Бастард Павла Первого - Мархуз

и прилегающие с юго-востока земли, но неожиданное появление невесть кого в регионе и резкое усиление датской армии чуток смутило Консула. Всё-таки датский нейтралитет полезнее потенциального вхождения Копенгагена в третью коалицию. Герцогство вообще-то входит в Священную Римскую империю, но находится на южной границе того же Гольштейна. По идее будет выглядеть, как провокация, а то и угроза. Мало того, задёргались англичане по идее владеющие правами на Лауэнбург, но пока не имеющие возможность его защитить. Для разрешения скользко-деликатного вопроса (чтобы не плодить возможных врагов) в Копенгаген прибыл сам Талейран.

Конечно, если бы всякие Денисы Питерские не лезли, то всё шло бы по расписанию настоящей Истории. Тем более, что вольный город Любек, возжелавший сохранить независимость, вдруг отправил ко мне (да, именно ко мне) делегацию и попросился под крыло. Иначе придут лягушатники и начнут доить местных. Тем более, что с руководством Гамбурга я нашёл вполне нормальный язык, так как не рвался нажиться на их богатствах. Чисто формальное владение торговым городом, у меня есть на чём деньги зарабатывать и без них.

Понятно, что регент пригласил моё сиятельство в столицу: то ли посоветоваться, то ли недовольную рожу скорчить. Аракчеев не успевает добраться, ибо поздно сообщение получит. Ох, навесят мне люлей в итоге, причём сразу от трёх монархий! Или запрут в темницу, где удавят, как ненужный элемент. Правильно бабушка сказала, чтобы спрятался и не высовывался, чего я неслухняный такой. Увы, умные мысли посетили мою головушку лишь на пути из Киля в Копенгаген. Тут же с Чигиринским на скорую руку идею сообразили на двоих. И правильно сделали, а то русский посол сразу занял выжидательную позицию, чтобы самому не попасть под горячую руку русского царя, когда тот наконец-то отреагирует.

— Ваше величество, ваше сиятельство, предлагаю разрешить эти вопросы деньгами, — отреагировал я после того, как выслушал что обо мне думают великие мира сего.

— А вот это интересно, — неожиданно отреагировал Талейран, чем удивил даже регента, — и что же вы предлагаете?

— Герцогство Саксен-Лауэнбург, по идее, не очень важная территория для хозяйствования. Я готов компенсировать потенциальные убытки Франции, которые могут возникнуть.

Удивлённые грандперсоны с любопытством уставились на меня, вспомнив что вообще-то я богатенький буратино. И выдержали паузу, чтобы услышать о размере откупных. Я даже сам немного обомлел от собственной наглости, поняв что они вообще-то вызвали меня для чего-то другого. Однако, недаром в преферансе говорят: «Сделал глупость — продолжай!»

— Я готов оплатить Франции недополученное в размере четырёх миллионов франков.

Блин, им же наверное плацдарм нужен, а не хозяйственные объекты? Пан Чигиринский и русский посол даже съёжились. Один, потому что был в курсе, а второй, наоборот, от неожиданности. Сумма по тем временам очень солидная, Наполеон на такие деньги может нанять пятнадцатитысячный корпус.

— А как предполагаете рассчитаться с английским королём? — подловил меня француз.

— Надеюсь, что через посредников смогу убедить его продать мне права на герцогство за пятьдесят тысяч британских фунтов. Деньги ему очень нужны, так как его величество уже в долгах. А эти земли слишком далеки от него.

— Ну, это смелое предположение, Георг Третий может и не согласиться, — засомневался Фредерик Датский.

— Попытку нужно сделать, ваше величество, чтобы потом не переживать оттого что не сделал.

Дурацкий кунштюк, которого просто никто не ожидал, требовал перерыва на обдумывание. А я понадеялся, что пауза растянется на время, достаточное чтобы Алексей Андреевич подъехал и вправил мне мозги. К концу сентября всё встало на свои места…

— И что, Алексей Андреевич, Денис смог выкупить Лауэнбург? Но это выглядит невероятно! — подпрыгивал на кресле царь-батюшка.

— Я сам поражён, ваше величество, — довольный Аракчеев тоже ёрзал на стуле от возбуждения, — кто же знал, что большие деньги сыграют свою роль.

— Ох, уж эта самостоятельность Альбервиля. Чуть не втравил нас с датчанами в конфликт с французами.

Император наигранно хмурился, хотя явно был доволен тем, что граф Кильский рискнул взять инициативу и самостоятельно выпутался из проблемы, да ещё и личными землями обзавёлся в Северной Германии. Священная Римская империя вот-вот распадётся и все это прекрасно понимают. Австрийский монарх уже не контролирует ситуацию, так почему бы не заполучить маленькое, но дружественное государство в тех краях.

— Как я понимаю, граф, следует передать ему ещё войска для контроля над Лауэнбургом и Любеком? Может пошлём ему корпус Багратиона раз решили отказаться от военных действий в направлении Баку?

— А его высочество Константин Павлович не обидится? Он ведь столько сил и даже личных средств вкладывает в него. Хотя, виноват, вам виднее.

— Честно говоря об этом я и не подумал. Какая-то идея мелькнула в голове по поводу Константина. Давайте встретимся через пару дней и как следует обсудим создавшееся положение.

Сверхгениальная идея, озарившая Павла Первого, мне явно не понравилась, когда я о ней узнал, зато цесаревич неожиданно начал прыгать от счастья. Наш государь решил обеспечить и второму сыну европейское государство, которое я уже примерил на себя. Причём Константину неважно было, что гриб совсем маленький, ведь это чистая Европа. Европее просто не бывает, а уж самостоятельность полная.

— Ваше величество, отец, я действительно побаиваюсь наследовать Россию. Уж очень много сложностей в правлении, которых я побаиваюсь. И претендовать на константинопольский титул я не рискую, а Саксен-Лауэнбург как раз по размеру получается. В крайнем случае, можно будет попытаться присоединить западную часть Мекленбурга со временем.

— Вот это правильно, сын, не будем останавливаться на достигнутом. Мало ли какие изменения в Европе будут происходить во время войны.

— А кто тогда будет цесаревичем?

— Николя ещё совсем мал, поэтому не буду спешить с решением.

Вот тоже проблема из-за нехватки совершеннолетних Романовых мужского пола. Возвращать права наследования женщинам Павел не собирался, поэтому решил как следует обдумать сложившуюся ситуацию. А графу Кильскому не только компенсировали понесённые финансовые затраты, но и передали гатчинский полк в полное владение навсегда. Без изюминки не обошлось — навязанное благородное решение уступить два торговых города и герцогство между ними вознаградили Гатчинским дворцом. Кроме того, граф Кильский получил внеочередное повышение в табели о рангах. Ну и орден Владимира четвёртой степени в довесок.

Глава 20

— Генрих Иванович, поймите, обидно, что так получилось, — нудел я в узком кругу.

Решение императора как-то обломило меня, вот и купался в депрессии последние дни. Хорошо, хоть сканудил в узком кругу: Чигиринский и братья Архиповы.

— Такое везение случайно и бывает лишь раз в жизни.

Действительно, после стольких лет трудов по становлению, звёзды вдруг сложились и персональный парад планет меня наконец-то