Выход 493 - Дмитрий Матяш

Внезапно огромная сизая тень мелькнула в боковом окне.

Крысолов, затаив дыхание, прильнул к стеклу, всмотрелся в сосняк, ржавыми гвоздями упиравшийся в утреннее небо. На какое-то мгновение тень снова появилась и поплыла рядом с кабиной «Чистильщика». Но сколько бы Крысолов ни прижимался к стеклу, увидеть, что отбрасывало эту тень, ему не удавалось. А в следующий миг она снова скрылась из виду.

Легион или крылач? Господи, легион или крылач?

— Кирилл, — затрещала рация голосом Тюремщика — подавленным и встревоженным, — берегись, у тебя крылач, чтоб ему пусто было.

— Черт! — не сдержался Крысолов, ударив кулаком по обшивке двери. — Только этого еще не хватало.

— О-о-о, хрень, он что-то подымает! — закричал в рацию Тюремщик. — Кирилл, змеись, их там пара!

Крылачей вояжеры ненавидели больше всех остальных ползающих и летающих тварей. Эта перепончатокрылая бестия, взяв пропорции и форму тела от бурого медведя и обзаведшаяся крыльями размахом до семи метров, играючи могла поднять в воздух обломок бетонной плиты и швырнуть его в машину. Разумеется, в момент, когда никто этого не ожидает, и целиться она будет именно в кабину, по этому поводу можно было не питать никаких иллюзий.

Внезапность — их конек. Худо, если водитель не успеет вовремя заметить атакующую с воздуха громадину и сманеврировать. Сброшенная с двадцатиметровой высоты бетонная глыба могла запросто продавить даже самую укрепленную крышу. А посему, если вовремя не дать крылачу отпор, рано или поздно очередным «авиаснарядом» он расплющит кабину в блин. Во всяком случае, именно к такому выводу пришел Крысолов после многодневных кропотливых исследований образа жизни и действий этих существ. Как и к тому, что выживание многократно усложняется, если крылачи, обычно живущие поодиночке, группировались для достижения общей цели. Например, для уничтожения трех движущихся по шоссе машин.

— Дама пик, — наугад выдернув из колоды карту, почти беззвучно сказал Тюремщик, выключив рацию. — Ёпти, дурная примета.

Бешеный, обычно относившийся ко всем этим суевериям Тюремщика с нескрываемым скептицизмом, в этот раз посмотрел на карту в руках напарника как на неприятное предзнаменование.

— Всем машинам — боевая готовность, — приказал Крысолов. — Тюрьма, выпускай «Разведчика», город должен быть в двух километрах налево, пусть найдет место для стоянки. Времени… двадцать четыре минуты максимум. Стражникам занять позиции! Вести огонь только с ближних и средних дистанций! И прикрывать, мать вашу, разведку, а не только свои гнезда!

— Ну наконец-то! — радостно воскликнул Сашка, услышав отданную команду. — А я уж думал, только вшивых мизерников истреблять будем.

Выполнив норматив по надеванию защитного костюма, как ему показалось, в два раза быстрее обычного, по-мальчишески задиристо толкнув педаль, превращающую многофункциональное кресло в ступени, Рыжий с готовностью пионера дернул свисающий с потолка шнур. Не дожидаясь, пока капсула полностью растянется, вскочил на верхнюю, самую широкую ступень и с замиранием сердца открыл люк.

Горячий поток, ворвавшись в шлем через отверстия в воздухообменнике, обдал жаром его лицо, ворвался в легкие, сбив с ритма дыхание, вынудил закашляться, а глаза — неприятно заслезиться.

Сначала Саша исступленно мотал головой из стороны в сторону, пытаясь найти положение, в котором он прекратил бы себя чувствовать, будто сунулся по пояс в гигантский пылесос, но потом понял, что таким способом он вряд ли добьется желаемого результата. На скорости воздушные потоки попросту не могли обойти торчащий над ровной поверхностью крыши торс.

Саша уже даже был бы не прочь опуститься назад в «Базу» хотя бы для того, чтобы отдышаться, как вдруг сзади послышалось звонкое стрекотание пулемета и что-то больно ударило его по спине. С такой силой, что он едва не проломил себе грудную клетку о край люка, а головой не пробил доселе не раскрытый ящик с пулеметом.

Понимание ситуации пришло достаточно быстро: в него ничем не бросали, его пытались с разгону схватить когтями и вытащить из капсулы, и лишь благодаря бдительности одного из стражников «Форта» крылачу этого сделать не удалось. Он взмыл ввысь.

Однако вид второй пташки с бревном в лапах, метрах в двадцати за плечом, заставил его, позабыв обо всем, поспешно схватиться за рукояти ящика и дергать на себя с такой силой, что выпрыгнувший на пружинах станковый пулемет едва не отшиб ему руки.

