Сказание о двух мирах 3: Восхождение - Александр Григорьевич Пирогов

чушь, мы не за этим пришли! – Старший присел за барной стойкой и грубо приказал принести пива. Человек в мантии подсел рядом.

Услышав приказ, патрульные замолчали, но никто даже и не думал садиться за стол. Вместо этого они целенаправленно пошли к группе молчаливых сестер.

- Открывайте сумки и выворачивайте карманы. Приказ верховного правителя Келтера Каморана!

- Интересно, неужели сам Каморан лично распорядился, чтобы ты залез осмотреть мои трусы? - Алара с неприкрытой враждебность смотрела на представителя власти.

- Язвить думаешь, сучка! Тебе сказано – выполняй! Я не собираюсь тут отчитываться перед девкой, тем более перед предательницей Высоких Земель.

- Слушай, мальчик, если ты и твои бандиты не исчезнут отсюда, то боюсь все закончится очень печально.

Стражник, схватившись за меч, отпрыгнул на шаг назад.

- Я сказал, быстро построились вдоль стенки, иначе сдохните прямо в этой вонючей забегаловке! - Голос мальца звучал весьма угрожающе, хотя по интонации скорее походил на истеричный крик ребенка, которому не дают любимую игрушку.

Алара, сделав несколько пазов руками, наколдовала морозный шар, ее подруги схватились за посохи, а сопровождавший их мужчина достал из-под стола увесистую дубину. Клио же тем временем спокойно отпила пива, предпочитая пока не вмешиваться. Разбить четверку вчерашних крестьян ее сестры смогли бы и в меньшем количестве.

Битва (если ее можно так назвать) продлилась недолго, и закончилась тем, что у двух стражников отняли мечи, а самого наглого и громкого откинули к стене с помощью заклинания, вызвав тем самым волну смеха среди собравшихся.

- А теперь уносите отсюда ноги и скажите спасибо Анакану, что мы исповедуем мир и смирение, иначе уборщицам целую неделю пришлось бы отмывать от пола вашу кровь! – Алара в этот момент выглядела действительно грозно. Патрульные, как побитые собаки, принялись медленно пятится назад что-то жалобно бурча себе под нос.

Всеобщее веселье окутало таверну: собравшиеся хлопали, смеялись и одобрительно поднимали кружки за скорейшее окончание войны. Казалось, всего-то на всего небольшая потасовка пробудила в сердцах беженцев небольшую, но все же надежду, которой сейчас так не хватало. И среди этой радости, как гром среди ясного неба, раздался басовитый голос человека в капюшоне. Обращался он к начальнику патруля, который все это время сидел у барной стойки с кислой физиономией.

- Так вот значит какие у тебя бойцы! Ничего не сказать, орлы! У нас в ПБУ такие только драили сортиры и стирали носки, - он откинул капюшон, за которым все это время скрывалось изуродованное ожогом лицо, - жалкое зрелище.

Затем, схватив дорожную сумку, Холнар быстро извлек из нее пулемет. Присутствующие разом ахнули! Что это за здоровенная и непонятная штука? Для чего она? И почему ее вид просто излучает какую-то смертоносность?

- Ну что, девчата, не люблю длинных речей, но вам пришла пора познакомиться с «Громом Создателя», или, как я его сейчас называю… «Громом Павшего Бога»!

Из пулемета с грохотом вылетали какие-то непонятные сгустки разрывая и уничтожая все на своем пути. Клио, не растерявшись, схватила деревянный стул и что есть сил метнула его в бывшего командира отряда ПБУ, но даже это не смогло спасти ее товарищей. Никакая реакция не могла быть быстрее выстрелов этого оружия, и буквально за пару секунд от группы молчаливых сестер и их сопровождающего остались только изуродованные трупы.

- Ах, ты тварь! – Холнар схватился за голову – стул все же достиг своей цели. – Хватай ее, придурок, эта тоже из них!

Таверна тем временем превратилась в муравейник. Все старались как можно скорее покинуть это злосчастное место: кто-то бросился к окну, кто-то зачем-то лез в подвал, но большинство, все же, бросилось к выходу. У Клио же сейчас не было времени поддаваться панике или оплакивать павших сестер, нужно во что бы то ни стало добраться до сумки Алары. И, кажется, удача ей способствовала: пробившись через толпу и увернувшись от пытавшегося схватить ее стражника, она смогла схватить поклажу сестры и выскочить в открытое окно.

Она бежала что есть сил в саму гущу леса; погоня то слышалась, то затихала. Силы постепенно покидали Клио, да еще и это проклятое болото!

«Эх, если утону в трясине, то хотя бы утащу этот проклятый мифриловый ключ с собой. Пусть поищут потом!» - так она думала, вступая ногой в кованую грязь. Но ей повело, трясины тут не было, и вымокшая и лишенная сил молчаливая сестра, пройдя болото, рухнула на небольшой холмик.

«Кажется, ушла. Так, надо убедиться, что все на месте… Что!!?? Нет! Нет! - мифрилового диска в сумке не было, - Это вообще не сумка Алары, я перепутала, дура! Алара, Кенра, Малика, Кордар… простите меня, я вас подвела! Я подвела всех!!!»

Глава 10

В дальней комнате, расположенной недалеко зала приема гостей, туда-сюда ходила закутанная в вуаль фигура. Со стороны могло показаться, она кого-то ждет или что-то задумала, но это было совершенно не так; все ее движения были абсолютно бездумными и хаотичными.

В последнее время Фелиния Каморан здорово изменилась, причем не в лучшую сторону. Твердыня Каморанов стала для нее своеобразной тюрьмой, где каждая минута проходит в ожидании прибытия палача. Присев она стул, она краем глаза посмотрела в настенное зеркало, но затем быстро опустила взгляд в пол.

Да, на что там смотреть? На скелет, облаченный в тонкую кожу, непонятно по каким правилам природы еще способный дышать и передвигаться? Фелиния и так никогда не отличалась пышностью форм, но сейчас… да уж, лучше без комментариев.

Страх перед мужем полностью сковал сознание женщины, ведь теперь в его безумии больше нет никаких сдерживающих факторов – Дирк мертв, Его Голос уничтожена. Все! Келтер теперь полноправный и единственный наместник Павшего Бога в Общем Мире.

«Я же обещал карлику, что разрублю его надвое, а обещания нужно выполнять… Да, точно, тогда в склепе, я же и тебе тоже кое-что обещал, вот только подзабыл что именно?», - слова мужа не покидали мозг ни на секунду, а фразу: «Тебя я, наверное, тоже убью когда-нибудь»,- сказанную тогда в склепе, она помнила очень хорошо. Нет, это не может продолжаться вечно! Неужели и ей и вправду скоро предстоит принять смерть от рук сумасшедшего мужа-фанатика?

Зато потом ее объявят святой, как Дирка; везде будут стоять храмы благоверной Фелинии, покровительницы семьи и любви, а жители Общего Мира будут приносить туда цветы и молиться за здоровье.

«Прекрасно, но жить-то я хочу