Подземелья Конфренко (СИ) - Эрленеков Сергей Сергеевич

А вот всяких недокормленных оборванцев, которым путь только в профессиональные бродяги, отлавливали и отправляли в специальные школы, откуда потом набирали свои кадры стражники наружного кольца или команды охотников, что победнее, и которые не могли нанять бойцов получше. И таких детей было достаточно много. И перед тем, как распихать таких детей по школам, их собирали в своеобразные распределители. В этих сборных пунктах собирали иногда по нескольку сотен маленьких арестантов, которых объединяло только одно — они были никому не нужны. И именно из этих распределителей я и планировал набирать себе пополнение. И первым станет распределитель в соседнем пятом секторе на седьмом ярусе. По добравшимся до меня сведениям, там сейчас осталось всего-то около тридцати малышей. Но это были самые отпетые звереныши, которых не смогли никуда отдать, из-за их крайней агрессивности и неподатливости для воспитания. Ломали конечно всех, но для этого сейчас ждали, пока освободится персонал особой школы, как раз для таких трудновоспитуемых детей. Куда их потом девают было неизвестно, но, я так думаю, они как раз шли на эксперименты Целителей. Иначе где они набирали невероятной силы свирепости бойцов в свою гвардию.

Кир сидел, забившись в дальний угол камеры, и злобно смотрел на своих товарищей по несчастью. Несмотря на малый возраст, к своим восьми годам он успел пережить многое. Родители погибли во время нашествия монстров, пару лет назад. После этого дом отобрали соседи, которым он понадобился для их разросшегося семейства. Его брата и сестренку, как одарённых к культивации, моментально забрали какие-то люди, а его просто выкинули как ненужный хлам. С тех пор он многое понял, и озлобился на весь мир, желая только одного, стать сильнее, чтобы больше никто не смог относиться к нему как к мусору. Но это сделать было непросто, особенно когда ты маленький, тебе нечего есть, и негде ночевать. Он воровал, жил, где придется, несколько раз грабил загулявших любителей выпить. А что, кирпичом по голове, и все содержимое карманов меняло своего владельца. Но так не могло продолжаться вечно. Его прибили бы более взрослые конкуренты, а прибиться к кому-то и попасть в подчиненное положение не позволяла внезапно взыгравшая гордость.

Да и огонь злобы в груди мешал налаживать контакты м другими людьми. И таких, как он сейчас собралось несколько десятков. Охранники смотрели на них со злорадством и предвкушением. Намекая, что скоро их заберут те, кому абсолютно все равно на моральные закидоны малолетних преступников. Все закончилось в один момент. Раздались глухие звуки ударов, а потом, через пару минут дверь камеры открылась и Кир увидел высокого широкоплечего парня, от которого буквально волнами расходилось чувство силы и власти. Он оглядел грязный и оборванных детей с саркастической усмешкой и проговорил:

— Ну что, господа алкоголики, хулиганы, тунеядцы, сами пойдете, или вас пинками выкидывать!

Кир посмотрел на наглого персонажа, но тому были злобные взгляды мелкого недокормыша, как говорят, по барабану. Внезапно, не понимая, что на него нашло, Кир поднялся из своего угла, и пробормотал:

— Сами, не надо никого пинать! — он вдруг почувствовал, что вот она, его мечта стать сильнее сама зашла в грязную камеру.

— Тогда построились в колонну по одному, и вперед за мной, бедолаги!

Путь был долгий, и шла колонна бывших пленников не по общим коридорам, а по каким-то пыльным боковым тоннелям, а иногда и вовсе по очереди пролазили через шахты вентиляции. Сзади их охраняли такие же крепкие, и одетые во все черное подростки. Потом он увидел, что и впереди дорогу тоже проверяют несколько темных теней. Сбежать в этой мешанине переходов и труб было нереально. Точнее сбежать то было можно, но вот выбраться нет. Потому, что в темных ответвлениях он видел блеск глаз, принадлежащих огромным монстрам. Другие дети тоже их видели, поэтому старались сжиматься как можно более компактной кучкой, и быть поближе к своим проводникам. Потому как те не боялись абсолютно. Только намного позже Кир узнал, что опасности не было. Там, в коридорах, конечно, были монстры. Но это были свои монстры. Тем временем они вышли в общий коридор, а дальше пошли по нему совершенно свободно. Цветные метки на стенах говорили о том, что это уже не пятый, а четвертый сектор. И Кир начал вспоминать, что в последнее время про нижние уровни четвёртого сектора ходили очень неприятные слухи. И теперь он вдруг понял, из-за кого пошли эти слухи.

