Парад искажений (СИ) - Валерий Филатов

Галину, или Свету Щелокову заинтересует подаренное кольцо. Возможно, заинтересуется и сам Буряце. Ворону нужно заговорить с Борей и как-бы невзначай упомянуть про колье Федоровой. Ну, там расписать красоту и сверкание бриллиантов, но ни в коем случае, не говорить, что это колье артистки.

— Поддерживать интерес Буряце? А если он не заинтересуется? — засомневался Ворон.

— Заинтересуется, — настаивал Андрей Викторович. — Он и его любовница, как вороны, слетающиеся на всё, что сверкает…

1981 Глава 13

— Что же, Андрей Викторович, — генерал Трефилов благодушно провёл ладонью по папке с документами. — План неплохой, одобряю. Давайте подумаем, что нам это может дать.

— Буряце наверняка захочет получить это колье, — Ткачёв по привычке стал рисовать круг на листе бумаги. — Ему будет необходима информация по украшению, а значит, он будет стараться идти на встречу с агентом «Грач». Где-то с месяц агент поводит его за нос. Буряце не настолько умён, хотя и не глуп, но у него есть какой-то свой интерес, помимо Галины Брежневой. Считаю, что Боря приведет Грача на пару вечеринок с Галиной. На них агент сможет добыть факты, порочащие Брежневу, а возможно, и Щелокову.

— Хорошо, — Трефилов встал и подошёл к окну кабинета. — Как Грач будет вербовать Буряце?

— Для этого мы устраиваем нападение на квартиру Федоровой. Она, естественно, будет упираться и не отдавать колье. Тогда Буряце выйдет из себя и ударит её. Грач будет провоцировать его постоянно.

— Но только аккуратно, Андрей Викторович, — обернулся Трефилов. — Крайне аккуратно. Актриса немолода…

— Грач получит инструкции, — энергично кивнул Ткачёв. — И моя опергруппа будет постоянно контролировать выполнение операции. К тому же решено подменить Зою Федорову на загримированного агента.

— А вот это правильно! — махнул рукой Трефилов. — В квартире будет полумрак. А Буряце лично знаком с Федоровой?

— Нет.

— Очень хорошо, — Трефилов вернулся к столу. — После нападения на квартиру Фёдоровой мы вербуем Буряце. Допустим, через него мы получим факты преступной деятельности дуэта «Брежнева-Щелокова». Что дальше? Как мы выйдем на план иностранных разведок по внедрению в руководство страны так называемых «агентов влияния»?

— Я тут немного подумал, — Андрей Викторович нарисовал на бумаге треугольник. — А нам не нужен этот план…

— Как так, генерал?!

— А вот так, Анатолий Романович. Наверняка у них несколько таких планов. А к каждому плану ещё и пара возможных сценариев развития событий. На данный момент мы не сможем противостоять, если только не предпримем метод тотальной диктатуры. Да и такой метод мы не сможем осуществить — у нас просто нет ресурсов.

Трефилов устало сел за стол.

— Я знаю, Андрей Викторович, что вы много времени проводили с генералом Кудрявцевым. Он умный стратег. Кстати, как он?

— Плох, Анатолий Романович. Но я успел немного научиться у него анализу и планированию. Разрешите изложить некоторые соображения?

Трефилов только махнул пальцами, разрешая.

— Даже неглубокий анализ сложившейся ситуации подтверждает, что… Советский Союз в том виде, в котором он сейчас есть, сохранить не получится. Моей группой были собраны материалы на десятки партийных функционеров среднего звена и на сотни — функционеров на уровне третьих секретарей. Так вот… Система партийного руководства, как бы это мягче выразится, прогнила до уровня секретарей ячеек средних промышленных предприятий. Мы не сможем в короткий срок уничтожить эту систему и создать новую.

— И каков прогноз?

— Мои аналитики дают максимум десять лет.

