Завещание великого шамана - Колупаев Александр Алексеевич

– Подвожу итог нашего совещания: все последующие наши действия и даже мысли должны быть сосредоточены на якобы осмыслении и подготовке к съемке фантастического кинофильма. Не волнуйтесь за себя, предварительное согласие с частью системы, а именно с нашей планетой – Землей мною получена! Так что вы под частичной защитой системой! Главное вам думать о том, что все, что вы делаете – это для кино! Ну, доедайте вашу колбасу и вперед!

До вылета оставалось чуть менее полчаса, а Алексей как всегда, опаздывал! А вот и он: запыхался, за спиной – зеленый рюкзак, на ногах – кеды.

Турист, одним словом! Не привык ещё главный инженер нашего завода к тому, что у нас есть самолет.

Eclipse 500, шестиместная реактивная машина, всегда готовая к вылету. Что ж, он отчасти прав – свой самолет может и подождать! Полчаса, срок небольшой, долетим и успеем доехать до Чулмыша засветло. Работница аэровокзала, помахав нам рукой, проводила на летное поле.

Пилоты нашего самолета, приветливо улыбаясь, доложили о готовности к полету. Не знаю почему, но после взлета я уснул и, заботливо укутанный пледом, проспал весь полет. Только когда турбины самолета, переключенные на реверс, взвыли, тормозя, проснулся вполне отдохнувшим и бодрым.

Ох, и повертелся Лёха, удивляясь красотам Алтая! Засиделся наш компьютерный гений у экрана! Засиделся! А по приезду в поселок сразу помчался на речку. На мой оклик: «Не утони там, ещё пригодишься!», – только отмахнулся.

По приезду в Чулмыш меня ждали две новости и обе не совсем хорошие. Первая новость – у тещи обнаружили рак легких, и осталось ей жить от силы пару-тройку месяцев! Вторая, полегче – Николай, ничуть не смутившись от такого известия, уехал на дальнюю турбазу разбираться со срывами сроков строительства! Тоже мне брат называется! Мог бы и помочь, хотя бы сообщил моей жене Татьяне, легче было бы…

Теща, Нина Михайловна, обрадованная приездом зятя, хлопотала по дому, наставляя двух соседок – помощниц: гостей кормить надо. Была она бодра и, несмотря на болезнь, ещё и пыталась шутить и подсмеиваться над своей неловкостью. Боль, от неминуемой потери близкого мне человека захлестнула все мои чувства. И вдруг, словно молния, мой мозг пронзила мысль: о каком пустяке я думаю?! Я – великий шаман!!!

Мне даже смешно стало! Да не позднее, чем завтра, в медицинском блоке звездолета, второй пилот просто отдаст необходимые распоряжения и миллиарды нанороботов, повинуясь командам компьютера, быстро и просто реконструируют легкие моей теще.

Ах, как приятно быть всемогущим! Приятнее было вдвойне ощущать, что ты сохранил в своей душе простые человеческие качества, сохранил сострадание к беде и боли другого человека и можешь просто изменить его судьбу…

– Нина Михайловна! Простите – мама! – я взял её за руки, – перестаньте хлопотать, отдохните, я помогу женщинам. Вам завтра придется ехать со мной в одно очень известное медицинское учреждение, там пройдете курс лечения.

– Сашенька, сынок, да чего зря хлопочешь! Ты мне лучше внуков привези, пока ещё бодрая, повидаюсь, а опосля… нечего им смотреть будет на меня…

– Вы совсем забыли, что я – великий шаман! – и чего меня понесло? Распушил перья…

Однако, подействовало: женщины, суетящиеся у стола, разом замерли, повернулись и, смиренно сложив руки, склонили головы.

– Едем, едем, как скажешь, завтра и едем! Вот только соберу кое-какие вещички, ты, Сашок, зови Алёшеньку, хоть и поздний обед, а гостеньков дорогих покормить надо.

Алёшенька, за этим поздним обедом, ел за троих, шутил, хвалил кушанья, налегал на мясо, запивал шурпой и даже выпил рюмку арака – местного самогона. Это его немного развезло – не привык мозг программиста к такой дозе крепкого спиртного.

Закат догорал за горной грядой, розовые тени еще лежали на ослепительно белых вершинах далёкой Белухи, с которых стекала ночная прохлада.

– Слышь, Петрович, и где ты в этой Тьмутаракани нашел академиков, что учить меня будут?

