Острова жизни (СИ) - Гордеева Ольга Владимировна

— Наденете на запястья, если по пути возникнут трудности.

Тэйну показалось, что в ее голосе при этом проскользнули нотки смущения.

Ворота в Зар Алу представляли собой широкую гладкую арку в серебристо-серой стене высотою в два человеческих роста. Охраняли ее четверо стражников, вид которых показался телларианам смешным: черный короткополый халат, широкие узорчатые шаровары точь-в-точь как у разбойников, головной убор, напоминавший ахтамарский тюрбан. Лицо скрывала тонкая черная кисея. У одного из них пейер был расшит ярко-желтыми узорами, а тюрбан был в два раза выше прочих. Кельхандар хихикнул, но Данира оглянулась и наградила его столь свирепым взглядом, что он смущенно потупил глаза.

— Лейт, иди передо мной, — шепнула она быстро. — А вы оба — назад, на два шага, и глаза в землю, руки в рукава, быстро! — и поспешно набросила на голову капюшон, прикрывая лицо наполовину. — Оружие — спрятать!

Стражники скользнули по ним сонно-равнодушными взглядами, и только тот, что в узорчатом пейере, с оценивающим прищуром обшарил глазами стройную фигурку Лейт, но, наткнувшись на следующую за ней Даниру, почтительно наклонил голову. На мужчин никто не обратил внимания.

За аркой следовал длинный пустырь. Данира ускорила шаг, требуя от них смотреть под ноги и не задавать вопросов. Когда впереди замаячили стены домов, она пояснила, задыхаясь:

— Полоса контроля. Здесь, в земле — наблюдающие хэльды. Там, в стене рядом с аркой, Окно слежения. За стенами наблюдать туман мешает, а здесь, если что, и видно лучше, и ловить легче.

Вслед за Данирой они шли по широким просторным улицам, каких Тэйн не видел ни в одном из государств Наземного мира. Чистые, серо-белые, рыхлый слой сиуры утоптан настолько, что напоминает камень. Те пространства, что предназначались для передвижения, он вряд ли бы назвал улицами. Странные, сферообразные или похожие на цилиндры, иногда и вовсе бесформенные строения — трудно было назвать их домами — вырастали из слоя сиуры, словно слепленные из тумана. Почти все были серебристого с синим или серого с сиреневым цвета, без окон, с дверьми-мембранами, с причудливыми рельефными украшениями, иногда — в виде кружев, наброшенных на здание сверху. Попадались и заборы, высокие, в два, а то и три человеческих роста, тоже ажурные, словно кружево, но прочные, как металл. Тэйн отвлекся на один такой забор, заинтересованный тонкой вязью узора, но недовольная Данира схватила его за руку и поволокла дальше, сердито мотая головой. Он вздрогнул от ее прикосновения, словно от удара, но она не заметила, обеспокоенная, как бы их не заметили любопытные и вездесущие глаза.

Данира петляла между строениями. Их архитектура изменилась — теперь они напоминали башни с украшенными ажурными переплетениями куполами или крышами. Вокруг самых высоких башен лепились башенки поменьше, а когда Лейт, которая по команде Даниры продолжала возглавлять процессию, решилась спросить, живут ли в них люди, или это просто украшения, та поспешно и взволнованно принялась объяснять, что дома-башни принадлежат либо древним аристократическим кланам, либо очень богатым людям.

— Мы такие же, как вы, — оправдывалась она. — Ваши потомки. Иногда смешиваем свою кровь с вашей. Там, в раканах, есть система карн, похожая на телларианскую. И ведем себя так же…

— А Следящие? — спросил Кельхандар. — И семьи жрецов и старейшин, если они есть? Где они живут? В ЗарАле?

— Только некоторые. Высшие жрецы Кэлленара обитают в Туманном Городе — Зар Изране. Там же находятся их семьи. Жрецы помладше и старейшины с семьями — тем приходится довольствоваться Зар Алой. У Следящих отдельный ракан. В нижнем кольце Туманного города есть святилище, где находится Дверь в наш ракан. Единственная, — вздохнула она. — Больше путей нет. По крайней мере, из Зар Алы. Может, конечно, я просто о них не знаю… — смутилась она под конец. — Опыта у меня маловато. Я и сейчас боюсь, что делаю что-нибудь не так.

— А чего тебе бояться? — хмыкнул Кельхандар. — Думаешь, следит кто?

