Мимик нового Мира 11 (СИ) - Головачёв

Я махнул рукой, прерывая столь длинный и не имеющий никакого смысла монолог, оборачиваюсь и вижу покрасневшую от ярости жрицу, а также не менее злую свиту.

— Дамочка, я понятия не имею, кто вы такая. Будем знакомы, я Кукольник, лидер данного клана. А это мои люди, которых я знаю и отчасти доверяю. Да, Жук, мы прошли через многое, но на все 100 % я не доверяю даже самому себе. Так вот… о чём это я… Ах да, а вас, дамочка, я вижу впервые, и вы заявляете, что я чуть ли не должен передать права на свой клан. Многого хотите, и плевать мне на то, какое место в пантеоне занимает Афина. Вот честно, давайте будем воспитанными людьми и начнём с самого начала. Кхм… Добрый вечер, меня зовут Кукольник, я лидер клана «Чёрный Феникс». Как я могу обращаться к вам?

Чувствую, как над головой столь странной особы со снарядами массового поражения мужчин начинают скапливаться тучи, грозящие перейти в ту ещё бурю, но от своего я отступать не собирался, продолжая ожидать ответ на прямо поставленный вопрос. На меня тут же направили автоматы, а также позади стали активироваться различные магические навыки. Кто-то крикнул:

— Ты оскорбил нашу жрицу! За это тебя покарает наша Богиня и сама жрица, смертный!

Теперь уже я стукнул себя ладонью по лицу, посмотрел на кричавшего мужика лет сорока с фанатичным огнём в глазах. Это уже клиника, однако останавливаться я не собирался.

— Какая, вмять вашу, жрица? Какая, вмять вашу, богиня? Вы что, совсем оху*ли? Люди, очнитесь! Вы, вмять, живёте в мире, где летают автомобили! Да об этом в двадцатом веке только мечтали! А любая наука в средние века считалась магией! Да блин! Очнитесь вы, наконец! Хватит загонять себя из технологического продвинутого в мира чуть ли не в пещеры, где огонь — это дар Прометея! — я схватился за голову и, особо не стесняясь вырвал клок своих волос, а ведь это было в полумимикрированном состоянии довольно-таки больно. — Ох! Как же меня всё это достало! Вы не поверите! Но с подобным суждением и слепой верой вы загоните нашу цивилизацию обратно в пещеры! Помяните моё слово! Верить можно, но без фанатизма. Я мог бы долго ещё разговаривать на эту тему, но знаете… мне пофигу! Пускай даже Афина меня покарает. Пускай она обнулит мою репутацию с ней, мне на это просто пофиг!

Меня понесло… ещё минут двадцать я выплёвывал всё, что накопилось, всё, что я думаю об этих так называемых «богах», под которых маскируются Изначальные из первой расы, которая создала людей, о последнем я предпочёл промолчать. Но и всему рано или поздно приходит конец. Конец пришёл и моей бойкой речи, по окончании которой мне пришло множество сообщений.

Внимание! Репутация с Земным пантеоном богов понижена!

Внимание! Репутация с Афродитой повышена!

Внимание! Репутация с Тюром повышена!

Вот вам очередные странности понаехали, то повышается репутация, то падает ниже колен. Потираю переносицу, наблюдая краем глаза, будто моей маски вовсе нет, как эта странная жрица улыбается во все тридцать два зуба. Похоже, она очень рада падению моей репутации, ей, как жрице, такая информация должна быть доступна.

— Этих не пускать, — приказываю своим воякам, а сам спокойно прохожу внутрь. За спиной раздались вопли недовольных, но, похоже, уходить они не собирались, а очень даже зря.

Оказываюсь внутри и спокойно перемещаюсь в свой кабинет, заставляю маску исчезнуть и прямо в чёрном костюме падаю на кровать, прикрыв лицо ладонями.

— Знаешь, Никки, порой мне кажется, что мы вот-вот упадём в каменный век. Стоит только какому-то заражённому нажать на какую-то кнопку случайно в одном из бункеров, всё электричество отключится, и люди действительно вернутся в пещеры, а огонь станет предметом роскоши. Скажи мне… я сумасшедший?

Сбоку раздался знакомый голос, но руки от лица так и не убрал.

— Насчёт сумасшествия я не знаю, но вот что касается ядерного оружия или иного средства массового поражения, Система об этом позаботилась, так что не переживай, моментального уничтожения планеты средствами, созданными до Системы, точно не последует.

— Да вот всё равно переживаю… Я вижу людей, да и не только людей, а вообще всех обитателей моего клана… Они верят в светлое будущее, верят в спасение планеты от Системы, что этот кошмар может закончиться, но в них нет этого фанатичного огня, и меня это устраивает. Но то, что делают другие, та же Афина, например…

Открываю глаза и смотрю на Николь, та в задумчивости сидит в кресле и смотрит на меня.

— Честно… тут мы не можем ничем помочь, но знаешь… это выбор каждого, людям нужна надежда, да и не только людям, а вообще всем. Многие видят надежду в тебе, Илья, скрывать не стану. Они видят, что ты строишь, видят, что ты не собираешься их сильно ограничивать и даёшь им безопасность, им этого достаточно. Но мы не можем дать эту надежду всему миру. Прости, но это выше твоих сил.

— Да сам прекрасно понимаю, я за пределы нашего города даже не вышел, и плевать, что он занимает просто огромную площадь и вовсе самый большой город на Земле. Но я боюсь за человечество, боюсь, что оно под властью подобных фанатиков может вновь скатиться в тёмные века, когда учёных сжигали на кострах, а наука была чем-то ненормальным. Вот чего я боюсь.

— Деградация… Ты боишься за весь мир, но при этом не боишься за себя.

— Да со мной всё и так ясно, — я усмехнулся, вставая с кровати, зашёл на небольшую кухню и стал делать себе горячий кофе.

— Легче?

— Немного.

— Не могу не спросить… а что значит «со мной всё и так ясно?»

Поворачиваюсь к Николь, смотрю в её очень задумчивые глаза, тяжко вздыхаю и оттягиваю край рубашки, показывая чёрные вены, идущие от руки к моей шее.

— Я умираю, Никки. Пока использую мимикрию, таймер стоит на месте, я попросил Хайда его убрать, и кое-как это помогло, но я знаю, чем всё закончиться в любом случае. Если не болезнь, то меня убьёт кто-то другой. Боги, которым я сильно нагрублю из-за своего характера, или ещё какая-нибудь ерунда. Но однажды это случится, и я хочу оставить после себя небольшой островок безопасности, который продержится чуть дольше, чем многие кланы, который сможет себя прокормить, который сможет себя защитить, несмотря на всю ту дичь, которая творится снаружи.

Николь исчезла, в следующую секунду дверь раскрылась, и в помещение вновь вошла Никки, только теперь в своём новом теле. Она приблизилась и просто обняла меня, тихонько всхлипывая.

— Илья… я… знаю, что это бред, но ты можешь не умирать?

— Так… что за слёзы-то? Я же не сейчас умираю. Так, хватит, — пытаюсь отцепить от