На двух тронах - Марина Серова

Ставки были слишком высоки, жизнь девочки, мать которой, видимо, совершенно лишившись остатков здравомыслия, продолжает подыгрывать преступнику, абсолютно не понимая, чем, а точнее, кем рискует, висела на волоске. Сделав глубокий вдох, я, позабыв обо всех сомнениях и об отсутствии доказательств, пустилась напролом: – А ведь это он, твой любовник, Николай, изобразив светилу медицины Льва Давидовича, скрылся с Сонечкой на повидавшей виды вишневой «девятке» в этом поселке? – осторожно спросила я, пытаясь заглянуть Лике в глаза. И сразу же уточнила, чтобы переключить ее с второстепенной мысли на главную: заставить подумать о жизни собственного ребенка: – А ведь мы не хотим, чтобы он причинил ей вред? – повторно спросила я, требовательно вглядевшись ей в лицо. Наконец Лика отрицательно покачала головой. – Хорошо. – Я удовлетворенно кивнула, голос мой продолжал звучать бесстрастно, разве что слегка настороженно, хотя внутри я ощутила некоторое облегчение, осознав, что мой пробный шар попал в правильную лузу. – И ты покажешь мне, где дом? – Повторный, но теперь уже утвердительный кивок. – Прекрасно!

Я завела мотор и тихо направила машину по следам «девятки». Повернула направо, потом въехала под полуопущенный шлагбаум, куда наш джип поместился с трудом, а дальше была развилка, от которой в сторону отходили две запорошенные дороги, и на каждой из них виднелись свежие следы автомобильных покрышек.

– Куда? – повернулась я к Лике. Она кивком указала налево. – Ты не обманываешь меня? Напомню, в твоих интересах, чтобы мы быстро нашли Николая, он опасен и может в любой момент сотворить непоправимое! Как ты вообще могла доверить ему свою дочь?! – все же не сдержавшись, я озвучила доводившую меня до исступления мысль. В конце концов, я могла понять многое, и даже эту непонятную страсть, заставившую Лику войти в сговор с преступником, но вот как она могла доверить ему жизнь собственной дочери…

Лицо Лики было растерянно, мне показалось, что в ее глазах промелькнуло нечто похожее на раскаяние или, скорее, сомнение, но я слишком давно охраняю людей, а, значит, и встречаю преступников, чтобы поверить в ее крокодиловы слезы. Проехав какое-то время в указанном ею направлении, я решила проверить ее настрой.

– Лика, сейчас я аккуратно отклею скотч, чтобы мы могли общаться, – пытаясь понять по выражению ее лица истинные намерения женщины, произнесла я, понимая, что мне необходимы ее точные указания для обнаружения дома, чтобы Николай не скрылся раньше времени. – Вы обещаете, что будете вести себя тихо, в противном случае мне придется применить силу, – и, прежде чем она успела усомниться в моих угрозах, я вынула и продемонстрировала ей свой маленький, но не ставший от этого более безобидным «вальтер». Глаза Платовой расширились от ужаса, как завороженный взглядом удава кролик, она медленно кивнула, не отрывая взгляда от оружия. – Тогда договорились! – Я медленно, чтобы не доставить ей лишней боли, отклеила липкую ленту.

«Похоже, только увидев оружие, она оценила реальность происходящего и масштаб произошедших событий», – догадалась я, наблюдая за ее реакцией.

Словно в подтверждение моих мыслей, Лика сказала:

– Сейчас через два дома надо свернуть на смежную улицу и по ней еще метров триста вперед, – сухо распорядилась жена Платова. Я смерила ее внимательным взглядом, не торопясь убрать пистолет, действующий, как я только что убедилась, на взбалмошную дамочку гораздо лучше, нежели все мои увещевания, и только после этого проехала дальше.

– Какой дом? – спросила я, затормозив около высоких ворот.

– Откройте окно, темно, я здесь была один раз, так сразу узнать не могу, – недовольно попросила Лика. Я нажала кнопку и, едва стекло опустилось на несколько сантиметров, как она припала к щели и заорала что было мочи:

– Коленька, беги, она убьет тебя! – Голос ее был больше похож на дурной бабий вой, я недовольно поморщилась, молниеносно среагировав на ее не такой уж и неожиданный ход.

– Вот дура! – в сердцах выругалась я, обернулась, тюкнула ее пистолетом в затылок, отбив всякое желание орать, да и вообще от этого удара Лика вряд ли скоро придет в себя. Однако ее выкрик был первым подтверждением правильности моей догадки о личности преступника. Мысленно поздравив себя с очередным успехом, я, чертыхаясь себе под нос, выскочила к воротам, глядя на которые, Лика озвучила свое страстное воззвание.

Ворота, естественно, были заперты, но у меня не было времени на церемонии, я нажала на курок и точным выстрелом сбила замок. Где-то неподалеку залаяли собаки, калитка послушно открылась. Выставив руку с оружием вперед, я осторожно ступила на вражескую территорию. Окна дома были темными, но я успела уловить свет фонаря, погасший через секунду после выстрела в ближайшем от крыльца окне.

