Песнь сауриалов - Кейт Новак

Привлеченный близостью цели, Путеводец прибавил темпа.

Оливия сползла на пол, чтобы не мешать ему. Он растаскивал камни по обеим сторонам прохода, чтобы подпереть потолок и раскапывал грязь. Оливия увидела, что он, как змея, пролез в проделанную им дыру и исчез. Если ему хотелось идти первым, она была не против. Если с другой стороны кто-то есть, он будет большей мишенью.

— Мне нужен факел, — послышался его приглушенный голос.

Оливия взяла его факел, просунула в дыру, насколько хватило ее руки и прислонила его к камню. Путеводец осторожно потянулся назад и подобрал факел.

Засунув лопату в рюкзак, Оливия слезла вниз, чтобы подобрать свой факел.

— Проклятье! — прорычал Путеводец по ту сторону завала.

— Что? — с тревогой спросила Оливия.

Путеводец не ответил.

Оливия замерла от страха.

— Путеводец? — прошептала она. Она услышала доносившийся с той стороны скрежет металла о металл. Оливия подхватила факел и полезла в дыру.

— Путеводец! — закричала она.

— Оливия, девочка, не нужно орать, — отозвался Путеводец. — Я тебя слышу.

— Почему ты выругался? — зло спросила она, просовывая свой факел в дыру.

— Кто-то поставил железную решетку поперек прохода, — объяснил он. — Хотя ничего сложного, я справлюсь.

Когда Оливия пробиралась сквозь дыру к свету, она услышала скрежет отмычки в замке. Высунув голову, она увидела в десяти футах впереди железную решетку. В ней была дверь с простым на вид замком. Наклонившись, певец ковырялся в нем куском проволоки. «Зачем кому-то понадобилось перекрывать проход камнями, а затем ставить железную решетку с дверью? — задумалась Оливия. — Если только у него нет какой-то коварной причины хотеть, чтобы кто-то эту дверь открыл…»

— Путеводец, подожди! — закричала она. — Дай я посмотрю!

Резкий щелчок эхом отозвался в проходе. Путеводец толкнул решетку, и она открылась, заскрипев петлями. Бард обернулся и, весело улыбаясь, сказал:

— Я же говорил, что справлюсь с этим.

Оливия сделала круглые глаза.

— Лучше было проверить замок, — резко ответила она. — А если это ловушка?

Путеводец пожал плечами.

— Нет. Ничего же не случилось, — сказал он. — Пошли.

«Иногда, — подумала Оливия, — он совсем как мальчишка». Она сползла с кучи камней и подобрала свой факел.

— После тебя, моя дорогая, — сказал Путеводец, приглашая ее идти первой.

Оливия внимательно осмотрела проход. Было слишком темно для того, чтобы разглядеть хорошо спрятанные ловушки.

— Сначала старость, потом красота, — ответила она..

Путеводец печально посмотрел на нее, но повернулся и переступил через порог.

Оливия поняла, что он чувствовал. Теперь, покинув Уровень жизни, Путеводец ощутил свой солидный. возраст, а он никогда не любил, когда ему напоминали о том, что он смертей. Хафлинг не могла заставить себя подшучивать над ним по этому поводу. Она слишком хорошо помнила, как ее мать жаловалась, когда ее тело начало увядать. «Несомненно, — поняла Оливия, я тоже не буду радоваться, когда постарею». «Если, конечно, доживу до этого», — добавила она, и подумала, что чем дольше она остается с Путеводцем, тем меньше у нее шансов дожить до старости.

Тем не менее, она поспешила за Бардом.

— Ну, и где эта мастерская, — спросила она, догнав его.

— Прямо, — ответил Путеводец, показывая на темный коридор.

Оливия подняла факел повыше и всмотрелась в темноту. Она заметила где-то впереди два тусклых факела.

— Кто-то идет, — остановившись, сказала она. Путеводец рассмеялся и махнул факелом вверх-вниз. Один из огней впереди повторил его движение.

— Оливия, это просто наше отражение. Заколдованная дверь сделана из полированной стали, чтобы ее нельзя было распылить.

Оливия последовала за Путеводцем. Она прошла какое-то расстояние, когда движение воздуха бросило прядь волос ей на лицо. Оливия опять остановилась и повернула голову. Из пролома в стене достаточного для того, чтобы мог пройти человек, шел теплый, вонючий воздух. Лежащий на полу камень из пролома хрустел под ногами. За проходом был туннель, который уходил дальше, чем мог достать свет факела.

— Должно быть, здесь было то, что распылило камень, чтобы забраться сюда, — сказала Оливия.

Путеводец вернулся назад, чтобы осмотреть пролом.

— Да, — задумчиво сказал он. — Склон холма изрыт естественными пещерами и галереями. Этот пролом был закрыт мной, чтобы не пускать: сюда пещерных чудовищ. Надо было перекрыть и туннель за проломом, ну, теперь это не поможет, — сказал он и пошел дальше к своей цели.

Оливия всмотрелась в идущий за проломом туннель и задумалась, какое владеющее искусством распыления существо будет жить в такой вони. «Какое-нибудь безносое существа», — подумала она, но эта мысль ее совсем не успокоила. Ей показалось, что она видит крохотные красные огоньки, но они моментально погасли. Она подошла поближе.

Из коридора, по которому пошел Путеводец, послышался грохот еще одной железной решетки. С ужасом Оливия поняла, что они попались в ловушку, несомненно поставленную тем, кто распылил потолок. С бьющимся от страха сердцем она побежала к Барду. В десяти футах от железной двери его подземной мастерской кто-то поставил вторую железную решетку с дверью. Воткнув свой факел в решетку, Путеводец наклонился над замком с отмычкой в руках.

— Должно быть, что-то, чтобы дети не пролезли, — пренебрежительно пробормотал певец, но Оливия с первого взгляда поняла, что эта дверь гораздо сложнее, чем первая.

— Путеводец, — нервно прошептала она, потянув его за рукав, — это ловушка.

Там кто-то идет по пещере. Нам надо сматываться. Немедленно!

— Не глупи, Оливия, — сказал певец. — Еще чуть-чуть и мы сможем скрыться в мастерской. Ой! — Путеводец поднес руку ко рту и облизал палец. — Поцарапался, — смущенно сказал он.

Глаза Оливии расширились от страха.

— Плюнь! — приказала она.

— Что? — удивленно переспросил певец.

— Плюнь, идиот! Ты наткнулся на отравленную иглу! Не глотай!

Путеводец нахмурился, но повернулся и сплюнул. Оливия достала фляжку и сунула ему в руки.

— Прополощи рот и вымой руку, — приказала она, беспокойно оглядываясь.

Путеводец отпил из фляги и, закашлявшись, выплюнул.

— Что это? — спросил он.

— Луирен Кишкодер, — ответила хафлинг. — Лучший виски.

— Таймора! Если не яд, то эта дрянь доконает меня! — пробормотал Путеводец.

— Промой царапину! — приказала Оливия. Путеводец плеснул виски на руку.

— Пошли, — сказала Оливия.

— Оливия, теперь, когда я открыл ловушку, нам нечего терять, — сказал Путеводец, снова склоняясь с отмычкой к замку. — Я скоро открою этот замок, и мы попадем в мою мастерскую.