Невинная крошка (СИ) - Ричи Кристина

Еду домой, надо увезти малышку подальше. Паркуюсь возле подъезда, купил цветы, романтика бля. Захожу в подъезд и вижу пакеты, разбросанные по полу. Из одного торчат трусики ярко — розового цвета, кто мог зимой купить такое. Догадка есть, но мне нужно убедиться. Пока бегу на наш этаж, звоню малышке, её телефон вне зоны доступа. Дома никого. На вешалке ни куртки, ни сумки, чемоданы стоят на половину собранные. Ору и маты летят на всю квартиру, букет летит в стену. Бл*ть, только не сейчас, только не она. Звоню — снова не берет. Звоню Алексу и парням, все знают, что делать. Не позволю забрать у меня мою семью!

Жду звонок и вот, спустя тридцать минут, мне звонит любимая. Поднимаю трубку и слышу знакомый голос больной стервы:

— Она у меня, приезжай один, иначе увидишь её по частям, — ржёт тварь.

Убью.

— Хорошо, говори адрес? — эта сучка диктует, и я срываюсь с места. Пока еду, всех отправляю на точку захвата. На этот раз никого не оставят в живых. Зачистят всех. Алекс не прощает побега, срыв сделки тем более.

Подъезжаю, возле ворот меня вытаскивают из машины и хорошенько колотят, тащат к дому.

Захожу и вижу мою маленькую: она сидит на диване, глаза стали ещё больше, слезы текут. Напугали, но не тронули. Меня привязывают к стулу. Надеюсь, мои парни и парни Алекса не задержатся, как это было со мной. Надо отвлечь тварь.

— Отпусти её, она здесь ни при чем, это касается только нас с тобой. Давида убил я, — Кристина разворачивается ко мне в своем красном платье, при параде, неужели она мне, когда — то могла понравиться. Как я согласился на это, ой дурак. Ладно, проехали. Она подходит ко мне и гладит по волосам своими куриными пальцами. Я все это время смотрю на малышку. Она сидит, не двигаясь.

— Нет, любимый, она очень даже при чем. Она — та, кто встала между нами. Из — за неё ты так и не смог стать мне мужем. Не понимаю, вот правда, что ты в ней нашёл? Коротышка, страшная, деревенская. Тебе и правда нравится такая экзотика? — смотрит на меня красивая обёртка от дерьма.

— Тебе не понять, ты же не умеешь любить, — Кристина морщит свой нос, губы кривятся в злобной усмешке.

— Я любила тебя, на все готова была, а ты выбрал эту тупую деревенщину, — подходит к Алисе и бьёт её по щеке. Алиса держит ладошками щеку и смотрит на меня.

— Я убью тебя, тварь. На этот раз точно, — Кристина ржёт, как и её мертвый папаша.

Вырву ей руки за щёчку моей девочки.

— Мы поиграем, малыш, — её шавка передаёт ей револьвер.

Черт, где парни? Все веселье пропустят.

— Помнишь игру папочки с тобой? Он играл с тобой в тот самый день, — она смеётся и убирает все пули кроме одной.

Ох, учиться мне в спасательных операциях у Лекса, но его нет. Надо самому. Хотя, тот тоже со мной не торопился. Пришлось везучесть проверять.

— Помню, давай поиграем с тобой вдвоём, пусть Алису уведут в машину. Я сделаю все, что ты захочешь, — она смеётся, подходит к Алисе.

— Я решаю, кто и как играет, — наставляет дуло на мою малышку, и я вместе со стулом падаю вперёд на бок. Раздаётся пустой щелчок. Поднимаю глаза: любимая не дышит, закрыла лицо руками. Мне потом с психиатрами её не вылечить от этого ужаса.

Двое что стояли рядом со мной, поднимают стул и меня. Кристина все это время ржёт, как умалишённая. Алиса смотрит в пол, её руки трясутся.

— Вот же повезло твоей шлюшке. Теперь твоя очередь, — подходит ко мне и снова щелчок. Я проклинаю парней, которые могут опоздать. Порешаю всех этих наемных придурков.

— Так неинтересно. Олег сделай этого садового гнома красивее. Она уродлива.

Ублюдок берет нож и проводит лезвием по щеке Алисы. Она не шевелится от страха, только скулит, как волчонок. Надрез небольшой, но кровь стекает тонкой струйкой по ее щеке. Кристина смотрит на меня, ждёт реакцию, но я сижу без эмоций на лице.

Ублюдок скидывает с Алисы куртку, моя девочка не проронила ни слова. Она не умоляет их, не кричит, не сопротивляется. Сильная девочка, храбрый маленький ниндзя. Она защищает наше чудо внутри.

