Отец моего жениха - С. И. Лоу

— Что?

Мэтт засовывает голову в шкаф так, что наши лица находятся всего в нескольких дюймах друг от друга. Он такой красивый, с его пронзительными голубыми глазами, скульптурными чертами лица и ртом, который может быть великодушным или властным.

Я тяжело сглатываю. У меня нет места, чтобы удрать от него, поэтому я должна контролировать непреодолимое желание поцеловать его.

— Пазлы? — спрашиваю я, надеясь, что мой голос звучит хорошо.

— Люблю их.

— Отлично.

— Отлично. — Мэтт ухмыляется своей дьявольской ухмылкой, и я чувствую, как мои внутренности превращаются в месиво. Он слишком привлекателен.

— Этот. — Мэтт тянется к пазлу, и наши руки соприкасаются. Банально, но клянусь, моё сердце замирает от этого прикосновения.

— Спасибо, — выдавливаю я.

Мэтт пятится из шкафа, и я следую за ним. Сделав ровный вдох, я закрываю шкаф и возвращаюсь в гостиную. Мэтт стоит посреди комнаты, осматривая пространство.

— Я не совсем уверен, где мы могли бы собирать его здесь.

Он прав. В тот первый день после пожара каждый из нас сделал всё возможное, чтобы устранить все возможные повреждения, в том числе выбросили обгоревший стул и почистили пол и ковёр. Но всё пространство перед камином нуждается в генеральной уборке, о чём не может быть и речи, поскольку мы всё ещё застряли на горе.

— Кухонный стол? — я пожимаю плечами.

— Подойдёт.

Мы идём на кухню и вместе очищаем стол, чтобы освободить место для пазла.

— Думаю, я выпью немного вина. Хочешь чего-нибудь?

Мэтт вздрагивает.

— Что? — спрашиваю я, немного оборонительно.

— Не пойми неправильно, но у тебя есть что-нибудь, кроме розового вина?

Я громко хихикаю.

— Кажется, вчера тебе понравилось розовое! — дразню я его.

Мэтт поднимает руки в защиту.

— Знаю, знаю. Но сколько розового вина может выпить мужчина, прежде чем он почувствует, что его мужественность начинает испаряться…

— Я очень сомневаюсь, что ты когда-нибудь потеряешь свою мужественность.

— О, неужели? Ты считаешь меня мужественным? — в глазах альфа-самца появляется блеск, и я не могу не краснеть от своей дерзости.

Но правда в том, что да, я считаю Мэтта мужественным. Стоит на кухне, он весь широкоплечий и источает жар в своей приталенной красной фланелевой рубашке, и меня не может не тянуть к нему.

— Ладно, я уверена, что у нас здесь найдётся что-то кроме вина. — Я пытаюсь сменить тему о мужественности Мэтта. — Мой папа любит виски, может быть, в… ага! — я вытаскиваю бутылку виски из кухонной кладовой. — Это подойдёт? — я передаю почти полную бутылку Мэтту.

— Подойдёт, — он широко улыбается мне. — Ты когда-нибудь пила виски?

Я качаю головой.

— Твёрдое нет.

— Тебе стоит попробовать его. Никогда не узнаешь, что тебе нравится, пока не попробуешь.

Мэтт говорит о напитке, но его предложение имеет почти другой смысл. Он говорит, что я должна… Я снова качаю головой. Нет, хватит этих романтических мыслей о тесте.

— Может быть позже. Я думаю, что пока ограничусь своим девичьим розовым вином, — я игриво высовываю язык, и Мэтт стонет.

— Как хочешь. Мне будет больше, — подмигнув, он наливает себе напиток, и мы оба усаживаемся на свои стулья за кухонным столом.

Мы погружаемся в лёгкую тишину, пока начинаем раскладывать кусочки головоломки на столе.

— Хорошо, так ты жульничаешь и смотришь на картинку на коробке, пока ищешь, или пытаешься строить по памяти? — спрашиваю я Мэтта.

— Жульничаю? Первым делом, юная леди, — тон Мэтта дразнит, и я улыбаюсь ему в ответ.

— Сэр? — я насмехаюсь в ответ.

— Это не обман — смотреть на изображение. Я имею в виду, как известный архитектор, думаю, я бы знал. Есть причина, по которой мы строим планы и наброски, — Он ухмыляется, и я не могу сдержать смех.

— Правда, очень хорошее замечание, — усмехаюсь я.

— При этом лучшие архитекторы знают свой материал с изнанки, так что нет, в этом нет никакого жульничества.

Подмигнув, Мэтт берёт крышку коробки с картинкой-пазлом, быстро смотрит на неё, а затем кладёт лицевой стороной вниз, чтобы ни один из нас не мог на неё смотреть.

— Эй, ты можешь быть известным архитектором, но я всего лишь скромный владелец книжного магазина. Мне нужна картинка! — я тянусь к крышке коробки, но Мэтт игриво шлёпает меня по руке, а затем берёт её в обе руки.

— Ни за что. — Мэтт продолжает держать меня за руку. — Я научу тебя своим путям.

К моему разочарованию, Мэтт отпускает мою руку и откидывается на спинку стула, оставляя между нами больше места, чем мне нужно.

— Ладно, хорошо, — поддразниваю я и откидываюсь на спинку собственного стула, пытаясь подражать его лёгкому хладнокровию.

— Знаю, что ты придираешься ко мне, но приготовься, ты ещё будешь удивлена.

Я игриво закатываю глаза, но решаю обратить внимание. Дело не в том, что мне интересно научиться решать головоломки, а в том, что я не могу не обращать внимание на Мэтта.

Обладая потрясающе красивой внешностью, мужчина доминирует на крошечной кухне. Но помимо его внешности, за последние несколько дней я начала влюбляться в очаровательную манеру поведения, добрый характер и добродушные манеры Мэтта.

И несмотря на то, что буря бушевала уже несколько дней и моя хижина почти сгорела дотла, реальность такова, что с тех пор, как Мэтт появился как рыцарь в сверкающих доспехах, я никогда не чувствовала себя так легко с мужчиной. Даже с Марки не было так здорово быть вместе.

«Так что, если он хочет научить меня, как «правильно» собрать пазл», — я приподнимаю бровь, размышляя. «Значит, так тому и быть».

— Чего ты там брови поднимаешь?

Я поднимаю взгляд и вижу, как