Ангел для Рыбки (СИ) - Енодина Анастасия

В интернет я выходить не стала — не хватало ещё наткнуться на Мрачного и узнать и о нём что-то нехорошее. Хотя, пока ничего хорошего о нём мне вообще так и не удалось выведать, так что мои опасения вряд ли были оправданы: всё нехорошее о себе Мрачный с удовольствием выставлял напоказ и вряд ли ему было, чем удивить меня.

В итоге я пробыла наедине с мыслями о Глебе до самого утра. Ужас! Как же он всё-таки сумел проскользнуть в мой мир и поселиться в моих мыслях? Конечно, я думала о нём лишь плохое, но волей-неволей вспоминался его встревоженный растерянный взгляд и сильные руки, обхватывающие меня… его дыхание на моих волосах, тихий голос. Как у него получается так притворяться!

Утро я встретила с уверенностью, что прогоню Ивлева во что бы то ни стало. В крайнем случае, подключу Виктора — если уж совсем по-хорошему парень не поймёт.

Позавтракав, я отправилась к избушке. Решительная, уверенная и злая. Мне стоило немалых усилий настроиться на такой лад: вообще, я отходчивая, но не в этот раз! Ивлев перешёл все границы, и я не собиралась терпеть его здесь больше!

По пути заметила, что лестница стоит у дома — Глеб не удосужился убрать её обратно в сарай. Мой взгляд устремился на флюгер, и я с удивлением заметила, что теперь он стоит ровно.

Хм. Выходит, Глеб всё же поправил его… Очень мило.

Решила проигнорировать этот момент, сосредоточившись на неубранной лестнице и на том, что вчера предупреждала о том, что парень должен съехать.

— Меня ищешь? — раздался голос из гамака.

Отлично! Он ещё и расслабляется! Лежит и читает книжку вместо того, чтобы паковать чемоданы и проваливать отсюда!

— Ивлев! Ты так и не убрал лестницу, а валяешься тут! — сердито напомнила я, подходя ближе.

— И не уберу, — ответил он нагло, но прежде чем я снова возмутилась, он показал мне свою руку, замотанную белым бинтом. Возможно, под ним был даже гипс — я совершенно не разбиралась в подобных вопросах. — Во!

— Что это? — устало вздохнула я.

— Ведьма ты! — пожаловался Глеб. — Накаркала вчера! «Сломаешь руку, сломаешь руку…»

Ну да, что-то такое припоминаю, вроде было. Сказала в сердцах глупость, не подумав. Вообще имела в виду не сломанную руку, а какое увечье посильнее, но в целом не планировала, чтобы пожелание воплощалось в жизнь.

— Что, сломал? — недоверчиво спросила я.

— Ага… Утром и сломал, с лестницы твоей навернулся. Пока в травму съездил в ваш райцентр, только вернулся вот… Прилёг, и тут ты… — рассказал парень, откладывая книжку и поднимаясь на ноги.

— Точно сломал? — недоверчиво переспросила я и даже невежливо ткнула пальцем в белую повязку.

— Эй, Сомова, больно же! — отдёрнул руку Глеб. — Не веришь — так помоги мне собрать вещи, и я съеду!

Я нахмурилась. То есть, он оставлял это на мою совесть? Типа не веришь — прогоняй, и мучайся потом, если перелом настоящий и ты выгнала больного человека.

— Читаешь, значит… — пробормотала я, переводя взгляд на книгу, а заодно меняя тему. — Что же, интересно, читают такие, как ты?

— Как помириться с девушкой за тридцать секунд, — усмехнулся Ивлев. — Лучший совет: сломать руку, чтобы девушка не выгоняла из избушки болезного.

— Дурацкий способ. Собирай вещи и вали отсюда. — Ответила я, скрещивая руки на груди и отходя на шаг от приблизившегося ко мне Ивлева.

Сломанная рука — не оправдание вчерашнему поведению!

Он посмотрел на меня жалобно:

— Брось, давай подождём месяцок, а? Как раз рука заживёт… Тут ведь свежее молоко, воздух — мне как раз надо, чтоб поскорее поправиться. А я тебе за это что хочешь сделаю… В смысле, по дому. Я ж флюгер поправил, как и обещал… — обратил он моё внимание на то, что я и так заметила.

Я оглядела парня и его руку. Как он мог её сломать и, главное, когда? Впрочем, я ведь не слышала, как он лазал на крышу второй раз… Может, тогда он и сломал…Хотя не очень-то это правдоподобно.

— Нель… — Глеб посмотрел на меня серьёзно, и голос его стал тихим и виноватым. — Я не хотел вчера тебя обидеть. Мне очень жаль, что так вышло… но я понимаю, что ты мне не веришь… Дай мне несколько дней, ладно? — и он взглядом указал на руку. — Пара дней, и я уеду, хорошо?

Я вздохнула. Голос парня звучал искренно, а я всё равно не верила ему.

И всё же под его взглядом моя злость начала испаряться, и потому я сдалась:

— Ладно, Ивлев… Про руку — не знаю, врёшь ты или нет, но пусть это будет на твоей совести. Живи пару дней здесь, но не пересекайся со мной… постарайся по крайней мере… — попросила я по-человечески.

— Не пересекаться? — поразился парень этому условию. — Это сложно. Ведь отныне ты единственный человек, который захочет иметь со мной дело…

Я непонимающе воззрилась на него. Что он плетёт? Я никогда не хотела иметь с ним дело, а теперь и подавно!

Благо, Ивлев соизволил объяснить, что он имел в виду:

— И кому ж я теперь нужен-то буду…со сломанной-то рукой… — он упёрся лбом в моё плечо и притворно всхлипнул. — Кто ж теперь на меня позарится, а, Сомова? Как же жил я и не понимал, как нужна мне истинная любовь, и где ж её теперь найду-у-у? Как же права ты была, Сомова, что никому я не нужен теперь, калекой же стал, всё…

— Прекрати! — я резко отошла, стряхивая его голову с плеча. — Я не это имела в виду. Я о том, что в беде тебя твои девки бросят сразу же! А про руку — это образно было! Первое, что в голову пришло!

Я не знала, как понятнее объяснить.

— Да. — Серьёзно ответил Глеб. — Ты абсолютно права. Уже бросили. Все. Один одинёшенек остался. Даже кофе не могу себе сварить… Поможешь? Это всё-таки ты ж меня сглазила.

Я поглядела на него. Эх, может, и правда, я сглазила… А если и не сглазила — лазал он по моей просьбе на крышу, так что если он и правда сломал руку…

— Просто ты неудачник, значит. — Констатировала я. — Как можно сломать руку, первый и единственный раз помогая девушке по хозяйству?

— Пожалуй, снова соглашусь… — отчего-то печально хмыкнул парень. — Я и правда не особо везуч нынче… Так что стал ближе к тебе и к твоему кругу общения!

— Чего? — грозно переспросила я.

Порой вообще его не понимаю! Как он может так нагло себя вести? Ведь он же виноват, я не простила его за вчерашнее, а ведёт себя так, словно его не волнует, что я его выгоняю.

— Нель… — он улыбнулся мне мягкой приятной улыбкой. — Каждое утро ты завариваешь кофе, и я завидую тебе. Пожалуйста, угости меня сегодня, а? Трудное было утро… и рука болит…

Я взяла себя в руки.

Так. Ивлев — тот ещё хорёк, а вот я пока ещё человек, так что сострадание проявить могу даже к такому, как он.

— Ладно, Ивлев, будет тебе кофе, — вздохнула я. — Иди в беседку, скоро принесу.

33

— А почему ты меня ненавидишь? — осведомился Глеб, пробуя горячий свежесваренный кофе.

Я чуть не поперхнулась, а парень с интересом уставился на меня. А что? Я спросила у него об этом как-то, теперь настал и его черёд. Вроде логично, только вот я спрашивала, потому что знала, какие у него ко мне чувства, а от него подобный вопрос прозвучал глупо.

— Я не ненавижу. С чего так решил? — поразилась я. — Я тебе вон, кофе сварила после всех твоих выходок. Я тебя вообще обожаю просто, если так посмотреть!

— Обожаешь, значит? — улыбнулся Глеб.

— Можешь так не лыбиться, на меня твои штучки не действуют! — отвернулась я. — Знаешь, ты так и не объяснил мне причины своей ненависти ко мне.

— Она прошла. К чему вспоминать плохое? — пожал плечами парень. — Если тебе интересно, то мне реально стыдно за то, что ненавидел тебя.

— Да-а? — притворно поразилась я. — А больше тебе ни за что не стыдно?

Глеб посмотрел в чашку и помедлил с ответом. Пока он думал, что сказать, у меня зазвонил телефон.

Я взяла трубку и услышала знакомый голос Гошки:

— Привет, Нелька!

— Привет, — ответила я, снижая громкость до минимума, чтобы Глеб точно не услышал, о чём мы говорим.