Верзила ведёт ножом по её груди, разрез на кофте позволяет. Делает надрез сверху с левой стороны. Слезы текут из её глаз, но она не шевелится. Позволяет резать себя. Я почти на грани срыва.

Кристина наслаждается своим триумфом. Всех нас отвлекает звук сигнализации с улицы. Кристина посылает двоих рядом со мной узнать, что случилось. Это её большая ошибка.

Её придурки меня не обыскали. Пытаюсь достать нож в рукаве куртки. Через пару секунд получается, я аккуратно перерезаю часть веревки. Мне хватает, чтобы быстро разорвать ее и освободиться.

На улице парни начали штурм, слышны звуки стрельбы и крики охраны. Не так уж и много у неё нашлось друзей. Все давно в курсе, что это все теперь принадлежит Хищнику. Мелкие сошки, которых наняла Кристина не поняли своей смертельной ошибки.

Я кидаюсь на Кристину, прикладываю нож к её горлу. Сейчас она точно станет бывшей.

— Парень, отойди от неё. Алиса, иди к той двери, — показываю малышке куда нужно отойти, чтобы её не задело. Кристина орёт, чтобы тот её послушал, и он отходит к двери. Алиса медленно на ватных ногах ползёт до двери в противоположной стороне.

Смотрю на парня и понимаю, он не отпустит мою девочку, по глазам вижу. Верный пес. Кидаю Кристину на пол, хорошенько приложив её башкой об пол. Сам бегу к этому ублюдку, он не жилец. Бычок кидается на Алису, она падает и его нож входит ей в плечо. Она издаёт страшные звуки, а затем падает в обморок.

Пока моя жена в отключке, могу наказать всех этих тварей. Он её порезал. Протыкаю его тело ножом раз десять, он уже на четвертый раз почти не дышит. Пусть сдохнет.

Разворачиваюсь, на меня смотрит дуло, Кристина трясётся, но целиться в меня.

— Давай, тварь, стреляй, но я убью тебя все равно. Ты выстрелила в мою малышку, напугала её, ты труп, как и твой отец. Вам не место в этом мире, — иду на неё, она делает шаги назад.

— А тебе место в этом мире? А? Даня, ты убийца, твои руки в крови. Ты, как мы. Признай это! — кричит стерва.

Стреляет в меня, попадает в живот, но я не чувствую ничего, кроме адреналина и ярости. Рукой выбиваю ее пистолет, она падает на пол. Провожу по её горлу ножом, потом вбиваю нож в её отравленное сердце. Вытираю ручку ножа рубахой.

Меня начинает трясти. Потом подумаю об этом. Бегу к малышке и выношу её на руках через задний ход. Мои парни уже всех положили. Машина трогает с места, как только мы заваливаемся на заднее сиденье. Осматриваю порез в плече малышки, но он неглубокий. Больше испугалась и отрубилась.

Едем в больницу. По дороге меня тоже отключает.

Просыпаюсь в палате. Рядом лежит малышка, у нас апартаменты на двоих. Снова боль, теперь в области живота. Снова весь перемотан. Бок болит. Во мне уже много дырок, а жизнь только вроде началась.

— Малышка, привет, как ты, маленькая?

Она открывает заплаканные глазки, подходит к моей лежанке, садится на стул, берет меня за руку и целует сбитые костяшки. Её порезы заклеены, плечо забинтовано. Но рукой она двигает свободно. Дышать становится легче. Она в порядке. Почти.

— Привет, все хорошо, пупсик тоже в порядке. Врач сказал небольшие шрамы останутся от надрезов. Но то, что было вчера, я не знаю, как не думать об этом. Она же могла убить нас. Был шанс умереть, — опускает свои длинные ресницы с которых капают слезы.

— Всё будет хорошо, мы справились. Ты такая храбрая, настоящий ниндзя. Прости меня, прости, что заставил в этом участвовать. Я не позволю больше такому случится. Как только я встану с этой кровати, мы улетим, а потом вернёмся на родину. Я уже нашёл нам прекрасную пятикомнатную квартиру и совсем недалеко от твоих родителей.

Она немного улыбается, но это скорее, как рефлекс. Впереди много часов с психотерапевтом. Так я и думал.

— Скоро придет врач, он сказал пуля не задела никаких важных органов. Но все же, дырка в животе и ей нужно время зажить. Я съезжу домой, потом вернусь, привезу тебе твои вещи, — она целует меня в лоб, как мёртвого, и выходит.