Оплот и Пустота - Павел Клименко

   Идущий слева тай-Валинес иногда украдкой поглядывал на дочь, стараясь определить её сегодняшнее настроение. Более всего он опасался её неуместных заявлений, так сильно раздражающих стратигов, хотя гордая осанка и чуть холодный взор никак не выдавали его обеспокоенности.

   Наконец они достигли вершины холма и вместе с другими стратигами оказались внутри Свода.

   Исполинский купол, казалось, норовил расплющить человека. Стен как таковых сооружение не имело, заменой им служил стройный лес колонн, плотными рядами идущих по периметру. В узкие промежутки между ними прорывались резко очерченные полосы света, эффектно чередовавшиеся с длинными тенями. Четыре огромные арки изобиловали сценами сражений богов между собой: седобородый Динакин верхом на крылатом морском коньке бился с мрачным богом смерти Хедиксом; богиня мести Кайпина пронзала острой пикой стоящего на возвышении Круориса; Закарод низвергал соперника громоподобным голосом; а бог ветра Ивентал швырялся смерчами из песка и сухой глины... Созданные по приказу великого Икилона, сцены эти должны были всегда напоминать людям, что проверкой всему служит война. Именно в ней отходит вся шелуха, человек познаёт себя по-настоящему, и становится видна его суть. Проявить таланты, победить, сохранить честь - так завещал потомкам основатель Бактуна.

   Свод всё больше полнился приглушённым гомоном сотен людей, стратиги живо разбивались на группы, придерживаясь при этом строгого деления на фракции. В разных частях помещения виднелись красные одежды Перикулов, бледно-бирюзовые - Модусов, лимонные - Астатов и другие цвета трёх остальных фракций, называемых малыми.

   Около четверти присутствующих составляли женщины, и они нынче разоделись в стиле "мне есть что показать". Большинство из них не могли похвастаться мало-мальски заметными стратегическими талантами, но регулярно посещали Свод дабы составить компанию супругу и держать руку на пульсе событий. Гилея не сильно жаловала этих барышень, смеющихся над каждой шуткой собеседника и изящно прикрывающих улыбку ладошкой, и они по большей части платили ей взаимностью.

   Неизменной темой почти для всех разговоров служили, конечно же, приближающиеся выборы. Соперничество между Модусами и Перикулами всё больше обострялось, а не оправдавшая надежд фракция Астатов, возглавляемая нынешним Великим стратигом, с каждым днём теряла популярность.

   Заметив прибывших, Советник направился к ним. При виде его Гилея всегда испытывала двойственные чувства: с одной стороны, ей нравилась компания этого умнейшего человека с твёрдым взглядом и грустной улыбкой, потерявшего вместе с рукой право быть вторым человеком Бактуна, но с другой - неприятно было ему всё время отказывать. Она прекрасно осознавала, что в её таланте он усмотрел некое продолжение себя, ещё одну возможность реализоваться через ученицу, взятую под опеку, однако не разделяла эти устремления.

   - Всё уже распланировано, - известил Советник, - но если ты хочешь поучаствовать, я упрошу Великого стратига. Он сделает исключение и тебе дадут корабль.

   Гилея как можно дружелюбнее улыбнулась и покачала головой:

   - Спасибо, не сегодня. Я пришла, как и обещала. Но буду просто зрителем.

   - Но когда снова настанет твой черёд, ты же не будешь отказываться?

   - Нет, - твёрдо заверила Гилея и перевела взгляд на отца.

   Тай-Валинес откашлялся и чинно сообщил:

   - Мы обсудили это во фракции. Её очередь попадает как раз на последние две игры.

   Советник некоторое время молчал, а затем усмехнулся одними лишь глазами:

   - Умно. Вроде как даёте дорогу молодым. Показываете, что не переживаете за выборы, так как уверены в победе. Но в то же время выставляете одного из сильнейших стратигов фракции.

   Лицо отца Гилеи оставалось бесстрастным, хотя внутри шевельнулась досада - слишком уж легко оказалось раскрыть их задумку.

   - Уважаемые, пора начинать! - голос Великого стратига заполнил помещение, перекрыв нестройный гул беседующих людей.

   Находящиеся в центре Свода группы отходили в сторону, освобождая место для участников, и вскоре это пространство заняли шесть стратигов (по одному от каждой фракции). Они выстроились кругом, спиной друг к другу. Зрители притихли в ожидании, хотя некоторые всё же не могли удержаться от комментариев, произнесённых шёпотом на ухо соседу.

   Почти каждый человек, рождённый в высшей касте, обладал способностью разворачивать мысленные карты. Получив начальные ориентиры в виде нескольких отправных точек (скала, дерево, дом), стратиг как бы мысленно поднимался над местностью и мог охватить усилившимся взором окружающие просторы. При этом карта получалась динамичной и отображала даже движущиеся объекты. Подробность её, длительность удержания в голове и охватываемое пространство зависели уже от индивидуальных способностей. Бывало, человек рождался без этого умения. В этом случае он переставал быть частью касты стратигов - так же, как физически неполноценный воин не мог оставаться ксангом.

   Гилея оставила отца и остальных представителей фракции Модусов поддерживать их ставленника и пробралась поближе к Кимону, которому предстояло участвовать в тактической игре.

   Ростом молодой стратиг заметно превосходил остальных участников игры; стройный и смуглый, он сильно смахивал на жителя Ассулта. Сегодня он щеголял в ярких штанах и пёстрой рубахе с короткими рукавами, украшенной узорами по кайме. Формально он входил в одну из малых фракций, однако на деле это означало практически полное равнодушие к борьбе за власть. Ласковый, смеющийся взгляд Кимона задержался на Гилее, и она улыбнулась ему в ответ.

   Всё это время в раскинувшейся за холмом гавани ожидали самые настоящие боевые триремы, специально подготовленные для сегодняшней тактической игры. Действовать им предстояло между двумя мысами, что вонзались в море скальными громадами.

   Великий стратиг велел начинать, и участники прошептали на ухо посыльным первые команды. Приказы побежали далее по цепочке сигнальщиков, вооружённых флажками, по цвету соответствующими определённой фракции. Как только воля стратигов достигла кораблей, сияющую бирюзой воду потревожили удары сотен вёсел.

   В тактической игре побеждал тот, кто оставался последним; а вывести соперника из игры позволялось тремя способами: попасть два раза из малой баллисты в район ватерлинии (ослабленный болт застревал в дереве, не пробивая его), высадить абордажную команду или ткнуться во "вражеский" борт прикрученным к носу длинным шестом, обозначая тем самым таранный удар.