Беседы о Третьем Элементе - Яков Романович Равиц

них там на ногах и на шее оковы, так что людям не двинуться с места, и видят они только то, что у них прямо перед глазами, ибо повернуть голову они не могут из-за этих оков. Люди обращены спиной к свету, исходящему от огня, который горит далеко в вышине, а между огнем и узниками проходит верхняя дорога, огражденная — глянь-ка — невысокой стеной вроде той ширмы, за которой фокусники помещают своих помощников, когда поверх ширмы показывают кукол» (Платон, «Государство»; иллюстрация взята из Википедии). Пользуясь обычным зрением, мы видим тени. Сами вещи, а не их отражения, способен разглядеть лишь философ, посредством внутреннего истинного зрения, присущего душе и совершенствующегося при абстрактных размышлениях. «…область, охватываемая зрением, подобна тюремному жилищу, а свет от огня уподобляется в ней мощи Солнца. Восхождение и созерцание вещей, находящихся в вышине, — это подъем души в область умопостигаемого».(Платон, «Государство»).

Реальность высшего порядка мы не можем увидеть, но мы способны ее помыслить, совместив факт нашего бытия с рамками нашей несвободы. Пространство и время, несомненно, есть, но не потому, что мы можем ощутить их, а потому, что положение относительно других вещей ограничено только тремя измерениями, а время отделяет действительное от желаемого.

Помните наш разговор с демоном Мухамалом, состоявшийся во время путешествия к Обратной стороне? Мухамал сказал нам, что никогда не видел Свет, потому что не имеет телесности, необходимой на Светлой стороне. Но представлением о нем, несомненно, обладает, потому что может воспринимать кубики, порожденные светом, и способен делать выводы из своих наблюдений.

Кубики Мухамала — это символы данных, но так как духовная реальность, в которой он живет вторична по отношению к физической реальности, то кубики не могут существовать сами по себе. Первоосновой их существования являются нервные импульсы, природа которых на Темной стороне ясна Мухамалу не более, чем нам, простым смертным обитателям Светлой стороны, понятны феномены пространства и времени.

В вычислениях мы можем оперировать понятиями полбита (полкубика) для того, чтобы рассчитать, сколько нужно ячеек для кубиков, сколько сундуков и сколько поклажи у нас получится на одного верблюда. Но на Светлой стороне полбита — это нонсенс, потому что не может быть половины аксонной нити, только — разорванная нить, но это не будет полкубика. То есть реальность Светлой стороны определяет рамки процессов на Темной.

Если одна реальность является основой другой, то, находясь во вторичной, мы способны помыслить факт бытия, но не узнаем природу этого бытия. Это могут быть нити, волны или еще какие-нибудь удивительные феномены, которые нам даже представить себе невозможно. Вышесказанное не мешает нам строить различные успешные теории, опираясь на знание, накопленное в процессе наблюдений.

Возьмем, к примеру, квазичастицу фонон. При изучении свойств звуковой волны, идущей сквозь материальную среду, оказывается, что эта волна вполне может рассматриваться как частица звука. Фонон обладает всеми свойствами частицы, переносит энергию, имеет даже массу и импульс.[16] Но настоящей частицей в нашей реальности фонон не является, потому что он не будет существовать в физическом вакууме в силу невозможности звука в пустоте. В материальной среде фонон допустим, но не существует, пока нет звуковой волны. Бытие фонона возможно только во вторичной реальности, и в современной физике подобные объекты называют квазичастицами.

Если бы из таких квазичастиц можно было бы создать квазиматерию, из которой зародились бы квазижизнь и квазиразум, то очень интересно, как бы квазиразумные квазисущества строили свою физику. Я даже готов предоставить для эксперимента над такой квазивселенной свой рабочий стол, точнее деревянную доску, прикрепив к ней генератор квазичастиц. Доска моего стола, очевидно, была бы для них чем-то вроде того, чем для нас является пространство, а там, где доска обрывается, находилось бы абсолютное небытие, которое для меня видится, как пространство между столом и углом шкафа.

На той, Светлой, стороне Свет мы считаем бытием, а Тьму — небытием, но на этой, Темной, все это не суть важно. Можно создать различие, рисуя Тьмой по Свету, а можно — Светом по Тьме. Это не слишком принципиально. Для тварей Света пространством небытия будет Тьма, а для тварей Тьмы — Свет. Понять свою природу тварь не способна, не выйдя за пределы своей реальности. Единственным местом прозрения будет граница между Светом и Тьмой.

Проблема небытия возникает тогда, когда мы начинаем задавать вопрос о пределах реальности. Главная суть проблемы заключается даже не в том, что его для нас нет, а в том, что оно предполагает абсолютную свободу. Мы, ограниченные тремя измерениями и стрелой времени, к такому не привыкли, и даже представить себе не можем, потому что несвобода, по-сути, определяет наше взаимодействие с миром и его понимание.

Если я создам систему, основанную на двух таблицах — клиентов [t_client] и поставщиков [t_supplier], — то реальность моей системы приобретет свойство двойственности. Если Иван Петрович, обычно покупающий на Светлой стороне этой реальности компьютеры и получающий кассовый чек, в какой-то из этих моментов починит мне газовую плиту, он на Темной стороне станет двуедин в двух таблицах. И когда я спущусь в созданный мной мир двух таблиц на огненной колеснице, в своей славе и могуществе, все твари, убоявшись огня, падут передо мною ниц, кроме тех, что я сам же и лишил страха. Но, находясь там в любой из ипостасей, я не смогу объединить эту двойственность, которую сам же вызвал из небытия, в одно, потому что в момент творения ограничение наложено также и на меня.

Теперь, после проделанного нами пути, две реальности, физическая и духовная лежат перед нами открыты. Физическую мы можем познавать, наблюдая за актуально существующим в пространстве трех измерений и времени. Духовная реальность обнаруживается нами в творчестве и способности представлять представляемое и создавать возможное.

Вернемся к феномену информации и попробуем определить ее место в обретенных нами реальностях. Понять информацию как единое, даже в рамках традиционных определений, я пока не в силах, поэтому возьмем ее, как есть, в многообразии данных и символов. И данные и символы — это информационные объекты, которые создаются в процессе ощущения, восприятия и мышления, чтобы указывать на события и феномены физической реальности.

Если мы прошлись по корридору на этаже оффисного здания и насчитали 23 двери, то мы произвели измерение и получили данные. Полученное нами