Коты никогда не врут, или Тайна серого свитера. Истории, которые приведут в твою жизнь любовь - Ника Набокова

с младенцем, у которого родничок не закрылся. Я постоянно в напряжении, боюсь что-то сказать, что-то сделать, как-то неправильно взглянуть на тебя. Это, конечно, здорово, что женственная, чувствительная, но, знаешь, для меня твой уровень – перебор. Я не хочу себе в любимые Дусю-агрегат или робота, но и вот так трястись, чтобы, не дай боже, не поцарапать, не дотронуться, тоже нереально. Разве это отношения, когда один дышать рядом боится? Не хочу я так. Да и не могу. Прости, Мира. Прощай.

Развернулся и ушел.

* * *

На месте несостоявшегося жениха я бы, кстати, еще кое-что важное добавила.

Научившимся заботиться о своих границах, эмоциональном состоянии, внутреннем ребенке, уязвимой части, интересах, желаниях, переживаниях и далее по списку исключительно необходимо запомнить:

• твои границы заканчиваются там, где начинаются границы другого человека;

• твои особенности личности не должны мешать другим людям;

• твоя рефлексия уместна в специально отведенных для этого местах (например, с друзьями или психотерапевтом);

• твоя забота о своих интересах не должна нарушать чужие интересы.

Но… Меня там не было, так что… Вернемся к Мире.

* * *

Слышать все это было больно. Душила обида от несправедливости! Какой жестокий человек. Какой жестокий! Она физически чувствовала, как на сердце появляется очередной, свежий шрам.

– Что ж, наверное, этот мир отношений просто не для меня. Я посвящу себя чему-то другому. Искусству, прекрасному, тонкому. Оно не предает, испугавшись сложностей, не отказывается от любви, – твердо решила для себя девушка. И, гордо подняв голову, пошла прочь из парка, где и развернулась любовная трагедия.

* * *

Минуло много дней, недель и месяцев, но Мира твердо следует своему решению. Грустит, переживает, нуждается в человеке рядом, но… Прозрачная кожа дороже. Увы.

Письмо

Привет, дорогой мой человек!

У меня были непростые дни, требовалось прояснить некоторые сложные моменты в отношениях с моим другом.

Я ненавижу сообщать о своём недовольстве близким людям.

С дальними персонами, которые мне не особенно важны, проблем нет: мало того, что сообщу, так ещё популярно и доходчиво дам максимальные разъяснения. А вот с теми, кто рядом, – сплошная боль и переживания.

Поэтому я долго мучилась. Сначала надеялась, что оно как-нибудь само разрулится, потом собиралась с духом.

Это, конечно, особенности моих границ, коряво выстроенных на кирпичах: «Любимым надо все прощать», «Ну, свои ведь, можно и потерпеть», «Ты что, сердишься на папу? Плохая девочка!». В сухом остатке: нельзя быть недовольной близкими, фу, фу, фу. В моей семье подобное строго запрещалось, возможно, тебе эти странные правила тоже знакомы.

Но аксиома, которую я знаю совершенно точно: ничто не убивает отношения быстрее, чем замалчивание проблем. Вредный совет с гарантией: «Хочешь разрушить контакт? Молчи о претензиях». Я много раз проходила это сама и еще чаще наблюдала, как на этом погорели другие.

Так что хочешь не хочешь, а приходится вытаскивать себя из-под воображаемого дивана, под который забралась, и задаваться простыми вопросами: «Ника, тебе важны эти отношения? Ты готова пожертвовать ими, чтобы не сталкиваться с неприятными чувствами во время обсуждения претензии? Что для тебя в приоритете: крепкие и классные отношения или корявые заветы?»

Разумеется, отношения важны. И разумеется, жертвовать я ими не готова. Ну а от корявых заветов один вред.

А значит…

Вооружившись адекватными формулировками (без обвинений, без упреков, без агрессии и нападения), пожеланиями, предложениями, а также важной мыслью «да, мое сообщение может быть не очень приятно человеку, но он вполне способен с этим справиться и выбрать реакцию», я плетусь рассказывать, что не так, повторяя себе, как мантру: «Я делаю это ради отношений».

Нет, я не получаю никакого удовольствия от подобных разговоров. В моменте мне волнительно. Но все это абсолютно переживаемо, и уж точно полезнее, чем тягостное молчание.

Так же я поступила и в этот раз. Сформулировала, пошла. И да, моему другу было не очень приятно слышать, что рядом с ним у меня возникают всякие неприятные переживания, и да, я видела, что он расстроен, и конечно, мне ужасно хотелось взять и отыграть все назад, мол, ну ладно-ладно, не бери в голову, наговорила всякого, на самом деле чудесен наш союз. Но я держалась.

Мы все прояснили, обо всем договорились, и, знаешь, мне сразу стало легче, свободнее.

И голова, которая болела три дня кряду, прошла. Ну а самое главное – общение улучшилось.

Такая вот история, дорогой мой человек.

Мне захотелось с тобой ею поделиться, вдруг тебе тоже бывает непросто сообщать о том, что не нравится. Знай, я с тобой!

Обнимаю тебя.

Письмо

Привет, дорогой мой человек.

Читала истории разных людей. И подумалось…

Чтобы сохранить зубы, не стоит открывать ими бутылки, есть много сладкого и игнорировать стоматолога.

Чтобы сохранить кости в целости, не стоит прыгать с четвертого этажа, засовывать конечности в опасные места и гарцевать по льду на шпильках.

Чтобы сохранить здоровье, не стоит пить стеклоочиститель или хлорку, дышать клеем «Момент» и принимать яд.

Чтобы сохранить себя, нервную систему, психику, а также кости, зубы и здоровье в придачу, не стоит отношаться с людьми, издевающимися над тобой. Игнорирующими, унижающими, разрушающими, обижающими, ограничивающими.

Хочешь, чтобы было тепло? Не сиди с тем, от кого веет холодом.

Надеюсь, ты там у меня не мерзнешь!

Обнимаю!

Глава 9

Сгоревший сад

Вокруг, куда ни глянь, было лишь серое, покрытое пеплом поле. Изредка то там, то тут торчали стволы обгоревших деревьев, а ровно в центре пепелища сиротливо стоял фундамент бывшего дома и несколько уцелевших свай.

Зрелище наводило тоску. Да такую, что только взять и удавиться. Идеальное место для съемки психологического триллера или криминального расследования. И прекрасное фото для интернет-паблика, посвященного бренности бытия.

Вера, как обычно, сидела на единственном оставшемся стуле с занятной обивкой, покрытой силуэтами разноцветных бабочек, и смотрела в никуда.

Последние полтора года все ее вечера проходили именно так.

Она возвращалась с работы, из большого, яркого мира, простиравшегося за границей ее выжженного хозяйства, переодевалась, садилась на стул и… не хотела ничего. Просто сидела и смотрела. Либо в пространство, либо в экран ноутбука с очередным сериалом. Сериалы помогали хоть как-то отключиться от реальности. Вера убегала в них, как в альтернативную жизнь. Переживала за героев, болела за их истории, злилась, плакала, радовалась