Песчаный Лотос - Долли Грей

Загнанная в угол Лаванда молчала. Ее мозг работал в поисках выхода. Меньше всего она хотела открыть Николасу правду при подобных обстоятельствах.

— О боже, Лаванда, разве ты не видишь, как я измучен? — неожиданно устало произнес Ридли. — Для тебя не секрет, что значит для меня потеря возлюбленной. После ее исчезновения в Токио жизнь утратила для меня смысл, но в моей душе всегда теплилась надежда на то, что однажды она вернется и одарит меня ответной любовью…

Николас посмотрел на Лаванду полными муки глазами.

— Когда я увидел Лотос там, на маскараде, я поверил, что чудеса происходят и в реальной жизни, однако и представить не мог, чем это для меня обернется… Я вовсе не стремлюсь тебя разжалобить, но без нее мой мир рушится с невероятной скоростью, и только ты в силах спасти те крохи, что от него еще остались…

Лаванда слушала Николаса, и в сердце ее рождалась ненависть к Лотос — иллюзии, которая, странным образом став чем-то самостоятельным, отняла у нее любовь дорогого человека.

— Все! Я больше не могу слышать о ней! — неожиданно заявила Лаванда. — Пойми, Николас, Песчаного Лотоса нет! Ее никогда не существовало. Она всего лишь придуманный мною образ!

Николас запрокинул голову и рассмеялся, потом взглянул на Лаванду и вновь рассмеялся. Все услышанное было принято им за шутку. Но шутить можно до определенного предела, и он намеревался напомнить об этом стоящей рядом женщине.

— Что ты такое говоришь? Лотос не существует? Но я ведь сжимал ее в своих объятиях, целовал в губы…

— Это была я, Николас! — резко оборвала его Лаванда. — И если ты скажешь о ней еще хоть слово, я взвою!

— Ты?!

Заявление Лаванды показалось ему настолько нелепым, что он опять, против воли, улыбнулся и привел веские, на его взгляд, доводы, доказывающие абсурдность ее утверждения:

— Вы совсем не похожи с Лотосом. К тому же она японка, ниже тебя ростом и, прости, несколько изящнее…

— Ты хоть раз видел ее лицо без пудры? — перебила Николаса Лаванда. Ей казалось на редкость обидным то, что она вынуждена убеждать его в столь очевидных вещах. — Кроме того, я прекрасно говорю по-японски, и еще…

Прервав себя на полуфразе, Лаванда вышла из комнаты, чтобы тотчас вернуться, держа в руках зеленое кимоно. То самое, в котором Николас видел свою прекрасную гейшу.

— Это принадлежит Лотос, — прошептал он, дотрагиваясь до изображенных на ткани белоснежных журавликов.

— Нет. Оно мое, — с нажимом на последнем слове произнесла Лаванда.

— Не знаю, что за игру ты затеяла, но не собираюсь верить в тот бред, который ты несешь.

Николас резко повернулся и направился к выходу. Ему стало ясно, что добиться правды от Лаванды не удастся. А тратить время на странный разговор, в который вылились его попытки найти гейшу, он не желал.

— Господи, ну что я должна сделать, чтобы ты мне поверил? — воскликнула доведенная до отчаяния женщина.

— Ответить, где скрывается Песчаный Лотос, и прекратить весь этот фарс. — Николас обернулся и устремил на нее пытливый взгляд, в надежде добиться того, зачем пришел.

Лаванда схватилась за голову. Ей казалось: она спит, видит кошмар и никак не может проснуться. Случилось то, чего стоило бы опасаться: Лотос вторглась в ее жизнь и не желала уходить в небытие. Оставалось одно последнее средство убедить Николаса в своей правоте, и Лаванда собиралась им воспользоваться, причем незамедлительно.

Она стремительно подошла к замершему в дверях мужчине, взяла его лицо в ладони и приникла ртом к его губам в нежном поцелуе.

— Что ты делаешь? — Николас отпрянул от нее с возмущением. — Если ты считаешь, что таким образом заставишь меня забыть Лотос, то ошибаешься. Синтия предупреждала быть с тобой настороже, но я ей не верил.

Отвергнутая Лаванда посмотрела на него с укором блестящими от навернувшихся слез глазами и произнесла сквозь рвущиеся из груди рыдания:

— Ты готов слушать Синтию и глух к моим словам? В таком случае спроси у нее о пари.

— Не знаю, о чем ты, но я в тебе очень разочарован, — заявил Николас и покинул квартиру.

Лаванда услышала, как захлопнулась за ним входная дверь, упала на кровать и уткнулась лицом в подушку, стараясь заглушить судорожные всхлипы…

— Так мисс Лир все отрицала? — переспросила Синтия, не спуская с Николаса внимательного взгляда. Она была заинтригована, когда он внезапно приехал к ней, чтобы выговориться после встречи с Лавандой.

Они расположились в гостиной ее дома возле Грин-парка. Синтия усиленно изображала гостеприимную хозяйку, с небывалой частотой вызывая прислугу и отдавая распоряжения насчет чая и пирожных. Ей очень хотелось произвести на собеседника впечатление молодой очаровательной особы, вполне достойной того, чтобы надеть на ее палец обручальное кольцо.

Создавая видимость того, что очень интересуется рассказом Николаса, она пыталась уловить удобный момент, чтобы переключить все его внимание на себя.

Молодой мужчина, расстроенный последними событиями, не замечал тактических маневров мисс Бойль. Беседуя с Синтией, он заново переживал свой разговор с Лавандой.

Завершая повествование о недавнем визите, Николас вдруг вспомнил ее последние слова и спросил:

— О каком пари упоминала Лаванда? Она уверяла, что ты знаешь.

— Пари? — погруженная в сладостные грезы о своем будущем, Синтия, не подумав, ответила: — Это, наверное, о той сделке, которую мы с ней заключили в женском клубе чуть более полугода назад.

— Что за сделка? — Николас весь обратился в слух. Видимо, неспроста Лаванда отправила его к Синтии.

— Спор произошел в тот день, когда газеты напечатали о разрыве твоей помолвки с мисс Уорвик. Мисс Лир в присутствии наших дам похвалилась, что сумеет влюбить тебя в себя, а затем бросит у алтаря. Я обвинила ее в излишней самонадеянности… — Заметив, как побледнел Николас, Синтия спохватилась: — А чем, собственно, вызван твой интерес?

Вместо ответа он задумчиво произнес вслух:

— Я улетел в Токио на следующий же день. Лаванда прибыла в Японию почти одновременно со мной. Она отказалась сопровождать сэра Роберта к гейшам, но часто бывала в доме Итисудзу-сан… И ее отъезд в Лондон по времени совпадает с исчезновением Песчаного Лотоса. Значит ли, что все, о чем Лаванда мне рассказала, правда?

Николас чувствовал, что находится на верном пути, но никак не мог сложить последние детали мозаики. Для этого требовалось больше информации. Ему просто необходимо было проверить одно из утверждений Лаванды, и он обратился к Синтии:

— А какого рода деятельностью занимается мисс Лир?