«Что, Николай, предупрежден, не значит – вооружен, – мысленно усмехнулась я. – Не получилось у вас сбежать…»

Мозг мой заработал подобно часовому механизму. Снайперским взглядом я оценила местность перед домом, поняв, что за шатким строением сарайчика мне, пожалуй, удалось бы спрятаться, вот только до него еще надо было добраться. Брать Лику и держать ее перед своим телом, как щит, было нецелесообразно, что-то подсказывало мне, что с моральными нормами у Коротова слабовато и он не дрогнет при виде подруги, да и взаимность их чувства у меня была под большим сомнением.

Медлить было нельзя, я сгруппировалась, высоко подпрыгнула, совершила в воздухе кувырок и приземлилась как раз у шаткого сарайчика. Николай, надо сказать, был начеку и все же успел выстрелить. На мое счастье, пуля просвистела совсем рядом, едва не задев меня. В доме раздался детский плач, я с облегчением выдохнула, значит, девочка еще жива и находится совсем рядом. Приземление мое было не совсем удачным, так как талая мартовская земля уже утратила былую мягкость верхнего покрытого снегом слоя, но еще не приобрела нагретую солнцем рыхлость. Площадкой мне послужил слегка подмороженный к ночи наст из схваченной льдом глинистой жижи, кроме того, мое правое колено ударилось о какую-ту твердую преграду, при ближайшем рассмотрении оказавшуюся большим металлическим листом.

– Что ж, фортуна на моей стороне, – хладнокровно констатировала я, обнаружив этот подарок судьбы. Поставив его перед собой, я без труда добралась до крыльца, скрытая проржавелым металлом от оборонительных выстрелов Коротова.

Дальше все было как в заезженных фильмах про бандитов. Я ворвалась в дом, и хотя эффекта внезапности не получилось, преступника мне все же удалось застать врасплох, его оружие было бессильно против моей неожиданной защиты в виде куска железа. После темной улицы глаза мои без труда различили силуэт Николая, которого я оттеснила к стене. Ловко извернувшись, я двинула его острым краем листа по руке, и он выронил пистолет, но вот чего я не учла, так это его бойцовских навыков. Николай, а я сразу его узнала по фото, когда он приблизился ко мне, и его лицо весьма кстати осветила луна, как выяснилось, был не только мастером по дамским сердцам и подтасовке данных в экономических отчетах. Он также, по моим оценкам, неплохо владел техникой рукопашного боя. Мой пистолет он легко выбил ответным ударом, всем телом бросившись на все тот же железный лист, который отлетел вместе со мной к входной двери. Я могла перенести практически любые удары, но вот нанесенную обиду моему последнему фавориту – «вальтеру» – простить просто не имела права.

Я сгруппировалась в стойку и увидела, как в руках Николая блеснуло лезвие ножа. Он сделал выпад, я ожидала чего-то подобного, поэтому, не раздумывая ни секунды, применила контрбросок, всем телом подавшись в направлении тяги его тела, почувствовав, что он теряет инициативу, я изменила направление своего полета и сбросила его спиной на ковер. Хотя я и была физически слабее, чем мой противник, но я использовала эффект неожиданности. Коротов упал, а его рука с ножом промелькнула около моей щеки. Как кошка, я прыгнула на эту руку и сдавила коленом кисть, но лишь после едва различимого хруста Николай ослабил захват ножа. Я хотела перехватить опасное лезвие, но мой противник оказался проворнее, чем я ожидала, он изогнулся, ударил меня коленом в затылок и перекинул через голову. Я ударилась о стену, но и не думала сдаваться, успев лишь увернуться от последующего удара ногой пришедшего в себя противника. Отпрыгнув в сторону, я выбросила ногу, чтобы одновременно с возвращением себя в вертикальное положение успеть двинуть Коротову в ухо, что мне почти удалось, но удар прошел вскользь, едва ли нанеся хоть какой-то ощутимый вред моему оппоненту. Потеряв равновесие, падая, Николай схватил стул и швырнул его в меня, я резко кинула свое тело в сторону, ощутимо ударившись позвоночником о незапертую входную дверь. Признаюсь, в этот момент я серьезно разозлилась и, стиснув зубы, двинулась на успевшего подняться мужчину. Лицо его уже не оставалось для меня загадкой, но разглядеть его полностью мне все никак не удавалось, так как наша драка в темноте больше напоминала танец теней – били мы в основном наугад, но никто не хотел сдаваться. Где-то в соседней комнате слышался какой-то шум, напоминающий возню в вещах, но для того, чтобы выяснить, все ли в порядке с Сонечкой, а я надеялась, что именно она шумит за закрытой дверью, мне необходимо было как можно скорее нейтрализовать преграждающего мне путь преступника. Я приняла стойку и приготовилась к решительному нападению.