Я разместил новичков в бывшем обиталище «Красных Скорпионов». Естественно, все следы бывших хозяев были убраны. Помещение было разделено на несколько отсеков. В первом находились ровные ряды двухспальных кроватей, далее была кухня-столовая, потом спортзал и зал для теоретических занятий. Естественно все было оборудовано по высшему разряду, из того, что было нам доступно. То есть на кроватях было свежее белье, в столовой полные наборы посуды и стулья, в зале для занятий стояли не только стулья и грифельная доска, но и различные учебные пособия и стопки бумаги. Самым интересным местом был спортзал. Мы перенесли в него силомер, тот самый, который сами же отсюда и утащили. Совместными усильями тут были собраны турники, брусья, различные другие спортивные снаряды и множество вещей для занятия гиревым спортом. То есть штанги, гантели, самодельные тренажеры, из тех, устройство которых я помнил. Именно в этом зале я и построил наше будущее пополнение. Осталось только обратиться к ним с речью:

— Что, гадаете зачем вы здесь? Можете не гадать, вы здесь, потому что оказались никому не нужны там! А так как у вас хватило смелости сопротивляться, как как вы сохранили свой характер, то вы нужны мне! Добро пожаловать в ряды славных воинов банды «Черные Ножи».

— Ух ты! — донеслось из заднего ряда стоящих, — «Черные Ножи» страшные, и крутые!

— Вся правильно, мы страшные! А еще мы страшно крутые! И теперь вы одни из нас, и у вас теперь только два пути, или стать невероятно сильным и крутым воином, или тупо сдохнуть! — я призывно махнул рукой.

Из темных углов спокойной походной сытого хищника, с тихим рычанием, вышли наши крысо-волки. С громким звуком кто-то из новичков испортил воздух, а у парочки появились темные пятна на грязных штанах. Неприятно запахло. Пришлось взять ситуацию в свои руки и успокоить народ:

— Видите этих страшных монстров? Так вот, они с нами. Именно из-за них нашу банду так уважают! И теперь вы одни из нас, и вас никто не тронет, вы ведь одни из нас, верно?

— Да! Да! Да! — послышались громкие крики, ни один не отказался. Странно.

— Теперь, наверное, самая приятная команда! Всем выкинуть старую одежду, помыться, и после этого вам дадут нормальной еды. Все занятия начнутся завтра! Чего стоим? Кого ждем? Команда была — мыться!

Под руководством остальных моих бойцов, ребятам показали, где у нас находятся душевые, где туалеты, куда выбрасывать грязную одежду, которую и одеждой-то назвать было нельзя. Из тридцати четырех человек было только двенадцать девочек. Пока маленькие еще ничего, а вообще гендерный баланс надо было выправлять, иначе потом будут проблемы. Все беды от баб, поэтому надо насытить ими наши ряды. Иначе парни будут ходить по борделям верхних уровней, и по неопытности могут где-нибудь спалиться. Уж кому, как не мне, знать, что творит с молодыми здоровыми парнями спермотоксикоз, и на что они готовы пойти из-за первой же встреченной юбки. Но об этом я подумаю позже. Сейчас надо пополнение обмундировать, накормить, поставить на довольствие, дать спокойно выспаться, подождать пока успокоятся, и только тогда начинать дрессировать. Именно дрессировать. Я не зря выбирал самых злобных и несгибаемых. Если бы я строил армию, то надо было бы поступать строго наоборот, но я вознамерился создать организацию, в которой бойцы должны быть наглые, инициативные и с крепким хребтом.

Ведь мне нужно так построить дело, чтобы задать вектор развития, причем желательно без постоянного присмотра. Должно получиться множество небольших банд, с координацией их общего центра, по подобию террористических ячеек моего мира. На детей было больно смотреть, они, оглядываясь по сторонам, чтобы не отняли, торопливо, давясь и периодически попёрхивась, с максимальной скоростью поглощали нехитрую еду. На столах было жареное и вареное мясо, местный аналог вареного картофеля, самые дешевые фрукты, сок каких-то ягод, разбавленный водой и слегка послащенный, было немного похоже на компот из моего мира. Самым большим удивлением было то, что еда на столах не кончалась, они ели до тех пор, пока все, больше, как ни старались, в них не влезало. И только тогда, потяжелевших, осоловелых от непривычно обильной пищи, ощущения чистого тела и новой одежды, их развели по кроватям.