Все Люди Попадают К Эльфам - Эндрю Бредгивер

— Это просто подделка. Все записи того времени сгинули в пламени войны.

— Ты тоже слышишь шепот? Откуда он?

— Его слышат все, на кого попала черная кровь.

— Но черная кровь, как ты говоришь, попала на меня позже.

— Возможно, это из-за моих воспоминаний, которые я передал тебе. Я старался, чтобы ты ничего не узнал, но что-то, возможно просочилось.

— А что на счет бабули? Кто она, все-таки?

Он улыбнулся каким-то своим воспоминаниям.

— Самая лучшая на свете…

— И куда ты подевал самую лучшую на свете?

— Она погибла.

Дед снова окаменел лицом, в своей обычной манере, становясь абсолютно беспристрастным. Чувствовалось, что в этот раз он выложил, все, как духу. Но почему я не на шутку психанул, контроль эмоций в этот раз, почему-то дал трещину.

— Раз уж так разоткровенничался, позволь спросить, умник сраный: а раньше-то нельзя было так сделать? Взять, и рассказать все любимому внуку? Я вот, тоже иногда не знаю, что говорить в разных случаях людям, но нахожу же слова! Ваша политика совершенно не изменилась за тысячелетия, ты такой же интриган, как был. Другими стали они, как же! А…

Я задумался. А ведь интриган-дедуля был, по идее, тайным главой разведки Сэлаел Эру ещё в пору «Эры Разврата». По идее, должен был им и остаться. Прошел с ней огонь и воду, помог вознестись на престол и уничтожить половину Империи. Проворачивал тайные операции из тени, когда почти все живущие сейчас эльфы, ещё пешком под стол ходили.

Он выдавал порции информации уже не раз, для каких-то своих целей, что-то постоянно не договаривая. А может быть и целей Элестии. Сейчас… Поделился развед-информацией, но кто сказал, что всей?

И что?

Я не понимал изощренных планов этих бакланов, но все имело смысл. Меня плавно подводили к чему-то. Сейчас, я знаю то, что многие не узнают никогда. Стал, грубо говоря, главой разведки Вершителя, а веду себя как ребенок. Не было ни одной причины не доверять деду. Не раз, его вмешательство в мою жизнь, эту самую жизнь спасало. Но есть и обратная сторона. Старый хрыч и втягивал меня в эти неприятности, использовал. Но нужно взрослеть.

Бесконечная череда жизней инфантильной личности-эгоиста должна прерваться.

— И так, — сделал я беспристрастное лицо Менета, — тебя беспокоит, что культ поднял голову снова, возможно, призвал в этот мир кровожадных тварей, а сейчас какие-то парни с чёрной кровью, как у того здоровяка из портала, пытаются уничтожить эльфов под корень? Не хочу тебя расстраивать, но пока не знаю, чем же я смогу тебе помочь. Я с трудом убил одного черного, остальные чуть не сделали котлету из твоего внучка.

— Есть кое-что, Десница. — он сложил в замок свои оплавленные руки и поставил на них подбородок, задумчиво подняв глаза к потолку, — думаю, раз силы не равны, их нужно сначала ослабить. Для начала — лишить орды. Поэтапно. Её источник где-то в гномских копях. Я уже высылал послов, гномы обещали оказать содействие. В уничтожении зеленокожих ты лучше всего продвинулся, и главное: ты их не боишься, это не составит тебе труда. А я, пока, поработаю здесь.

— Я отправлюсь один? Вообще-то у меня топографический кретинизм. Не боишься, что заблужусь?

— Не один, — уголок губ слегка дернулся, — у тебя есть прекрасная команда, которая отдаст за тебя жизнь. Ах, да, поздравляю, папочка.

Да ладно!

Глава 49: Дом милый дом

Домой я летел на ангельских крылышках. Ещё бы, на одного Тиалана стало больше. Правда последняя просьба деда мне вообще не понравилась. Одно только плохо: я чувствовал, что шрамированный прав.

Амаари, уже увидела меня издалека и неслась как угорелая по улице, сбивая прохожих, со слезами на глазах. Как Ларка в крепости Стражей, она запрыгнула на меня, обхватив своими миниатюрными ручками и ножками — начала жадно целовать.

— Братик, я так соскучилась, — она скакала на моем животе своей милой попкой, как на мяче-попрыгунчике, держась всеми конечностями. Хищно улыбнувшись, прошептала мне на ухо так, что я чуть не оглох, — И только попробуй сегодня не зайти ко мне в спальню!

Попрыгушки Маринки, вызывали огромное желание попрыгать тоже, только на ней и не на улице.

— Амаари, — я строго посмотрел на неё, — зови вещи своими именами. Я теперь не твой братик, а твой Хозяин. Не путай землянику со сметаной!

Она поводила остренькими милыми ушками, согласно кивнув. Новое слово ей понравилось, а я похихикивал и мысленно потирал руки: сбылась мечта идиота-извращенца.

Лариэль почему-то не было видно. По пути я пытался определить по кулону, что же она чувствует, но было только глубочайшее умиротворение. Где же она? Прямо со снежной на руках я забежал на второй этаж по широкой лестнице и оказался возле комнаты дорогой супруги. Мы так и зашли, сначала Амаари, спиной вперед, потом уже я — её ездовое животное.

Ларка была прекрасна. Она сидела, улыбалась, напевая какую-то красивую мелодию, и смотрела на наше чадо, которое мирно спало на большой кровати. Лаириэль строго свела бровки и приложила пальчик к губам, чтобы мы не шумели. Я, на цыпочках, прокрался в комнату, Маринка вертела головой, силясь увидеть, что же происходит сзади, и вот мы, наконец, уже втроем с глуповатыми улыбками смотрели на кроху увлажнившимися глазами. Маленькое существо проснулось, видимо от взглядов, направленных на него, и уставилось на меня зелеными огромными глазищами. Полежав так пару секунд, чадо начало хныкать, протягивая маленькие ручки.

— Марин, погоди, постой чутка на своих двоих? — я поставил темную на пол и тут же, с дороги, в пыли, потянулся к ребенку.

Как же я люблю этот момент… Дети. Разве не для этого мы и живем? Создать, растить, учить и оберегать их. Тут, правда, есть одна проблема: жизнь эльфов намного длиннее человеческой, так что не совсем понятно, что же дать после того, как выучишь? Хотя оберегать всегда — это тоже очень неплохо. Малютка сразу успокоилась, немедленно уставившись на папашку огромными глазищами. Потянула ручки к лицу, заулыбавшись беззубым ротиком.

— И кто же это у нас? — я посмотрел на новоиспеченную маму, — девочка? Давай назовем её Морриган? Как тебе?

— Откуда ты знаешь, что девочка? — Ларка округлила глазищи, — я думала сделать тебе сюрприз!

— А я разве не упоминал, что у меня есть большой секрет, который ни одна из вас не должна никому рассказывать?

Сзади, на пороге комнаты, как призрак, появилась мать. Она сложила руки на груди и, улыбаясь, уперлась плечом в косяк двери.

— Привет, мам.

Просто кивнула. Похоже,