивелировав все свое предыдущее эпатажное поведение до вежливо-заинтересованного общения с коллегами. Впечатляюще! А ведь внутри он спокоен и критичен, и это совсем не совпадает с его темпераментно-порывистым внешним видом и поведением. Он определенно стратег и логик. И нам предстоит шахматная партия в обоюдном стремлении разобраться друг в друге. И если со мной все понятно, то с чем связан его интерес ко мне?

Глава 13

Ольга

– Крейван, вы не поверите, насколько мне действительно приятно ваше по-партнерски доброе расположение, пришедшее на смену той необъяснимой настороженности, что вы испытывали изначально, – старательно улыбаясь и всем своим видом выражая удовлетворение, первым делом произнесла я, устроившись на стуле напротив неймарца и намекая на то, что помню о нашей первой беседе в этой столовой.

– Вы не представляете, – сдержанно улыбаясь в ответ, любезно поспешил уверить меня он, – сколько раз я корил себя за тот эпизод, осознав, насколько неверно были мной поняты истинные мотивы вашего присутствия на «Эндорре».

Это о чем он сейчас? Надо ли понимать, что теперь ему известна причина моей переброски, или он предполагает, что знает ее? Или же она вообще известна всем, за исключением меня? Решив идти ва-банк, с легким налетом недоверия уточнила:

– Надо ли понимать, что вам раскрыли истинную причину моей переброски?

– Знайте, что характер вашей взаимосвязи с заинтересованным в вашем присутствии лицом мне теперь известен, а значит, – неймарец так и не расстался с располагающей улыбкой, – вы можете полностью довериться мне.

Ага, уже спешу! Но вот на что он сейчас намекает? Неужели на капитана? Что именно он как-то повлиял на мое неожиданное трудоустройство? И если да, то зачем?

– Вас что-то смущает в сложившейся ситуации? – наугад выстрелила я резким вопросом.

Неймарец ненадолго задумался, окинув меня очередным внимательным взглядом, прежде чем несколько покровительственным тоном заявить:

– Испытывая к вам бесспорное профессиональное уважение, не могу не отметить, что посчитал бы значительной потерей для коллектива нашего экипажа утрату столь ценного специалиста, как вы. Но которая, по прошествии какого-то времени, видится мне неизбежной.

Это он в открытую заявляет, что меня планируют пустить в расход? Или что еще такое в ближайшее время обязательно гарантирует мою утрату? Чувствуя, как от тревоги и волнения взмокла спина, улыбнулась в ответ с не менее покровительственным видом:

– Может статься, что все повернется таким образом, что без меня не смогут обойтись.

Ох, мои бы слова – да кое-кому в уши…

Крейван бросил на меня резкий, какой-то колючий взгляд, всего на долю секунды, но показавший истинное лицо этого мужчины. Сквозь тщательно натянутую овечью шкуру блеснул настоящий волчий взгляд! Рождая в моей душе ассоциацию с этим земным хищным зверем, который, будучи загнанным в угол, способен на все. Ох, как бы на себя такой напраслины не возвести, что за нее где-нибудь при случае тихонечко и удавят. Вернее, загрызут.

– Довольны ли вы тем, как проходят наши тренировки? – сменил он тему.

Если учесть, что их пока было всего две и обе завершились крайне неоднозначно… Я даже растерялась, не понимая, к чему он решил затронуть эту скользкую тему, поэтому необдуманно прошептала с застенчивым смущением:

– Понимая, кому мы обязаны данной инициативой, вряд ли можно рассуждать об актуальности каких-либо личных впечатлений, – пропустив в тоне намек на двусмысленность, пробормотала я.

– Разумеется, – ни на грамм не уступив мне в использовании многообразия оттенков эмоционально-смысловой нагрузки тона, поспешил согласиться первый помощник.

Сама не осознала чем, но он какой-то скрытой в ответе издевкой смутил меня. Стараясь не выдать своего состояния, я словно бы случайно скользнула взглядом по его лицу, груди… Все же невероятно сильный и внешне впечатляющий мужчина. Упоминание наших совместных тренировок в первую очередь ассоциировалось у меня с Тинарагом. И его сомнительными, но столь чудодейственно эффективными «советами». Вообще ситуация с этим завтраком и непонятным разговором все больше тревожила. Не сглупила ли я, согласившись прийти сюда? Рассеянно проглотив пару ложек модифицированного салата, чтобы скрыть собственную заминку, я неожиданно вспомнила необычную подвеску-капсулу медика. Скользнув взглядом в расстегнутый ворот форменной рубашки Крейвана, ничего там не обнаружила. Кажется, доктор говорил, что эта капсула с эниаром бывает у всех до поры до времени. А вот у сидящего напротив неймарца ее не было. Любопытная все же вещь непонятного назначения… Спросить, что ли? Все равно только загадками общаемся, причем мне совершенно неясными. «Спроси!» – неожиданно кольнул внутренний голос. Ну, раз так…