Бывшие в Драконьей Академии. Мой неверный Магистр (СИ) - Эмиль Налерма

"Возможно ли, что и сама Эйлиз ощущала нечто подобное?" - впервые возник в уме генерала вопрос о чувствах поразительной девочки.

Что, если она, как и Рэйгард, страдает из-за необъяснимого стремления к чужому суженому? Что если она и не пытается нравиться генералу, а просто живет своей жизнью, встречается с молодым человеком…

Внезапно эта мысль отозвалась острой болью в груди. Рэйгард и думать не хотел, что у Эйлиз есть личная жизнь! Его это жутко злило и в то же время казалось чем-то непостижимым! Невообразимым! Она не может быть с кем-то. Не может быть ни с кем, кроме… него самого.

Генерал остановился так резко, словно перед ним выросла невидимая стена. Все его инстинкты вопили о том, что Эйлиз нельзя никому отдавать, нельзя отпускать. Что она Его! Рэйгарда.

И генерал очутился перед таким необъяснимым порывом кинуться на поиски этой девчонки со сладчайшим в мире ароматом, что готов был разбудить дремавшего Дракона внутри. Спросить у Древнего Зверя, что за непреодолимое желание спрятать девочку ото всех? Припрятать ее только для себя!

На том торжестве Аметистовый генерал из кожи вон лез, чтобы проникнуться к своей невесте. Рэйгард был вежлив, предупредителен… равнодушен.

Даже когда туньисса пожаловалась на грубость Эйлиз, в нем ни на секунду не проснулось желание оградить невесту от неприятной ситуации, поставив пришлую на место. Он бы не смог. Интуиция четко определила искренность изумления Эйлиз и искусственность в интонациях Адель.

И Рэйгарду стоило неимоверных усилий сохранять маску беспристрастности на лице. Чтобы не выдать своих истинных эмоций. Ведь сложно было бы затем налаживать отношения с будущей супругой, если бы сейчас он поступил, как диктовало ему чутье. То есть если бы поддался инстинктам, и схватив Адиль за локоть и вытряхнул из нее правду. Чтобы узнать, что за бред несет принцесса василисков? Почему клевещет именно на сердито насупившуюся малышку Эйлиз?

Неужели туньисса тоже на уровне инстинктов ощущает, кто является ее главной соперницей за внимание Рэйгарда?..

Он даже прикосновения принцессы терпел с трудом. Пришлось убрать ее пальцы со своего запястья и устроить на локте, прикрытом одеждой. И тот возглас, когда дракон удивился, что Эйлиз могла оскорбить принцессу, был не обвинением, а чистой воды неверием в то, что девочка способна на подобное. Всегда жизнерадостная, открытая, прямая Эйлиз! Она ассоциировалась с чем-то ярким и настолько светлым, что дракон ни за что бы не поверил, что она может нагрубить, а затем лукаво прикидываться невиновной. Уж, скорее, Рэйгард склонен видеть коварство в туньиссе, чем в Эйлиз!

- Я сам себе противоречу, - убито опустился генерал на стул, уронив голову на руки. – Минуту назад я называл Эйлиз лгуньей. А теперь вижу ее чуть ли не солнечной девой, сотканной из благословения Небес. Солнечная дева… - ошеломленно повторил он, пронзенный невероятной догадкой. – Избранная, ниспосланная Дракону самим Солнцем…

Так в Древности называли пару. Истинную половинку внутреннего Дракона, которую исключительным счастливцам доводилось повстречать.

Сейчас же это воспринималось уже как миф. Настолько редкими в последние десятилетия были подобные случаи. К тому же слишком сказочными и потому маловероятными казались блага, обещанные в результате встречи с истинной парой.

Дракон якобы становился непобедимым. Огромным, огнедышащим хищником. Почти всесильным! А дети, рожденные в такой паре? Они бы стали самыми сильными драконами своего времени! А чувственные удовольствия, приумноженные магией парности? Это вообще отдельная тема!..

Жители Драконьей Империи давно уже относились к истинности как к волшебной легенде. И лишь немногие приближенные повелителя знали правду. Знали, что истинные не миф…

Однако размышления генерала о невероятном чуде, прервала сама диковинная причина этих дум, неожиданно переступив порог его кабинета…

Глава 30. Эйлиз.