– Не доставай, Лёшка! Завтра все и узнаешь, и академию увидишь и, академиков послушаешь! Да ещё каких! Давай, иди спать! А я ещё постою, видишь, намечается какая ночка, когда вот так ещё доведется постоять и послушать тишину и молчание гор…

Назавтра я, не особо церемонясь, растолкал безмятежно спавшего Алексея и мы бодрой трусцой направились умываться на речку. Лёшка разохотился было искупаться, но температура воды в начале октября сразу охладила его пыл. Разделись по пояс, до красноты растерлись полотенцами, сгоняя капли воды. Бросали плоские камешки: кто больше «испечет блинчиков», мальчишеская забава – считать рикошеты камешка от поверхности воды.

– Мальчишки, где вы? – Нина Михайловна звала к завтраку.

– Слышь, Петрович, вот и мы для кого-то ещё мальчишки! – Алексей стал сразу серьезным.

– А что ты хотел? Пока живы наши родители, мы – дети! Идем, мальчик, домой, лопать будем!

Теща стояла у калитки и укоризненно качала головой. Весь её вид говорил: «Ну, прямо как дети!»

После завтрака она протянула мне ключи зажигания старенького УАЗика:

– Вот, Николай просил передать!

– Всё, всё! Собираемся! – заторопил я их.

– Саша, сынок, а мне что с собой брать? Документы, анализы? И что покушать взять? Дорога, небось, дальняя? Собираешься на день, а еды бери на две недели!

– Нина Михайловна, да не берите ничего! Александр Петрович обо всем позаботился! – откликнулся Лёха.

– Да ты что. Лёшенька, знать – то надо, как к врачам собраться, одежду какую, одеть, денег сколько с собой взять…

– Вот про деньги не надо думать! Все есть! – утешил я тещу.

УАЗик бодро шуршал шинами по асфальту. Добился-таки Николай хорошей дороги к своему аилу. Когда я свернул на проселок, ведущий к Священной Горе, на лице Алексея промелькнуло недоумение: куда это он? А вот теща, казалась совершенно спокойной. Мало ли что нужно великому шаману на священном месте.

Все, дальше только пешком. За плавным поворотом нашу процессию поджидали три человека. Лиловые одежды, одинаковый рост, немного похожи на азиатов.

– А вот и наши гиды! – сострил Алексей.

Стоящий впереди альдыге, молча протянул мне асхе, мой посох, и пошел вперед.

– Ух, ты! – восхитился Алексей, – какая странная гора! Прямо пирамида Хеопса! Петрович, нам что туда?

– Да, Алексей, нам туда, – откликнулся я, любуясь правильными гранями Священной Горы.

– Петрович, так это и есть звездолет?! Мы к нему идем?

– Да, к нему и пробудем внутри некоторое время, там ты получишь нужные знания…

– Круче ничего в моей жизни не будет! – возликовал Лёха, – а можно я посмотрю твою палку?

– Смотри… – я протянул ему посох.

– Слушай, Петрович, а набалдашник твоего посоха, что тоже золото? – Лёха разве что на зуб не попробовал самородок.

– Золото… Дай мне его, мы пришли.

– Да тут только одни камни да скалы.., – разочарованно протянул Алексей.

– Нина Михайловна, я прошу вас ничему не удивляться, здесь вы и пройдете курс лечения. Кроме того, вы первая из простых людей увидите место вечного успокоения вашего мужа и его предков. – Вы готовы к этому?

– Да, Сашенька, я поняла, что мы пришли в непростое место. Веди нас и делай, что тебе позволено, я ко всему готова!

– Ну что Лёшка, говори: «Сим, Сим – откройся!» – я забрал у него посох и почувствовал активацию управляющего поля. Коснулся скалы – и перед нами стал открываться пространственно-временной туннель.

– Здорово! – восхитился Лёшка, – а потрогать стены можно?

– Давай исследуй: трогай, смотри! – разрешил я. – Идемте, не будем терять время!

Мы вошли в пещеру. Свет слабо проникал через наш проход, да и то он постепенно затягивался.

Я активировал плазменное кольцо – и ровный, почти солнечный свет, залил пространство пещеры.

– Петрович, смотри! Да здесь покойники! – свистящим шепотом сообщил мне Алексей.

– Нина Михайловна, вот ваш супруг, давайте постоим перед прахом великого шамана!

Она тихонько ойкнула: