ИСКАТЕЛЬ.1980.ВЫПУСК №5 - Владимир Рыбин

Просмотрев бегло свои записи, Хэмилтон Бергер поднялся со своего кресла и обратился к судье:

— Ваша честь, я хочу пригласить в свидетельскую ложу Этель Билан.

— Прекрасно, — сказал судья Моран. — Мисс Билан, прошу занять свое место и принести присягу.

Этель Билан, строгий костюм которой говорил, что сообразно случаю она тщательно продумала свой туалет, а самоуверенные манеры свидетельствовали о твердом намерении сразиться с Перри Мейсоном, заняла свое место в свидетельской ложе.

Прокурор, величественно поднявшись со своего места, словно маг и волшебник, готовый одним взмахом руки совершить чудо, способное повергнуть аудиторию в изумление, пронзительно взглянул на свидетельницу и задал ей вопрос:

— Скажите, мисс Билан, вы проживаете в Белинда Эпартментс в квартире номер триста шестьдесят?

— Совершенно верно.

— Кому принадлежит соседняя квартира?

— Сюзанне Гренджер.

— Вы знакомы с мисс Гренджер?

— О, да.

— Она давно живет в этой квартире?

— Около двух лет, насколько мне известно.

— Вы знакомы с подзащитной, Элеонор Корбин?

— Да, сэр.

— Когда вы встретились с ней впервые?

— Девятого августа этого года.

— Расскажите, как произошла эта встреча.

— Она зашла навесить меня и сказала, что у нее есть ко мне предложение.

— Кто-нибудь еще присутствовал при вашем разговоре?

— Нет. Только подзащитная и я.

— Что сказала вам подзащитная? Передайте ее слова как можно точнее.

— Подзащитная сказала, что ее интересует Сюзанна Гренджер.

— Как она объяснила причину этого интереса?

— Она сказала, что мисс Гренджер отбила у нее друга, и просила разрешения поселиться в моей квартире. Ей нужно было убедиться, что Дуглас Хепнер действительно навещает Сюзанну Гренджер. Она сказала, что Дуглас Хепнер заверил ее, что его отношения с мисс Гренджер носят лишь чисто деловой характер. Но все же ей хотелось проверить, так ли это. Она предложила мне двести долларов за согласие плюс по восемьдесят пять долларов в неделю в качестве квартирной платы.

— И как вы ответили на это предложение?

— Естественно, я воспользовалась таким случаем. Видите ли, квартира довольно дорогая, моя бывшая квартирантка съехала, да к тому же я не люблю одиночества.

— Таким образом, подзащитная поселилась вместе с вами?

— Совершенно верно.

— У меня есть схематический план вашей квартиры и квартиры Сюзанны Гренджер. Я хочу попросить вас посмотреть, все ли здесь правильно.

— План своей квартиры я знаю, но у Сюзанны Гренджер мне не приходилось бывать.

— Ну хорошо, тогда я попрошу ответить на этот вопрос другого свидетеля. Скажите, мисс Билан, насколько точен план вашей квартиры?

— На плане указано все точно.

— Скажите, подзащитная сама выбрала комнату, в которой ей хотелось бы жить, или же вы предложили ей свободную?

— Да, сама. Она предпочла мою комнату, потому что в ней шкаф большего размера. Кроме того, эта комната соседствует со спальней мисс Гренджер.

— Итак, — заключил Хэмилтон Бергер, многозначительно поднимаясь со своего кресла, — я хочу предъявить вам вещественное доказательство — револьвер системы Смит и Вессон тридцать восьмого калибра и задать в связи с этим вопрос: видели ли вы этот револьвер раньше?

— Одну минуту, ваша честь, — прервал Бергера Мейсон. — Я возражаю против этого вопроса, так как он наводящий и предполагает определенный ответ.

— На него можно ответить «да» или «нет», — возразил прокурор.

— Естественно, «да», — заявил Мейсон, — ибо вы уже подсказали, какой ответ для вас желателен. Если вы хотите задать свидетелю вопрос об оружии вообще, любом оружии, то прошу вас, задавайте вопрос, но не предлагайте свидетелю конкретный револьвер, не давайте его характеристик, не называйте его номер. Если вы предъявили свидетелю револьвер тридцать восьмого калибра, то задавайте ей вопросы касательно предъявленного оружия.

— О да, это же и так всем ясно, ваша честь, — воскликнул Бергер. — Возражение адвоката направлено главным образом против…

— Возражение защиты хорошо мотивировано, — заявил судья Моран.

— Ну ладно, согласен, — сказал прокурор, пренебрежительным движением возвращая револьвер на стол секретаря. — Тогда я поставлю вопрос иначе: было ли у подзащитной оружие?

— Да, сэр.

— Какое?

— Револьвер тридцать восьмого калибра.

— Вы можете его описать?

— С коротким барабаном. Синеватого цвета. Похож на тот, который вы мне показали.

Бергер с довольной улыбкой на лице посмотрел на присяжных, затем мельком взглянул на Мейсона.

— Подзащитная сама показала вам револьвер?

— Нет. Я увиделся его в туалетной сумочке.

— Теперь вот какой вопрос. — Бергер сделал паузу. — Не можете ли вы сказать, какой был багаж у подзащитной, когда она переехала к вам?

— У нее был чемодан со спальными принадлежностями… плоский чемодан… и… саквояж. Внешний вид их очень приметный — все они в красно-белую клетку.

— Где сейчас ее багаж?

— Она справлялась о нем по телефону.

— Кто — она?

— Подзащитная.

— Когда происходил этот разговор?

— Семнадцатого августа.

— И что она сказала вам?

— Она сказала: «Этель, мне нужна твоя помощь. Я притворюсь больной амнезией. Никому не говори, что я живу у тебя. Ничего не сообщай обо мне ни полиции, ни газетам. Сиди смирно. Я пришлю за своими вещами, когда все успокоится».

— Подзащитная сама сообщила вам, что будет симулировать амнезию?

— Да, сэр.

— Все это она сообщила вам семнадцатого августа?

— Да, сэр.

— В котором часу?

— Примерно в восемь тридцать утра.

— Итак, — сказал Бергер, всем своим видом показывая, что наступает самый драматический момент дела, — вы поинтересовались у подзащитной, зачем ей вся эта таинственность и зачем ей понадобилось симулировать амнезию?

— Да, сэр.

— Какую причину она указала?

— Подзащитная сказала, и я могу точно привести ее слова, так как они врезались мне в память… она сказала: «Этель, я попала в беду, мне нужно себя защитить».

Последовала немая пауза, во время которой Хэмилтон Бергер на несколько мгновений замер на месте, картинно разведя руками.

Поняв тактику районного прокурора, судья Моран раздраженно произнес:

— Продолжайте ваши вопросы, господин прокурор. Если же вы кончили, предлагаю защите приступить к перекрестному допросу.

— Нет, ваша честь, — ответил Бергер, продолжая пожирать жюри глазами, — я еще не закончил допроса. Просто я собиралось с мыслями. — И он снова обратился к свидетельнице: — К моменту вашей беседы, насколько я знаю, тело Дугласа Хепнера еще не было найдено. Это так?