Полная заправка на Иссоре - Владимир Михайлов

— Отдаю вам должное: действительно, чувствуется профессионал. И задачу свою сформулировали совершенно точно. Ну что же; я очень рад, что мы смогли так просто договориться. Правда, отдельные неточности вы все-таки допускаете, но вас трудно всерьез упрекнуть в этом: у вас просто не было возможностей запастись нужной информацией.

— Неточности у меня? Ну-ну, интересно…

— Хотя бы относительно кораблей. Вы решили, что мы опасаемся утечки информации. Это не так. Мы нашли бы способы предотвратить ее. Нет, дело совершенно в другом. Почему, вы полагаете, на месте главного космодрома планеты возник базар? По самой простой причине, мой собрат: потому что у нас больше нет кораблей. Осталось небольшое количество военных машин, но к появлению одного из них близ Ливеры тамошние власти отнеслись бы неадекватно: они просто-напросто перепугались бы до смерти и подняли бы трезвон во всем регионе: они и по сей день нам не верят — и, может быть, правы. Мы пытались уладить этот вопрос там с коллегами, но они, невзирая на крайнюю заинтересованность в успехе этой сделки, отсоветовали нам оперировать военными кораблями: предупредили, что здесь даже они не смогут ничего сделать. Что делать, национальный психоз; и он там не уляжется до тех пор, пока… Одним словом, долго.

— Не уляжется, пока вы не вернете их на приличествующую им орбиту?

— Это ваши слова, не мои. Так вот, советник, дело просто в том, что кораблей нет: содержать торговые звездолеты, как вам известно — страшно дорогое удовольствие; наши предприниматели рассчитали, что куда выгоднее фрахтовать чужие, чем тратиться на свои, ну, а государство не настолько богато, и даже имевшиеся звездолеты отправило в переплавку, когда они достаточно заржавели и стали разваливаться сами собой.

— Странно — если реальная власть именно в руках богатых иссов.

— Чего же странного? Они же не станут расходовать свои деньги, а прибыль была бы вовсе не столь велика, как считают непосвященные. Вот по этим причинам у нас нет кораблей; вы скажете — отчего же не нанять? Но на такую операцию не пойдет ни одна из владеющих кораблями фирм других миров: риск превышал бы допустимый. Так что ваш корабль подвернулся в самое время. И, честное слово, вы не прогадаете, выполнив нашу — просьбу, скажем так.

— Вы забыли о малости, Алас: спросить, согласны ли мы.

— Чистая формальность: всякому здравомыслящему существу ясно, что… Хорошо, хорошо. Спрашиваю, чтобы соблюсти протокол: вы согласны?

— На определенных условиях.

— А именно?

— Во-первых, полная заправка корабля за счет Службы.

— Само собой разумеется. Весь путь до Ливеры…

— Я сказал — полная заправка, Алас. Все цистерны, по самую горловину. Именно полная!

— М-м… Ну, если начальство согласится…

— А вы убедите их, что так надо, иначе мы и пальцем не пошевелим.

— Послушайте, — сказал Алас с оттенком угрозы в голосе. — А не слишком ли вы переоцениваете свое значение? Конечно, вы — наилучший экипаж для данных условий — но ведь не единственный!

— У меня к вам вопрос, коллега! — неожиданно вступил в разговор Меркурий. — Вы угнали корабль. Где он сейчас находится?

— Там, куда мы его поместили, — ответил Алас после некоторой заминки.

— А хотите, я угадаю — где именно?

— Гм… Не уверен, что это вам удастся.

— Судите сами. Готов спорить на двадцать граанских барсов, что он по-прежнему находится там, где мы его покинули. Вы в лучшем случае выставили свою охрану, очистили от народа прилегающую часть космодрома и еще, быть может, окружили каким-то забором. Но сдвинуть его с места так и не смогли, хотя пытались. И наверняка уже поняли, почему.

— Гм. Я не уверен, что мы поняли правильно.

— А дело ведь крайне простое. Это мой корабль, коллега. И все его замки и запоры, все органы управления реагируют только на мои отпечатки и на мое биополе. Он изготовлен по моему заказу, и переналадить его могут только у нас в Империи. Возможно, в конце концов это оказалось бы под силу и вашим мастерам — но им пришлось бы провозиться бесконечно долгое время. А корабль нужен сейчас, иначе придется возвращать деньги, не так ли? Нет, коллега, мы совершенно не переоцениваем себя, и вам придется пойти на наши условия.

— Хорошо. Пусть будет полная заправка. Что еще?

— Ну, пожалуй…

— Одну минуту, — заговорил, наконец, и Полномочный посол. — Одно условие есть и у меня.

— Готов выслушать.

— С нами, несомненно, полетит и ваш представитель — и чтобы мы не позволили себе никаких… непредусмотренных поступков, но в первую очередь для того, чтобы там, на Ливере, должным образом произвести сдачу груза тому, кому следует, и проследить за оплатой. Я прав?

— А вас это обижает?

— Ни в коей мере. Мое условие заключается в том, чтобы этим представителем были вы.

— Чувствую себя польщенным. Вы успели горячо полюбить меня?

— Да просто мы к вам уже привыкли. И с вами приятно разговаривать. Кроме того, вы так хорошо относились к нам здесь, на Иссоре…

— Ну, что же. Думаю, что у моего начальства не возникнет возражений относительно моего участия в операции. Но что касается приятных разговоров… боюсь, уважаемый чужеземец, что вам не придется в них участвовать.

— Это что еще за новости? — нахмурился посол. — Советник, вы слышали?

— Откровенно говоря, я ожидал подобного подвоха с их стороны, — ответил Федоров довольно спокойно. — Я понимал, что они захотят перестраховаться. А единственный способ это сделать — удержать у себя заложника.

— Но это же просто немыслимо! Нет, я никак не могу согласиться на такое беззаконие.

— Здесь в силе наши законы, — улыбаясь, напомнил Алас. — И вам поневоле придется им подчиняться.

— Но мы откажемся! Не правда ли, советник, Меркурий — мы ведь откажемся?

— Если вы хотите в лучшем случае провести остаток жизни в тюрьме… нет, не в этой — эту мы используем только для друзей, и даже не в той, где вас приютили по прибытии — нет, посол, у нас имеется множество тюрем, действительно неудобных для проживания. Да и кроме того — не забудьте: вам вынесен приговор, и никто не вправе ни отменить его, ни даже смягчить — если только мы перестанем защищать вас.

— Несчастье в том, что он прав, — сказал Федоров. — Мы диктуем свои условия только в том случае, если соглашаемся с основными положениями их замысла. Однако, посол, я могу гарантировать, что за время нашего отсутствия с вами не случится ничего плохого. А мы обернемся достаточно быстро: Ливера находится — рукой подать, мы отвезем их протид, наш спутник получит то, что им причитается — и вы не успеете еще соскучиться, как мы вернемся за вами.

— Федоров, я, право же, не ожидал от вас подобного бессердечия!