Кровавая луна - Ю. Несбё

недвижимости. Молодые женщины, одетые в юбки, жакеты или что-то ещё, чтобы выглядеть «профессионально». У некоторых женщин действительно была работа, но Хелена могла указать и на других, слишком хорошеньких, которые носили очень короткие юбки и были более заинтересованы в том, чтобы не работать вообще, одним словом, найти человека при деньгах. Она не знала, почему продолжала приходить сюда. Десять лет назад об обедах по понедельникам в ресторане «Даниэль» ходили легенды. Было что-то восхитительно-декадентское и пренебрежительное в том, чтобы напиваться и танцевать на столах в середине первого дня рабочей недели. Но, безусловно, это также было и заявлением о статусе; излишество, которое могли позволить себе только богатые и привилегированные. В те дни здесь было тише. Теперь бывшее пожарное депо представляло собой сочетание бара и ресторана с Мишленовской звездой — изысканная кухня, место, где элита Вест-Сайда Осло ела, пила, разговаривала о бизнесе, обсуждала семейные дела, строила отношения и вступала в альянсы, которые проводили черту между теми, кого пускали внутрь, и теми, кто оставался снаружи.

Именно здесь, во время бурного обеда в понедельник, Хелена познакомилась с Маркусом. Ей было двадцать три года, ему было за пятьдесят, и он был неприлично богат. Настолько богат, что люди расступались, когда он подходил к бару, казалось, все знали, в чём хороша семья Рё. И в чём плоха. Конечно, она была не так невинна, как притворялась, о чём Маркус, вероятно, догадывался после первых двух раз, когда она осталась на ночь на его вилле в Скиллебекк. Догадывался по её саундтреку к занятиям любовью, который был похож на что-то, взятое прямиком с «Порнхаб»18, догадывался по звукам от входящих сообщений на её телефоне всю ночь и по тому, как она раскладывала кокаин такими ровными дорожками, что он никогда не знал, какую ему принять. Но он, казалось, не возражал. Как он сам утверждал, его возбуждала не невинность. Она не знала, правда ли то, что он говорил, но это было не так уж важно. Что было важно, или, по крайней мере, одним из важных моментов, так это то, что Маркус мог способствовать тому образу жизни, о котором она всегда мечтала. Эта мечта заключалась не в том, чтобы быть вечно сидящей дома трофейной женой, вкладывающей всё своё время в содержание и благоустройство загородного дома, социальных сетей и собственного тела и лица. Хелена предоставила заниматься подобными вещами другим паразитирующим девочкам, которые искали подходящего хозяина в ресторане «Даниэль». У Хелены были мозги, и она интересовалась разными вещами. Искусством и культурой, особенно театром и художественной деятельностью. Архитектурой — она давно собиралась изучать её. Но её большой мечтой было управлять лучшей школой верховой езды в стране. Это была не несбыточная мечта глупой, капризной девчонки, а реалистичный план, составленный в юном возрасте способной к учёбе и трудолюбивой девушкой, которая работала не только в одной лишь конюшне, а продвигалась по служебной лестнице и в конце концов стала инструктором школы верховой езды, девушкой, которая презирала термин «помешанный на лошадях» и знала, что именно требуется с точки зрения усилий, денег и опыта.

И всё равно всё пошло насмарку.

Это не была вина Маркуса. Хотя, если подумать, так оно и было, он прекратил выплачивать деньги как раз в тот момент, когда несколько лошадей в школе верховой езды заболели, что в сочетании с неожиданной конкуренцией и непредвиденными расходами сделало барьер слишком высоким. Ей пришлось закрыть школу, и настало время найти что-то новое.

Во многих отношениях. Они с Маркусом долго не продержатся.

Некоторые говорят, что когда пара начинает заниматься сексом реже одного раза в неделю, это только вопрос времени, когда всё закончится. Чепуха, конечно, прошло много лет с тех пор, как они с Маркусом занимались сексом чаще, чем раз в полгода. Не то чтобы это её беспокоило. Но её беспокоили возможные последствия. Она вложила все силы в жизнь с Маркусом, в школу верховой езды, до такой степени, что отказалась от всех своих планов «Б» и «В». Она не выбрала ни один из образовательных путей, столь открытых для человека с её школьными оценками. Не накопила денег, и в каком-то смысле поставила себя в зависимость от Маркуса. Не в каком-то смысле — она действительно зависела от его денег. Может быть, не для того, чтобы выжить, но... хотя, да, именно для того, чтобы выжить.

Когда это она потеряла над ним власть? Или, если быть более точным: когда это он потерял к ней интерес в постели? Конечно, это могло быть связано со снижением выработки тестостерона у мужчины старше шестидесяти, но она полагала, что это началось, когда она проявила желание иметь детей. Она знала, что для мужчины вряд ли найдётся что-то более отталкивающее, чем секс по по обязательству. Но когда он сообщил ей, что о детях не может быть и речи, обет безбрачия просто продолжился. Учитывая, что её собственный аппетит к сексу с Маркусом, который никогда не отличался ненасытностью, тоже ослабел, это не было большой проблемой. Даже несмотря на то, что она подозревала, что он начал искать другие места для удовлетворения своих потребностей. Пока он был сдержан и не выставлял её на посмешище, всё было в порядке.

Нет, проблема была в двух девушках с вечеринки. Одна была найдена мёртвой, а вторая всё ещё числилась пропавшей. И они обе могли быть связаны с Маркусом. Их сладенький папик. Эти слова даже появились в печати. Идиот — она могла оторвать ему голову! Она не была Хиллари Клинтон, и на дворе были не девяностые, она не могла просто «простить» своего мужа. Поскольку в наши дни женщинам не позволялось спускать ублюдкам с рук подобные вещи, это было связано с уважением к себе, своему полу и духу времени. Просто ей чертовски повезло, что она не родилась поколением раньше.

Но даже если бы ей было «позволено» простить его, позволил бы ей это Маркус? Разве это не было тем, чего он ждал, уход от неё, который будет не особенно постыдным и не почётным, учитывая то, что были как положительные, так и отрицательные ассоциации с мужчиной старше шестидесяти, который ходит налево? Для такого человека, как Маркус Рё, определённо существовали вещи похуже, чем ярлык мужлана, ублюдка и бабника. Так не следует ли ей поторопиться и уйти до того, как это сделает он? В конце концов, это было бы окончательным поражением.

Так что она была настороже. Это было неосознанно, но она поймала себя