Морской Волк, том 2 - Влад Савин

Вождь, однако. И голос негромкий – а все слушают. Даже мысли быть не может – как-то нарушить, прервать, перебить.

– За технические «подарки» мы вам благодарны. Разберемся, возьмем на вооружение. Мы знаем уже, что выиграем эту войну – теперь, я надеюсь, не с такими жертвами. Но – вот почему мы проиграли там? Я спрашиваю об этом вас – потому что вы не только моряки, но и образованные, умные люди, бывшие свидетелями всего того. И обязаны были, задавать себе этот вопрос.

Тон его голоса вдруг изменился. Как гвоздь забил.

– Я очень внимательно прочел – как там было. От научных трудов – до Бушкова. Нас – не победили силой! Да, была угроза, и планы войны – но соотношение сил было куда как благоприятнее для нас, чем в июне сорок первого, а тем более в двадцатом. Разве нам, тогда, предъявляли ультиматум – вводите у себя «демократию», или будем вас бомбить? Мы все ж были – не Сербия, и не Ирак!

И – кто противостоял нам? Читая о лидерах наших врагов, я удивился их мелкости. Черчилль – без сомнения, был Фигурой, Личностью, Политиком. Как и Рузвельт. И даже Гитлер – мразь, сволочь, которую мы надеюсь, повесим – тоже не был просто бесноватым ефрейторишкой, раз сумел в кратчайший срок поднять Германию с колен и вывести на первое место в Европе, еще до начала войны! А кто был против нас там, в конце века – актеришка Рейган и ковбой Буш? Ну не нашел я, что великого они там у вас совершили – может, плохо искал? Так какими талантами они сумели – без войны развалить Державу?

Так что, следует признать – что-то неладно было, у нас самих. А всякие там «планы Даллеса» – были лишь довеском.

И где ответ? Недовольство народа? Так все были озабочены, нехваткой холодильников и стиральных машин, что бросились вводить капитализм? Тогда почему – на этом вашем референдуме, девяносто процентов заявили, что не хотят развала СССР – их ведь не послушали? Ведь не было – массового народного гнева; никто не трогал тех, кто прежде был у власти – Горбачев этот, даже в президенты лез, в девяносто шестом? А что выиграла от «перестройки», основная масса рабочих, колхозников, инженеров? Все стали – хозяевами? Так этого просто, не может быть: если отбросить кустарей одиночек, доля которых в хозяйстве любой страны весьма мала – сколько наемных рабочих должно приходиться, даже на мелкого хозяина? И какой процент вероятности, что при капитализме ты станешь именно хозяином, а не батраком?

Заговор контрреволюции? Но вот не нашел я нигде, что существовала – боевая, контрреволюционная Партия, вроде анти-РСДРП. Все эти «правозащитники», Солженицины, Сахаровы – не имели никакой политической силы. Да, их печатали – во всяких там типографиях, за границей и нет, их читали, отдельные представители интеллегенции – но разве организовались эти кучки кухонных болтунов в единую мощную Организацию, с четким руководством, программой и уставом? Так – на уровне Чернышевского и Герцена, прошлого века – ну трезвонят там чего-то, какой царь плохой, и что? И то, что пену эту после вынесло наверх, в «депутаты» – так это, что там товарищ Ленин в свое время про кадетов сказал: «свистки», а не машина революции, не больше!

Недовольство сепаратистов? Напомните мне, сколько потребовалось на то, чтобы раздавить без жалости, басмаческую сволочь? А также всяких там «лесных братьев», уже после? Что выиграл народ – на той же Украине, после распада, остановленные заводы и шахты. «Незалежности» захотела верхушка – при твердой центральной власти, не составило бы труда, прополоть ее всю, железной рукой!

Война в Афганистане? Сколько там было убитых – по разным оценкам, до пятнадцати тысяч? Причем военнослужащих – не мирных жителей. В эту, Отечественную войну, там у вас, мы потеряли двадцать шесть миллионов, в том числе больше половины гражданских, которые вообще гибнуть на войне не должны – и что, это как-то поколебало советский строй?

Что-то там с экономикой, которая якобы, была неэффективна? Так на том же западе было много кризисов – и даже в Великую Депрессию, ни одна страна не развалилась на части, и не сменила власть – ну, кроме Германии, конечно.

Заговор оппозиции? Так напомните мне – какая дискуссия была в Партии, о выбранном курсе? Или кто-то был против – вот только не надо мне, про ГКЧП, это наглядный пример, как НЕ НАДО брать власть! Зато показательно – что против отчего-то оказалось, большинство народа. Ведь и вы, товарищ Лазарев, в августе девяносто первого – были тогда на Дворцовой?

– Ну, попал! – подумал я – Кириллов, вот жук, все ведь запомнил, и записал, и доложил! Но вот от Сталина – я никак не ожидал ТАКОГО! Ведь по сути, скажи сейчас кто другой, что-нибудь в этом духе – и привет Солженицыну, по пятьдесят восьмой!