— Не должны, — ответила она серьезно. — Это не принято. Следящим у нас — полное доверие. Отчет я даю только своему куратору и главе клана. В моем случае — это одно и то же лицо. Но все- таки…

Она привела их в одну из подобных башен. Башня очень сильно напоминала Ройгу устройство школы илларов: те же радужные лестницы, висящие в воздухе предметы, отдаленно напоминающие привычную мебель, множество маленьких прохладных и светлых комнат. Во всей башне сверху донизу не было ни одного человека.

— Это дом моей хорошей подруги, — рассказывала Данира, объясняя, что здесь к чему. — Не из Следящих, из семьи жрецов, с которыми поддерживал дружбу отец. Сейчас она давно уже замужем, но дом продавать не хочет — для нее это возможность иногда сбегать от немолодого и занудливого мужа.

Лейт сочувственно вздохнула, а Данира пояснила, откликнувшись на любопытный взгляд Кельхандара:

— Да, да, да, именно для того, что ты подумал. Браки по любви у нас большая редкость.

Хильд хмыкнул, вопросительно изогнув брови.

— И что ты ей наплела, когда просила разрешения воспользоваться домом?

— Неважно, — Данира порозовела и отвернулась. Потом решительно продолжила, ни на кого не глядя. — Теперь надо решить, как вы будете передвигаться по городу. Я предлагаю, — тут она повернулась к Кельхандару, — сделать из вас, господин Харриаберт, благородного зарда.

— Кого? — переспросил хильд.

— Ты вылитый аларей, — пояснила она. — То есть, местный житель. Так мы себя называем. Тебе нужно только перекрасить волосы. Завтра я принесу нужную краску, — она перевела взгляд на Лейт, не обращая внимания на возмущенное бурчание Кельха, — тебя, Лейт, мы переоденем покрасивее… по местной моде, — на Тэйна она посмотрела последним. — Ты, Тэйн, вписываешься хуже всех, — виновато вздохнула она. — Впрочем, если мы сделаем из Кельхандара аларея… — она задумалась, барабаня пальчиками по столу, и они терпеливо ждали ее решения. — Я вам объясню, как ходить по Зар Але и не вызывать подозрений, — решительно заявила она. — До завтра постарайтесь не попадать в неприятности. Останьтесь дома, пока я не приду. В холодильном шкафу — масса еды.

— Ты не пыталась узнать, где Вельг? — спросил ее до сих пор молчавший Тэйн.

— В Зар Изране он, — сказала Данира с брезгливостью. — Шляется по веселым домам. Я познакомилась с его Следящим — молодой оболтус, под стать вашему дружку. Вельга он почти не контролирует. У него еще шесть ведомых на Телларе, так что этот его не интересует. Думаю, у меня получится с ним познакомиться.

— Не надо, — прервал ее Ройг.

— Почему? — возмутилась она. — Он получил знак особого расположения жрецов — это ключ ко всем воротам Зар Израна и к внутренним святилищам Девятерых. Он бывает в святилище Илбара чуть ли не каждый день. Если втереться к нему в доверие…

— Или набить ему морду, — усмехнулся Тэйн, — и отобрать знак…

— Ну уж нет, — закончила она весело. — Морду ты ему бить не будешь — Следящий почувствует. Не дай бог увидит или заподозрит.

— Давай я ему морду набью, — предложил Кельхандар. — Тем более, говоришь, я на аларея похож. Решит, что свои его, за дело. А теперь пошли наверх, а то я сейчас умру с голоду.

Лейт подхватила брошенные прямо на пол заплечные мешки и побежала следом за ним, радуясь, что наконец-то сможет помыться и приготовить что-нибудь горячее. Ройг и Данира остались одни.

Она долго разглядывала его в полном молчании, потом неожиданно протянула руку и дотронулась до плеча.

— Ты совсем не такой, как я тебя представляла, — сказала она тихо. — Я ведь вообще ни разу не видела тебя в хэльдах. Ты в них не отражаешься.

— А какой же? — спросил он серьезно.

— Настоящий. Это не передать, — она смутилась и опустила глаза. — Каждый Следящий втайне мечтает встретить своего ведомого в реальной жизни. Только этого никогда не случается.

Тэйн смотрел на тяжелые крупные завитки серебряных волос, там, у висков, где всегда были маленькие паучки со сложным узором на спинках. Его узором. Сам не осознавая, что делает, он преодолел те несколько шагов, что их разделяли, и обнял ее.