Игра в четыре руки - Борис Борисович Батыршин

все как в тумане. И надо старательно вылавливать какую-нибудь ниточку, деталь, эпизод. Выловишь, ухватишься, потянешь – глядишь, и что-то еще, а там и еще… А там и размотал клубочек.

Не то чтобы это было утомительно. Скорее наоборот, увлекательно. Но времени отнимает уйму, и как раз этим я и занимаюсь последние два месяца, если считать от десятого сентября. И главное, что успел понять: «Нэ так все было, савсэм нэ так». Книга давала разве что удобную терминологию да общее представление о некоторых базовых понятиях. В деталях же совпадений практически не было. Если не считать, конечно, нескольких моментов, которые автору не могли подсказать никакие затейники из КГБ – а он угадал, чем и подарил надежду, пусть робкую, пусть эфемерную, нам всем, живущим на этой маленькой планете…

На часах – половина четвертого. Поезд только что проследовал Невинномысск, еще час – и проводница пойдет по вагону, станет будить непоседливых пассажиров. Вот что, альтер эго, поспи-ка ты хотя бы чуть-чуть. День завтра длинный, силы понадобятся…

7 ноября 1978 года.

Пятигорск.

Красный день календаря

Пятигорск. Мы будем жить в общежитии музыкально-педагогического техникума. Была в СССР такая практика: педагоги, планируя многодневные экскурсии, подавали заявки, а местные РОНО подбирали им варианты. Ну и обеспечивали кроватями, матрасами и прочим необходимым. Вот и здесь – студенты разъехались на каникулы, и нас принимает женщина-завуч и ее дочка. Ей двадцать лет, она – выпускница этого техникума и ведет здесь занятия по классу народных инструментов. Зовут ее Марьяна.

Размещение, завтрак (местная столовка работает, покормили нас вполне сносно), пару часиков отдохнуть, привести себя в порядок – и вперед, на экскурсию по Пятигорску. Галина полна радужных ожиданий. Сначала – небольшая прогулка по улицам, потом – место дуэли Лермонтова, Провал, галерея минеральных источников. Словом, типичный набор туристических достопримечательностей. У руля – Женька, меня вполне устраивает роль пассивного наблюдателя. Тем более что в прошлый раз большую часть экскурсии я пропустил. Почему? Об этом – позже.

– …чтобы увидеть целиком величественную панораму Кавказских Минеральных вод, надо подняться на гору Бештау, – рассказывала женщина-экскурсовод. – На вершину не проведено канатных дорог, нет возможности заехать на автобусе, и попасть туда можно только пешком. Троп, ведущих к вершине, несколько. Та, что ближе всего к нам, начинается от железнодорожной станции, это пятьсот восемьдесят метров над уровнем моря. Подъем несложный, перепад высот – всего двести метров. На пересечении дорог находится балка Гремучка, с правой стороны бьет замечательный родник…

– А мы туда сходим? – спрашивает кто-то из наших. Это Мяша, Лешка Мянник. Вот же неугомонный…

– Нет, – отвечает вместо экскурсоводши Галина. – У нас и так мало времени. Сегодня надо осмотреть Пятигорск, а завтра с утра едем на автобусах в Кисловодск.

– У-у-у… – разочарованно протянул Мяша.

Женька свое огорчение постарался скрыть, хотя и рассчитывал на другой ответ. А впрочем… Что, если сбежать с экскурсии и подняться на гору самому? Вернее, самим – Аст, конечно, не откажется от такой прогулки. Здорово получится: пока одноклассники будут слушать эту унылую тетку, они сделают то, что остальным недоступно – заберутся на гору и увидят оттуда Кавказский хребет! А что, отличная мысль. Тем более что смыться не составит никакого труда, ведь улицы по случаю празднования дня Октябрьской революции забиты народом. Если что, можно будет потом сказать, что случайно отбились от экскурсии и заблудились…

– Серег, надо поговорить… – Женька теребит приятеля за рукав, и тут…

Привычный толчок изнутри, голос Второго, сочащийся ядом:

«Так-так-так… Я правильно понял, что кое-кто собрался внести поправки в программу экскурсии? Ну и как, долго думал?»

Нет, ну надо же! Вроде столько событий, не предусмотренных прежней версией моей биографии, таких, которые должны полностью перевернуть сознание юного альтер эго, а вот поди ж ты…

Отлично помню, как чуть ли не на этом месте и в точно такой же ситуации я подкинул Асту подобную же идею – и встретил полнейшее одобрение. Сказано – сделано, и мы, воспользовавшись суетой и неразберихой (экскурсия пересекала центральную улицу, забитую демонстрантами), оторвались от своих и за три-четыре часа добрались по указанной экскурсоводшей тропе до малой Тау, скалистой, самой низкой вершины горы. А вернувшись в город, умудрились даже встретить группу, когда они только еще возвращаются в общагу.

Разумеется, отсутствие наше не осталось незамеченным, обе учительницы тихо сходили по этому случаю с ума. И тогда мы, не скрывая гордости, признались, где были.

Назавтра был Кисловодск, причем весь день мы взахлеб рассказывали одноклассникам о восхождении. Галина демонстративно не замечала нас. Особенно меня – ясно ведь, кто заводила! На третий, заключительный день были запланированы прогулки по Пятигорску, группами поменьше, в сопровождении наших классных, местной завучихи и Марьяны. И вот накануне я набрался решимости и попросил позволить нам с Астом вместо прогулки, с утра пораньше, снова подняться на Бештау, на другую, главную вершину – благо маршрут нам частично известен. По-моему, классная обалдела от такого нахальства. Но согласилась и даже позволила нам взять с собой Миладу – та весь день сетовала, что мы не позвали ее с собой в прошлый раз.

«Вот так-то, тезка. Сам подумай – стоит ли овчинка выделки, если можно добиться того же самого, но без скандала, нервотрепки и испорченных отношений?»

Женька мысленно вздыхает: ну, раз Второй говорит, тогда ладно, подождем…

Аст тем временем обернулся, хотя он уже отпустил его рукав.

– Ну чего? – говорит он недовольно. – Слушать мешаешь, интересно же…

Раз интересно, пусть слушает.

– Так, ерунда. Потом скажу.

Интересно, неужели Галиша вправду отпустит?

Женька, похоже, поверил мне не до конца. А зря, между прочим, именно после второго восхождения и возникло мое особо трепетное отношение к нашей классной руководительнице. Да и у многих было то же самое после той поездки…

А минеральная вода в Пятигорске отвратная, не то что в соседнем Кисловодске, – вонючая, с сильным привкусом тухлых яиц. И стоило так далеко ехать, чтобы попробовать такую гадость?

Между прочим, знаменитый Провал я в прошлой жизни так и не увидел ни тогда, ни потом. Ну не случилось, что поделать… Почему бы и сейчас не сделать то же самое, но без побега? А пока – экскурсии, по вечерам учительницы читают Лермонтова.

Массивный, каменной кладки, портал в скале. Надпись со старорежимной орфографией на арке – «ПРОВАЛЪ». Ну вот, наконец-то я сюда попал. А в тот раз не пришлось. Ничего, вот сейчас и наверстаю…

«Пусти на минутку, Жень».

«Щелк-щелк».

В нулевых здесь поставят бронзового Остапа, собирающего гривенники