А на площади я – и в самом деле был. Двадцать третье августа, когда в Москве объявили – и все вдруг бросились «защищать демократию», «а то завтра черные воронки по ночам будут ездить», и на Дворцовой людское море, и я, с Ирочкой, и наши курсанты, и какие-то хиппи, и ребята в камуфляже, свирепого вида, все чего-то орут, кто-то машет трехцветным флагом, на подножии Александринской колонны кто-то толкает речь, но не слышно – мне больше всего запомнился, на здании Гвардейского Корпуса, вдруг появился транспарант «Авиация с вами!», распахнутые окна и в них люди в военной форме, машут нам руками. В общем, потолкались где-то с час – и разошлись..

Но Сталин – как же это он так, враз перевернулся? Хотя – и Ильич ведь, в свое время, нэп ввел? А Сталин -прагматиком был, гораздо большим?

А ведь – реально! Тогда же, в восьмидесятых, работал в Питере такой психолог, Кунин Евгений Ефимович. Поскольку тогда это было в моде – приглашали его и в училище к нам, пару раз, семинар провести. Ну а я, заинтересовавшись, к нему на занятия ходил – в дворец культуры Ленсовета – по молодости, все хватал. Так была у этого психолога такая любопытная система. У каждого человека, «программа», как себя вести, что хорошо и плохо. И если программа ошибочна – не отрабатывает какую-то жизненную ситуацию – то постоянно будут синяки и шишки. Проблема в том, что психика эту программу защищает – и на выведение из равновесия отвечает или агрессией, или «не может быть». Так вот, методика Жени Кунина как раз состояла в том, что малой группой, разыграть такую ситуацию, когда человек, образно говоря, оказывался в полной ж..! То есть, провал его «программы» был абсолютно очевиден – и обижаться на Женю было, как на зеркало, показавшее что у тебя рожа кривая. Как ситуацию создать – ну это вопрос технический, но Женя был на это мастер, манипулировать людьми умел – про него говорили, что если он пожелает, ты на руках пройдешься по Невскому, в полной уверенности что сам захотел! Старая программа разлеталась вдрызг – и тут Женя четко брал ситуацию под контроль – а теперь, работаем, над коррекцией!

И ведь действительно, изменял характер человека! Менял его установки, делал более успешным. Мне тогда, восемнадцать было – но видел я, к нему и люди в возрасте ходили, с тем же результатом.

Да, еще одно было важно. Работа малыми группами – при полном сохранении конфиденциальности. Трепаться на стороне, о том что и как – категорически запрещалось. В общем, о том как Женя мог работать – прочтите Веллера, Майор Звягин, получите примерное представление!

А теперь вопрос – ЧТО должен чувствовать товарищ Сталин, узнав, чем кончится его титанический труд по созданию Красной Империи? Удар – мешком по голове. И – открытие для нового (на время! Пока еще ощущение не пропало).

Ну и повезло же тогда нам всем – а если бы, агрессия была? Всех расстрелять, забыть, не было ничего, крутить гайки с удвоенной силой.

Хотя еще – неизвестно, что будет дальше. Однако – надо отвечать.

– Да, товарищ Сталин. Был.

– А почему? Вам настолько не нравилась линия Партии?

Эх, была не была!

– Линия Партии не нравится не могла – по той причине, что ее не было. Совсем.

– Это как? Раз была Партия – значит была и линия?

– Не было. По крайней мере, никаких ярких идей, лозунгов, на злобу дня, а также вождей, за которыми готов идти – не припомню. Простите, товарищ Сталин – но всем казалось, что верхушка Партии, это просто клика, озабоченная единственно, сохранением своих привилегий. А рядовые члены Партии – не оказывали на это никакого влияния. И вступали в Партию единственно потому, что на любой начальственной должности, даже бригадира в цеху, мог быть только коммунист. Было даже разговорное значение слова «большевик» – вступил в партию, как все. Поэтому люди тогда и шли на Дворцовую – от Партии уже не ждали ничего, ни хорошего, ни плохого. А с теми, кто обещал нам «перестройку», «гласность» и прочую демократию – связывали какие-то надежды.

– Простите, а чем же тогда Партия занималась? Какое у нее было – реальное дело?

– Руководила, товарищ Сталин. А если конкретно – подменяла собой все прочие органы. Давала указания, обязательные к исполнению – за которую ответственность однако несли не партийные, а те же хозяйственники. В вооруженных силах это было менее заметно, все ж единоначалие никто не отменял – но вот замполит считался, что в части, что в экипаже, самым бесполезным человеком. Его реальной задачей было – регулярно проводить политинформации, то есть читать солдатам газеты – которые они, имея в массе среднее образование, отлично читали и сами. Еще замполит обычно следил за нравственностью товарищей офицеров – ясно, какой «любовью» пользовался в ответ. И все!