Нам больше нельзя - Светлана Кондр

время. От таких мыслей я сжал кулаки, она ведь мне назло может переспать с кем-нибудь и будет считать, что так и надо, но если она это сделает, то нашим отношениям точно придет конец.

Меня разбудил звонок телефона. Я подскочил, предположив, что звонит Алёна, чтобы помириться, но на экране мелькало: «Мама»

– Да, мам.

– Лёша, мастерскую подожгли! Это всё из-за тебя! Я говорила, брось свою девку, но ты не послушал. Что ты наделал… – плача запричитала она.

– В смысле подожгли? Как это произошло?

– Облили бензином и подожгли главный вход, его успели потушить, но несколько автомобилей пострадало, Лёша и это только предупреждение. Дальше они искалечат тебя, если не убьют, также как хотели убрать Вика. Если тебе дорога твоя семья, то ты вернёшься домой и больше не станешь встречаться с Алёной.

– Это не может быть делом рук её семьи.

Хотя всё сходилось, вчерашняя ссора и утренний поджог. Скоты.

– Полицию вызвали?

– Ну конечно, только виновных не найдут. У Вадима такие связи… Дело замнут, и мы от этого пострадаем ещё больше. Лёша, я клянусь, если ты ещё раз встретишься с этой девкой, я себя убью, пожалей свою мать.

– Мама, успокойся. Я сейчас приеду.

Голова толком не соображала, алкоголь ещё не отступил, а тут такие новости. Неужели всё это правда и, начав встречаться с Алёной, я поставил свою семью под угрозу, бред какой-то. Разве можно так?

Прошла неделя и Алёна со мной так и не связалась, что только придавало веса словам мамы, а после случившегося я тоже не стал ей звонить или писать. Похоже, она окончательно сделала свой выбор. Через четыре дня я забрал свои вещи из квартиры и съехал от Тима. Я не мог больше рисковать своей семьёй… в клубе Алёна встала на сторону родни, и я сделал так же.

Бегая по инстанциям, мы пытались найти виноватых в поджоге, но следов не было и зацепок тоже. Вот и расследование, никаких подвижек.

Алёна укатила на Кубу и наверно лежит расслабляется там, развлекаясь с другими. Я остался для неё в прошлом, которое она легко переступила. Для неё наши отношения ничего не значили, раз она так легко от них отказалась. Заходя на её страничку, я видел её смеющуюся в клубе или развлекающуюся на сёрфе. Она хорошо проводила время, пока мы всеми силами старались восстановить фасад и вывеску мастерской.

Глава 25 Алёна

«Ты молчишь… Наверно сердишься на меня. А я думаю о тебе и не забываю того, кому отдала своё тело, свои мысли и сердце, которое и не знало, что может любить. Ты только напиши или позвони… Мы поговорим и сможем всё исправить. Все ругаются, но это не повод расставаться. Даже если ты всерьёз решил, что нам больше не по пути и мы не подходим друг другу, скажи мне об этом, и я буду знать, что всё кончено… Твоя Алёна»

Я нажала на «Отправить» и откинулась на подушки.

Две недели Лёша молчал и не собирался идти навстречу примирению. Я поначалу очень злилась на него и хотела поехать и надрать ему задницу за то, что он не делает первый шаг, но не стала. Я пыталась забыться, не думать о Лёше, но всё так же каждое утро просыпалась с надеждой о том, что он лежит рядом и, открывая глаза и видя, что его нет, мучилась.

Такая долгая разлука не шла нам на пользу, а всё больше уверяла меня в том, что Лёше не нужны наши отношения. Как я могла так ошибиться в человеке. Он говорил, что любит, и в моём понимании это было пиздец как серьёзно, ведь признание в любви – это ответственный шаг, говорящий о серьёзности и об истинном чувстве. Наверно это ложное мнение и многие разбрасываются этими словами, считая это пустяком, сказать – «Я люблю тебя».

Плохо ли ему сейчас или он рад, что отделался от меня, ведь мой отказ пойти с ним Лёша мог использовать как повод порвать со мной. Да, я не строила из себя леди и никогда не буду, я такая какая есть, и он должен был принять это. И если он умалчивал претензии ко мне, тихушничал, обманывая льстивыми словами, то пусть горит в аду, ведь он смог разбудить во мне то чувство, которое никому не удавалось – любовь. Дурацкое слово и звучит не очень, но, к сожалению, именно им называют то, что происходит во мне.

Я решилась написать Лёше, потому что устала ждать, когда он осмелится закончить всё. Он держит меня в подвешенном состоянии своим молчанием, а я не хочу ждать, мне нужен ответ. Я просто больше не могу надеяться…

А может хер с ним? Пойти и найти себе мужика на ночь и не париться о том, что там у меня внутри, буду делать всё, что захочу, как раньше… Но нет, меня даже не тянет к другим, они мне не интересны, а ещё хуже не возбуждают, насколько бы хороши они ни были. А кубинские мачо считаются одними из самых горячих. Мы несколько раз выбирались в Гавану, но ни ночные клубы, ни прогулки по городу не могли отвлечь меня от мыслей о Лёше. Казалось бы, секс-туризм может стать лучшим лекарством, способным прижечь нарывающую язву чувств. На набережной Малекон было множество девушек и молодых парней, желающих скрасить одиночество иностранных туристов, все подтянутые, красивые, пытающиеся переплюнуть друг друга. Подходи и бери. Девушки не отставали от парней, в них не было зажатости и присущей нам, навязанными веками патриархата вынужденной скромности. Этим они походили на меня, не сложилось с одним, с легкостью найдут другой объект для отношений. Никто не будет плакать и горевать о несчастной любви.

Раньше, я бы не задумываясь отдалась в круговерти жарких кубинских страстей, но не теперь.

На отдыхе оказалось весело всем кроме меня. Огромный особняк уместил всю нашу семью со всеми детьми. Сашка постоянно где-то торчал с Соней, Егор и Гордей бегали от одной рыжей цыпочки к другой, у них теперь наверно пунктик на цвет волос, Фабио как неприкаянный ходил за мной и старался