Русские до истории - Александр Анатольевич Пересвет

Сделаю небольшую оговорку. На самом деле история с возникновением и начальным бытование гаплогруппы I значительно более сложна и запутанна, нежели сказано в этой цитате. Не является она ни самой древней, ни единственной возникшей в Европе. Но об этом речь пойдёт дальше, когда мы возьмёмся за детальное расследование первых шагов прадедушки Хёгни-1.

А вот каким он был, чем жил, чем занимался, кого любил – это мы можем реконструировать, опираясь на материалы синхронных стоянок первобытных людей примерно этого времени – 35–25 тысяч лет назад.

Что это за время?

Прежде всего, это эпоха, к которой относят самое позднее время существования неандертальцев. Проще говоря, в это время их и не стало.

Второе: можно считать близким к истине, что экспансия сапиенса в Европу синхронна интерстадиалу Вюрм II/III (39 000–34 000 лет назад). Грубо говоря, это волна потепления после волны замерзания. За ней начинается оледенение Вюрм III и – археологическая культура перигор (там тоже обозначены стадии, но нам тут они не важны).

Какова же величина этого замерзания? По некоторым оценкам, на широте 65 градусов в Северном полушарии температура была ниже нынешней на 5,2 градуса. Но это был не предел – наиболее холодно стало ещё позже, около 20 тысяч лет назад. Лёд лежал примерно в Польше, Дании, Англии. В Альпах, само собой. Примерно до Италии и Южной Франции была тундра и тундростепь. Не Сочи, конечно, но, с другой стороны, по тем временам зверья в этих местах водилось немерено. Был смысл углубиться.

Соответственно, в Италии – Испании климат был как в нашей нынешней средней полосе России. То есть более чем комфортный при наличии огня и жилья, способного удерживать тепло.

Что из этого было в наличии?

Об этом нам может рассказать археология.

Картина получается следующая. Волна похолодания каким-то образом заставила человеческое население шевелить мозгами. Неандертальцы из технологии мустье переходят к технологии перигор I. Это на западе Европы – в Испании и юго-западе Франции.

А на востоке Европы из местного варианта мустье развивается селетская культура, которая –

– характеризуется кремнёвыми листовидными наконечниками копий с двусторонней обработкой, мустьерскими скреблами, пережитками леваллуазской техники раскалывания камня. /409/

Дальше у нас развивается перигор II, за ним следует перигор III… который синхронен ориньяку I–IV. Перигор IV–V синхронен с ориньяком V. И вот тогда культура граветт заменила селетскую культуру.

А что у нас такое ориньяк? А ориньяк у нас, по очень правдоподобной версии, происходит из барадостскойкультуры Ближнего Востока, которую даже называют ранним ориньяком. А та сменяет здешний мустье ушедших отсюда в вечность неандертальцев.

И вот у нас рисуется совершенно дивная логичная картина.

Поднабравшись у ближневосточных неандертальцев культурных технологий, сапиенсы пользуются исчезновением своих учителей. Что с ними случилось, неясно, гадать не будем. То ли ушли, то ли вымерли – но факт, что кроманьонцы, носители гаплогруппы IJ, отправились с Ближнего Востока в Европу по её южному краю. Севернее было, похоже, очень холодно, а наши с дедушкой Хёгни прадедушки – негроиды, судя по находкам в разных пещерах, – холод явно переносили плохо.

Здесь они сталкиваются с местными неандертальцами, которые, в общем, тоже цивилизованны, но уже не могут похвастаться такой громадной разницей в цивилизованности с кроманьонцам, как ближневосточные их сородичи. Технологическая стадия практически одинаковая, но сапиенсы обладают каким-то отдельным преимуществом по сравнению с неандертальцами. Каким – сказать трудно, но одно могу предположить уверенно: сапиенсы наверняка несли с собою страшные сказки-предания про злых волосатых существ, с которыми общего языка не находится и которых лучше сразу убивать, пока худого не стало.

Ведь что интересно: предания о страшных Беовульфах, о троллях и злых волосатых великанах до нас донеслись из северных земель. Где у нас кто? Правильно, гаплогруппа I…

Глава 8. Образование языков

Это «ближневосточное кипение» сапиенсов не означало, что из некоей массы конденсировались гаплогруппы, которые потом куда-то там уходили в поля. Деление людей на носителей маркёров той или иной мутации не вполне или не полностью соответствовало делению их на некие протонароды, которые и уходили далее осваивать Ойкумену.

Нет, деталей этого процесса сегодня никто не представляет. Сегодня мы знаем лишь то, что время от времени некие группы, среди которых преобладали носители определённых гаплогрупп, уходили из «котла» и отправлялись в дальние дали. А отправлялись ли они из-за того, что некий пласт мужчин получал мутацию, из-за чего приобретал избыточную пассионарность и уводил за собою племя-другое на освоение горизонтов? (Гумилёвика, да, но почему бы и нет? Он тоже исходил из некоторых непонятных «ударов хлыстом», заводивших целые народы, как моторы.) Или уже среди ушедших брало верх потомство той или иной мутации? Или ушедшие сначала уходили, а потом приобретали новую мутацию в силу каких-то причин? Этого, боюсь, не узнать. Факт, что мы можем сегодня прослеживать относительно массовые движения носителей тех или иных гаплогрупп, что, разумеется, не отменяет, что иные носители тех же признаков благополучно развивались в других человеческих объединениях.

Примечание про гаплогруппы и племена

Ещё раз: данными о том, что группа людей несёт в своих хромосомах определённый признак своего предка, располагаем только мы нынешние и с очень недавнего времени. Древние люди генетики не знали и в гаплогруппах явно не разбирались. Более того, как мы видим, в одних и тех сообществах уже в древности встречались представители разных гаплогрупп.

Собственно, то же самое происходит и сегодня. Мы никак не можем сказать, что, например, носители гаплогруппы N – финны, а носители гаплогруппы R1a1 – русские. Нет, сегодня оба носителя этих генетических маркеров чувствуют себя этническими русскими. И ими же являются по самоощущению, языку, истории и культуре.

Так же обстоят дела с генеалогическими древами, скажем, русских дворян, которые ветвились, переплетались, пускали побеги в другие страны и народы. Твоя генеалогия есть только генеалогия. Но не генеалогия твоего народа. Если ты, к примеру, потомок Пушкина, живёшь ныне в Австралии, являешься гражданином этой страны, говоришь на её языке и участвуешь в делах и жизни её народа – ты австралиец. Сам-то, конечно, можешь ощущать себя русским по происхождению, коим и являешься, – но это не означает, что такими же русскими являются другие австралийцы.

Да и вообще, маркёр гаплогруппы означает всего лишь, что папа данного человека унаследовал его от своего папы, тот – от своего и т. д. И лишь добравшись до первобытной старины, мы можем отметить, что первопапа одного пришёл из других мест, нежели первопапа другого.

И вот именно тут, на этом историческом этапе развития человечества, становится видно, где чьи предки бродили