Теория снежного кома (СИ) - Моран Фэя

Среди толпы мне удалось заметить рыжие волосы Кенни. Он поднял руку, заметив меня, и указал на рюкзак, который закинул через плечо. Это был знак, чтобы я не возвращалась и шла дальше. Я кивнула, слегка улыбнувшись, и так и сделала.

За иллюминаторами виднелись занесённые снегом поля и крыши, намекая на настоящую европейскую зиму.

Пассажиры нетерпеливо собрались в проходе. Чувствовалось всеобщее желание поскорее размять ноги и вдохнуть свежий воздух. Я, вместе с Фелисити, дождалась своей очереди и вышла в телетрап, откуда открывался вид на серый, зимний пейзаж. Амстердам встретил нас ледяным ветром, проникавшим даже через плотную ткань куртки. Холод чувствовался сильнее после тёплого салона самолёта. Я поежилась и натянула шапку поглубже на голову.

Аэропорт бурлил жизнью. Толпы людей сновали между магазинами, кафе и гейтами, создавая ощущение непрерывного движения. Воздух был наполнен смесью иностранных языков и запахов – от кофе до свежей выпечки.

Бьёрн, как всегда, сохранял спокойствие и собранность. Он скомандовал собраться возле информационного табло, чтобы уточнить номер гейта на рейс в Осло.

– У нас около полутора часов до вылета, – сообщил он, глядя на часы. – Постарайтесь не теряться и не отставать, ребята.

Указатель показывал, что наш гейт находится в другом терминале, поэтому нам пришлось довольно долго идти по длинным коридорам аэропорта. Сквозь огромные панорамные окна просматривались заснеженные взлётные полосы и самолёты, готовящиеся к взлёту.

– Лана, держи, – раздалось за спиной, и я обернулась.

Кенни протягивал мне мой рюкзак.

– Из тебя никудышный джентльмен, – произнёс Эйс рядом с ним и потянулся к рюкзаку, как будто хотел взять его с рук друга.

Но не дав ему и шанса на продолжение трёпа, я быстро выхватила его у Кенни, кратко поблагодарила и, развернувшись, ушла прочь.

По дороге мы прошли мимо множества магазинов, украшенных к Рождеству. Яркие гирлянды, ёлки и витрины с подарками создавали праздничное настроение, несмотря на серую погоду за окном. Фелисити не смогла удержаться от того, чтобы не фотографировать всё интересное.

Дойдя до своего гейта, мы увидели, что там уже собралось довольно много людей, ожидающих посадки. Зал ожидания был тёплым и уютным, с удобными креслами и видом на взлётную полосу.

Профессор Бьёрн предложил нам немного отдохнуть и выпить кофе, пока не объявят посадку. Я не была против. Так мы сели в ближайшей кафешке, где заказали горячий шоколад. Я сделала большой глоток сладкого напитка и едва сдержала стон: он был восхитительно вкусным и помог немного согреться.

– Обидно, что мы в Амстердаме, а прогуляться возможности нет, – забурчала Саманта, уронив голову на столик.

Шейн рядом с ней положил руки на её плечи, чтобы немного помассировать. Она улыбнулась.

– А что тут такого интересного, чего нет у нас? – спросил Шейн.

В этот момент появился профессор Бьёрн. Он поставил поднос с тремя картонными стаканами с горячим шоколадом, протянул их Авроре и Хлое, вздохнул и весело начал:

– Это интересный вопрос, юноша. Ну, во-первых, история. Амстердам – город с богатой и долгой историей. Здесь сохранилось множество памятников архитектуры, каналов и мостов.

– А ещё тут много проституток, – вставил Эйс, ухмыляясь.

Бьёрн неодобрительно посмотрел на него.

– Мистер Муди, пожалуй, обойдёмся без этого.

– Да ладно, – пожал плечами Эйс. – Я просто констатирую факт. Красные фонари14 – это же визитная карточка Амстердама.

– А ты знаток в проститутках, Эйс? – усмехнулась Хлоя.

Тот в ответ лишь пожал плечами, как будто не хотел отвечать. Вот же идиот.