— Откуда у вас аналитическая группа?! — встрепенулся Трефилов.

— Группа создана вне комитета. И не финансируется.

Трефилов нахмурился, сомневаясь в компетентности аналитиков.

— Прогноз выдан на основании концепции «математического реализма», — вдруг сказал Ткачёв, ввергнув генерал-лейтенанта в легкий шок. — Совершенно незнакомые друг с другом люди делали прогноз событий исходя из выдуманной реальности, спроецированной на реальность СССР. Брался абстрактный участок, абстрактные люди и абстрактные действия…

Трефилов остановил красноречие Ткачёва легким стуком ладони.

— Я поражен, Андрей Викторович. Когда вы всё успели! И у вас есть… документы, подтверждающие эту теорию?!

— Есть, — спокойно ответил Ткачёв. — И я готов их представить. В них, правда, довольно размытые формулировки, но если проводить некую общую закономерность, то она видна, так сказать, невооруженным взглядом.

— Например? — не выдержал Трефилов.

— Вы хорошо знаете английский язык?

— Да.

— Тогда читайте, — и Ткачёв положил перед Трефиловым листок с текстом на английском языке. — Это выдержка из пояснительной записки к «культурному плану для внедрения в СССР». Посмотрите на дату…

— Откуда вы это взяли?! — вскрикнул Трефилов, прочитав.

— Это было в копии книги Говарда «Конан-варвар». Мои хм… оперативники изъяли это у чиновника из министерства образования. Он год назад вступил в партию и получил кресло в министерстве по протекции одного литературного критика, близкого… догадайтесь к кому?

— К Галине Брежневой?

— Так точно, — невесело улыбнулся Ткачёв. — А что написано в записке?

Трефилов швырнул листок на стол.

— Как же мы всё это проглядели?!

— Не проглядели. Слишком много вольностей получили чиновники от власти, благодаря самой власти. Бесконтрольных вольностей…

— Хорошо. И что вы предлагаете, Андрей Викторович?

Ткачёв поднял плечо, как бы говоря — я человек маленький.

— Предоставьте эти материалы Юрию Владимировичу. Со своей «высоты» ему виднее. Если операция с Буряце пройдёт успешно, то мы получим, думаю, ещё много информации.

Генерал Трефилов поморщился, будто от зубной боли.

— Да, я доложу Председателю, но всё-таки… Какой выход видите вы, Андрей Викторович?

— Как говорит генерал Кудрявцев, если не можешь предотвратить безобразие, то надо его возглавить.

— Вообще-то, это Суворов сказал, — улыбнулся Трефилов. — Перефразировав изречение китайца Сунь Цзы: «Не можешь победить врага — сделай его своим союзником». Но для нашего случая больше подходит фраза русского генералиссимуса.

— Так мы и не китайцы, — кивнул Ткачёв.

Закрывшись в кабинете на даче, Андропов читал аналитическую записку генерала Трефилова. Юрий Владимирович то снимал очки и подолгу сидел, глядя в зашторенное окно, то снова надевал, чтобы в сотый раз прочесть отчёт аналитического Управления. Его одолевало двоякое чувство — с одной стороны он не верил написанному, а с другой стороны осознавал, что написанное верно. Слишком много было фактов на стороне «верно». Слишком…

Андропов понимал, что не только проглядел вмешательство иностранных спецслужб в жизнь страны, но и позволил парт номенклатуре свободно хозяйничать без оглядки на наказание. Ведь только в семьдесят первом году он вывел КГБ из-под контроля партийных чиновников. А сколько сил и здоровья он на это потратил! Сколько раз шёл на прямую конфронтацию с Брежневым, Сусловым и Щелоковым! Гришин до сих пор чувствует себя хозяином в Москве! А Галя со Светой, так вообще, осатанели от безнаказанности. А ведь этой парочке слова не скажи — Брежнев со Щелоковым тут же слюной брызжут.

В