Ревизор - Олег Шелонин

Краем глаза Иван увидел нечто, мелькнувшее в проеме окна. Бледное в мертвенном свете лун лицо мелькнуло лишь на мгновение. Мелькнуло и исчезло.

— Я привел его, — мрачно сказал Иван.

Он выхватил кинжал так молниеносно, что никто даже ахнуть не успел.

— За что? — прохрипел герой, чисто автоматически схватившись за рукоять пробившего грудь кинжала, и начал оседать на пол, орошая его брызнувшей из раны кровью.

— Да вот малява из Шуахра пришла, что ты стукачок, мил-человек, — хмуро буркнул император и повернулся к Меченому. — Видел, как я поступаю с ссученными? — злобно спросил он.

— Видел, — пробормотал ошарашенный бандит.

— А ты понял, что с тобой будет, если доказательства его измены меня не удовлетворят?

— Шеф! — в отчаянии заорал Палыч. — Что ты наделал?!! Нас подставили!

— Ах так?!!

Иван очень не любил всю эту воровскую шайку-лейку. Насмотрелся на отрыжки лихих девяностых еще в Рамодановске, и то, что Варгул в свое время сделал его чуть ли не главным паханом всего Шуахра, не добавляло ему радости. А теперь еще и перед всякой мразью Лугонии выкаблучиваться? Перед мразью, которой… которой нет места на земле!

По выражению его лица Меченый понял, что сейчас произойдет, и метнул в юношу заточку. Она не долетела, наткнувшись на невидимую стену, а толпа бандитов заколыхалась, теряя плоть в потоках ревущего огня, рванувшего из рук взбешенного Ивана. Это был магический огонь. Он не затронул пола, стен и потолка. Горели только плоть бандитов и их оружие. Горели и оседали на пол тонким слоем пепла.

— Чего выпучил глаза? — спросил Палыча Иван, подхватывая на руки тело Варгула. — Бегом в карету. Здесь нам больше делать нечего.

Они выскочили из дома в тот момент, когда Марчелло спрыгивал с козел, явно намереваясь броситься на помощь шефу. Шум ревущего в здании огня достиг его ушей.

— Что с ним? — ахнул он, увидев окровавленное тело героя на руках Ивана.

— Быстро на козлы и вези всех нас обратно на гостиный двор. — Император довольно бесцеремонно закинул тело Варгула в карету и вместе с Палычем запрыгнул туда сам. Свистнул кнут. Заржали кони, и карета запрыгала по булыжной мостовой в сторону ресторации для благородных.

— Шеф, за что ты его? — На Палыча было больно смотреть.

Что-то свистнуло в воздухе. Дверь несущейся во весь опор кареты распахнулась, и внутрь втиснулась огромная собака, складывая крылья на ходу.

— Ушел, — лаконично сообщил Ивану Семен. — Почуял, что я его настигаю, юркнул в какую-то подворотню и как сквозь землю провалился. Даже запах в воздухе растаял, как будто и не было никого!

— Рассмотреть-то хоть сумел? — зашевелился на полу кареты Варг.

Палыч нервно икнул и уставился на ожившего друга.

— Ни фига я не успел. Он с такой скоростью летел.

Варгул поднялся с пола, брезгливо отряхнул с камзола кровь и вернул Ивану его нож с откидным лезвием.

— Предупредить хотя бы мог? — сердито спросил он своего друга. — Я чуть в штаны не наложил.

— Зато как натурально получилось, — хмыкнул Иван, засовывая бутафорский нож за пояс.

— Это точно, — пролепетал Палач. — Я поверил.

— Да что ты?! Даже я поверил, — пробурчал Варгул. — Пасть раскрыл и не пойму: нож в сердце, а почему не больно? Шеф, что за фокусы? Почему маляву не потребовал с них? Надо было сначала предъяву огласить.

— А на фига? — пожал плечами юноша. — И так ясно: подстава.

— Шеф, либо ты гений, либо мы идиоты. Я ничего не понял, — потряс головой Варгул.

— Чего ж тут непонятного? Ты меня в Шуахре перед братвой кем представлял?

— Ну… типа паханом.

— А точнее?

— Темным Эльфом.

— Я сейчас похож на Темного Эльфа?

— Шеф, ты гений! — прошептал потрясенный герой.

— Спрашиваешь, — тяжко вздохнул Иван. Если бы он сообразил это сразу, еще там, в ресторации, было бы намного проще.

— А я и теперь не понял, — честно признался Палыч. — Ну подстава и подстава. Порвали бы мы этих гадов — и все дела. Зачем было в Варга бутафорский нож втыкать?

— Для того чтобы наши враги знали: у темного императора на одного соратника стало меньше, — пояснил Иван. — Жаль, конечно, что тот гаденыш удрать сумел. О многом мне его хотелось бы поспрашивать, но он и в таком качестве нам послужит. Извини, Варг, но ты теперь труп. Осталось только придумать, как ловчее тебя использовать в новом качестве. Тебе роль тени отца Гамлета играть не приходилось?