Орудие вставало в специальный паз и могло вращаться на шарнирах вокруг капсулы, обеспечивая тем самим круговой сектор для обстрела. Это был огромнейший плюс данной конструкции, поскольку первые капсулы обеспечивали огневой радиус лишь на 120 градусов, дабы случайно не застрелить стражника из соседней «Базы», и тем самым практически лишали возможности оглянуться назад. Теперь же можно было кружиться хоть до упаду.

Один полуоборот, одна короткая очередь… но тварь в последний момент извернулась, и трассирующие пули ушли в небо. Сашка обматерил себя и приготовился снова спустить курок, взяв крылача на прицел… Запущенное крылачом, подобно бите в городках, бревно, вращаясь и подпрыгивая, заухало ему навстречу по крыше «Базы-2». Время для раскрывшего во всю ширь рот и глаза Саши будто приостановило ход. Оцепенело уставившись на приближающуюся «биту», он не смог заставить себя даже пошевелиться, уже не говоря о том, чтобы нырнуть в капсулу. Он лишь самозабвенно смотрел, как выпущенное из лап бревно приблизилось и с завывающим «ух-х-х» пролетело в нескольких сантиметрах у него над головой, щедро усыпая его трухой и гнилыми ошметками коры.

После того как бревно скатилось на асфальт, ему захотелось перекреститься и поблагодарить Всевышнего за спасение, но потом понял, что это было лишь вступление к первому акту.

Ведь если ему поначалу и пришла в голову бредовая идея, что раз уж чудище сбросило «бомбу», оно незамедлительно должно отвязаться от него, то спустя мгновение он понял, что все далеко не так. Разъяренная тварь взметнула вверх и в сторону. Кто-то пальнул по ней с «Форта», но сверкающие пули тоже прошли мимо.

— Ну и живучая же, блин, уродина! — скорчил кислую мину Саша.

Крылач, описав над заостренными верхушками деревьев кривую дугу, скрылся за пологим холмом. Из последней «Базы», громко взревев мотором и брызнув искрами от удара «кенгурятником» об асфальт, выскользнул «Разведчик». Развернулся на месте и с проворством юркого грызуна, обогнав и посигналив «Монстру» с «Чистильщиком», начал быстро удаляться, вертко обходя ржавые препятствия.

Но не успел отъехать и на полкилометра, как из-за раскинувшегося вдоль дороги пригорка, похожего на исполинского ежика благодаря остроконечным шпилям сухих деревьев, показалось сразу два крылача с зажатыми в когтях бревнами. Судя по размеру бревен, вес они имели не малый, что не сулило ничего хорошего. Издав пронзительный крик, один из крылачей сбросил свою ношу, целясь аккурат в кабину уазика, и бревно немедля начало свободное падение.

— Ха! — выкрикнул Сашка, когда «Разведчик», вывернув в последний момент, вильнул в сторону, и бревно, словно упавший с небес заточенный карандаш, так и осталось стоять, вонзившись в дорогу.

— Вот вам, гребаные уроды! — Он согнул руку в непристойном жесте.

Второе бревно полетело сразу же за первым. Часть деревянного ствола ударила «Разведчика» по крыше, и уазик, подпрыгнув, словно на пружинах, резко свернул к обочине.

Издали не было видно, куда именно угодило сброшенное бревно, но всем, кто наблюдал за его падением, отчаянно хотелось верить, что пришлось оно не по водительскому месту. Куда угодно, но только не по нему, иначе шансов выжить у лихого татарина практически не оставалось — на вид бревно весило по меньшей мере килограммов триста.

Какое-то время можно было тешить себя мыслью, что, возможно, повреждена антенна на крыше «Разведчика». Однако чем ближе они подбирались к покореженному уазику, тем яснее становилось, что антенна здесь ни при чем. Крыша в передней части была вмята настолько, что фактически прижалась к спинкам сидений. Поверить, что Каран, если только вовремя не заметил атаку и не покинул борт на ходу, мог после такого выжить, было очень сложно. Ведь «Разведчик», в пользу скорости и маневренности, не был укреплен ни каркасом безопасности, ни дополнительными пластинами и решетками. У него даже оригинальные запчасти были заменены на облегченные, в частности крыша…

— Остановишь! — перекрикивая пулеметное стрекотание, скомандовал Кирилл Валерьевич Секачу, когда до «Разведчика» оставалось около двадцати метров.

— Но, Кирилл, рассвет…

— Останови, я тебе говорю! — крикнул Крысолов и поднял к губам рацию: — Мужики, мы останавливаемся, а вы продолжайте движение. За тем поворотом будет перекресток, поворачивайте налево. Мы догоним.