- Угу, - пролепетала я, готовясь услышать серию уничижительных упреков в соблазнении помолвленного генерала и тому подобную гадость.

Все силы пошли на то, чтобы собраться и стойко выдержать ледяной тон Рэйгарда. В голове витали обрывки фраз, которыми я собиралась отбиваться. И было там от возмущенных оправданий до обвинений в приставании со стороны самого магистра Боевого факультета.

Именно поэтому за выдуманным в воспаленном сознании диалогом я не сразу расслышала, что в действительности говорит Рэйгард. Очнулась только от слов:

- …пара, но… Истинные… мой Дракон воспрял…

- Стой-стой! – выставила я вперед ладони в отчаянной попытке остановить надвигающееся на меня дежавю. – Ни слова больше, прошу. Спасибо, что объяснил… объяснили…

- Ты можешь говорить со мной на "ты", - разрешило его сиятельство. - Согласись, Эйлиз, после произошедшего будет странно, если продолжишь обращаться ко мне официально, - почудилось мне невозможное тепло в его тембре.

Но я тут же отсекла этот обман воображения, продолжив говорить то, что намеревалась:

- Спасибо, что объяснил причину этого минутного помешательства. Теперь мне гораздо легче смириться с допущенным сегодня… безобразием, - перебивая саму себя, старалась я поскорее завершить этот болезненный разговор. – У Вас есть невеста, обязательства. И у меня тоже… - на этой фразе сердце с таким ощутимым грохотом ухнуло в груди, что я не смогла назвать Торина женихом. – У меня тоже есть тот, кому будет крайне неприятно услышать об оплошности, допущенной сегодня нами. Пусть даже и по вине мифической магии парности. Могу я рассчитывать, что об этой ошибке никто не узнает? Надеюсь, на Ваше благородство, генерал, - завершила я свою заикающуюся речь пламенной верой в выдержку и честь Аметистового дракона.

Рэйгард неестественно дернулся, как от удара, потрясенно вперившись в меня блеснувшим взором.

- Ты хочешь сохранить в тайне нашу связанность? – медленно проговаривая слова, спросил он.

«Тайна? Не-не, не нужно мне с тобой никаких общих секретов! - бросила я на дракона хмурый взгляд исподлобья. - Снова клонит к тому, с чего начали? Еще секунда, и, наверняка, предложит мне роль тайной любовницы. Нет уж!»

- Нашу вероятную парность, хотел ты сказать, - тяжело сглотнув пересохшим горлом, выдавила я, семеня между привычным «ты» и более комфортным «Вы». – Ни о какой связи и речи идти не может! Мы… и ты, и я… дали обещания другим, и, надеюсь, Вы согласитесь со мной, что было бы подлостью обмануть их доверие?

- Д-да, конечно, - без тени убежденности, явно через силу согласился со мной дракон.

- Вот и отлично, - с напускным облегчением заставила я себя улыбнуться. – Мы с Вами не в Древние времена живем. Уверена, легко сможем избежать впредь повторения этой досадной ошибки. Тебе же не составит труда обуздать желания своего Дракона?

- Своего дракона? – закашлялся Рэйгард, будто поперхнувшись услышанным.

- Ну, твоего Зверя, который встал на дыбы, заметив меня, - многозначительно глянула я куда-то в район его солнечного сплетения, то есть в средоточие энергии Солнца.

- Эйлиз, - вкрадчиво просипел генерал, проследив за моим взглядом. – Ты сейчас с огнем играешь, девочка.

- Э-э… Я не туда смотрю? Ну, откуда же мне знать, где Вы своего Дракона прячете! - окончательно сдали мои нервы высоким сопрано. А уголки губ Рэйгарда слегка поползли вверх.

- Может, как-нибудь и покажу тебе, - хрипло пробормотал он себе под нос, отворачиваясь, будто действительно прячась.

"Что я не так сказала-то? Рэйгард же сам только что про воспрявшего Дракона глаголил. И точно же собирался прочитать мне нотации о верности долгу и стране, как в прошлое наше расставание. Я всего-то опередила его в этот раз. Самолично указав ему на невозможность отношений между нами», - непонимающе пожала я плечами.

- Ничего мне надо, - "показывать" не договорила я, сконфуженно шмыгнув к выходу. – И раз мы всё обсудили, тогда прощайте, генерал?