— Нет.

— Тоже мне герой! Придется обойтись без лицедейства, а жаль. И очень плохо, что идея насчет дворян, совершающих увеселительный круиз по светлым королевствам, накрылась медным тазом. Меня расшифровали, господа, и скрываться под личиной маркиза Карабаса смысла больше нет. Марчелло, не гони, — крикнул он вампиру, сидящему на козлах.

Карета сбавила ход. Иван прикрыл глаза и углубился в свои мысли.

— О чем задумался, шеф? — осторожно спросил Палыч.

— Да понимаешь, в чем дело, — начал озвучивать свои мысли император, — я ведь в Лугонии появился как человек. Таким, какой я сейчас есть, меня мог опознать лишь тот, кто видел меня в Рамодановске. Ведь не к Варгулу подошли, не к Семе, не к тебе, а прямиком ко мне. Вам не кажется это странным?

— А ведь и верно, — нахмурился Семен.

— И кто это мог быть? — спросил Варгул.

— Кроме нас с Палычем, там была тьма народу, и все от светлых, — поморщился Семен.

— А если все было иначе? — задумался Варгул. — Просто просчитали, с кем император может оказаться рядом? Конечно, рядом со своим героем, Палычем и Семой.

— А тебя рядом с Палычем и Семой давно рядом видели? — хмыкнул Иван.

— Да, в общем, нет. Семьдесят лет назад расстались.

— А встретились уже у эльфов, так ведь?

— Так, — кивнул Варгул. — Сема и Палыч у них были под личиной. Очень качественной. Вряд ли кардинал Легрей с храмовниками под нее пробились. Кишка тонка. А когда их выперли оттуда, только эльфы да Сильфина в истинном обличии их видели.

— Уверен? — нахмурился Иван. — А когда Сема бешеного зайца изображал, перед тем как я домик клану вырастил, они его засечь не могли?

— Ну…

— Мочить их надо было! — рыкнул Палыч. — Прямо на месте всех под корень замочить, и все проблемы по боку!

— Я сейчас уверен лишь в одном, — твердо сказал Иван. — Нас здесь конкретно ждали! Блеф с пьяными разгульными дворянами никого не обманул. Братва на гостином дворе для благородных ждала именно нас. И нас боятся. На открытый бой уже не идут. Иначе взяли бы прямо в ресторации.

— Не взяли бы, — отрицательно качнул головой Варгул. — Там слишком много ненужных свидетелей из высшего общества. Причем высшего общества не только Лугонии, но и других стран.

— Потому нас и вытащили оттуда, — дошло до Семы.

— А взять не смогли, — добавил Палыч.

— Но мы их только что здорово разозлили… Сема, — решительно сказал Варгул, — прикинься Тузиком и обшарь все помойки вокруг ресторации.

— Чего? — возмутился Семиграл.

— Императором рисковать нельзя! Разведай обстановку и немедленно назад.

— Понял.

Семен обернулся в черную курчавую собаку и выскочил из кареты.

— Нет, а меня вы спросить не забыли? — возмутился Иван.

— Все, что касается безопасности твоей персоны, император, обсуждению не подлежит! — категорично заявил герой темной Империи. — И мне кажется, что ты прав. Нас действительно зауважали и на открытый бой уже не идут. Предпочитают вносить разлад в наши ряды, шеф, и выбивать твоих соратников поодиночке. И начали с самого опасного противника — с меня.

— Какое самомнение, — фыркнул Палыч.

— Не расстраивайся. Следующим будет либо Сема, либо ты, — успокоил его Варгул.

Иван уже не обращал внимания на дружескую пикировку своих соратников. Он напряженно думал, сопоставляя все имеющиеся на руках факты. Перед мысленным взором императора проносились картины недавнего прошлого. Магический хук, нанесенный кем-то из толпы придворных Сексимена Четырнадцатого, кувыркающееся в воздухе тело его Вианы, два сгустка тьмы, из которых по эльфийской миссии наносятся удары невероятной силы. Кто они — эти Хозяин и Хозяйка? Генефа он убил, тут сомнений нет. Его сестра Мелисса вроде тоже сгинула, с расстройства соорудив кривой портал. Хотя вот этот факт еще желательно проверить. Стервозная мадам за три тысячи лет накопила столько яду, что запросто могла и выжить. Предположим, что Хозяйка все-таки она. А кто тогда у нас лучше всего подходит на роль Хозяина?

В карету запрыгнул «Тузик», волоча солидный окорок в зубах.

— О! И закуску с собой приволок, — хмыкнул Палыч и начал отнимать окорок у Семиграла.

— Куда? Я своим хвостом ради него рисковал!

— Хватит дурью маяться, — рявкнул на них герой, разом прекратив дружескую потасовку. — Сема, докладывай.