– Кроме этого, – продолжил профессор, стараясь вернуть разговор в более приличное русло, – Амстердам знаменит своей культурой. Здесь множество музеев, картинных галерей и театров. Здесь жили и работали такие великие художники, как Рембрандт и Ван Гог… Ещё Амстердам – очень велосипедный город. Здесь созданы все условия для велосипедистов, и местные жители активно пользуются этим видом транспорта. Это тоже часть культуры. И, конечно же, каналы… Каналы Амстердама – это уникальная система водных путей, которые проходят через весь город. Они придают ему особый шарм и атмосферу.

Я представила, как, наверное, здорово было бы увидеть всё это своими глазами. И это довольно на меня непохоже. Мне обычно не нравится гулять по новым незнакомым местам.

Мистер Бьёрн посмотрел на нас с сожалением:

– К несчастью, у нас действительно нет времени на прогулку по городу. Нам нужно успеть на рейс в Осло. Так что, давайте постараемся получить удовольствие от этой небольшой пересадки и будем надеяться, что в будущем у нас будет возможность вернуться сюда и познакомиться с Амстердамом поближе.

Ага, как же. У других, может, такая возможность и будет. Но явно не у меня.

Я сделала ещё один глоток горячего шоколада, позволив немного густой вкусной жидкости потечь по горлу.

– Профессор, – начала я, привлекая всеобщее внимание, – а вы знакомы с кураторами, которые будут вести занятия в зимней школе? Кто они?

Мне показалось, что этот вопрос и будущий ответ на него заинтересовали всех сидящих за столом. Ребята дружно перевели взгляды на нашего профессора.

Бьёрн поправил очки и откашлялся.

– Разумеется, я знаком с большинством из них. Эта зимняя школа привлекает лучших специалистов со всей Скандинавии, и не только. Это уникальная возможность пообщаться с ведущими экспертами в области зелёных технологий и устойчивого развития. В этом году у нас особенно сильный состав.

Он словно решил упростить задачу, а не углубляться в узкие специализации, хотя подозреваю, что Эйс, как будущий инженер-эколог, хотел бы услышать больше подробностей.

– Ну, смотрите, – продолжил мистер Бьёрн, – будет профессор Астрид Хольм, известная своими работами по биомимикрии в архитектуре. Она вдохновляется природными формами и создаёт невероятные энергоэффективные здания. Она очень… творческая, я бы сказал, но результаты её исследований впечатляют. Ещё будет доктор Свен Йоханссон, ведущий специалист по устойчивым энергетическим системам. Он расскажет вам о новых разработках в области солнечной, ветровой и геотермальной энергии. И, конечно же, профессор Ингрид Ольсен, эксперт по переработке отходов и экономике замкнутого цикла.

Аврора, сидевшая всё это время с телефоном, моментально оторвалась от экрана.

– Профессор Ольсен? Я читала её работы о моделировании потоков отходов с использованием нейронных сетей. У неё там просто гениальные алгоритмы!

Ого, как она оживилась.

– Да, да, – улыбнулся Бьёрн. – Вы у нас большая поклонница профессора Ольсен? Но это ещё не всё. Будут и другие, менее известные, но не менее талантливые исследователи. Например, молодой, но очень перспективный… – Он запнулся, нахмурив брови. – Как же его… Ах да, доктор… Айварс Нордберг. Он занимается изучением использования искусственного интеллекта для оптимизации энергопотребления в городах. Говорят, у него очень необычный подход к проблеме. Он ещё работает над созданием самообучающихся систем, которые предсказывают пики нагрузки на электросети.

Эйс, до этого молчавший, внезапно подался вперёд.

– Айварс Нордберг? Тот самый, который пишет статьи под псевдонимом «Гермес»?

Мистер Бьёрн удивлённо посмотрел на Эйса.

– Да, кажется, он иногда использует псевдоним. Откуда такие познания, мистер Муди?

Эйс пожал плечами.

– Слежу за новостями в сфере «умных городов». У него интересные публикации, особенно про использование дронов для мониторинга загрязнения воздуха и воды.

Бьёрн, заметив всеобщую заинтересованность, улыбнулся шире.

– Вот видите, – сказал он. – Зимняя школа в Лиллехаммере – это не только лекции и семинары, это ещё и возможность пообщаться с уникальными людьми и узнать много нового. И кто знает, может быть, вы сами откроете для себя что-то новое и неожиданное.