Муниципальная ведьма - 2 - Александра Брагинская

— Ладно, попробую. Постараюсь говорить попроще, — неуверенно пообещал бывший губернатор, явно сомневаясь, что я смогу понять даже ‘попроще’. — На ситуацию в городе и области влияют самые разные силы: система власти, оппозиция, криминалитет, бизнесмены и полиция, остальных для анализа ‘на пальцах’ можно не учитывать. Все эти структуры тесно переплетены между собой, и обычно находятся в некотором равновесии, которое всех более-менее устраивает. Это понятно?

— Да. Продолжайте, пожалуйста.

— Сейчас ситуация перестала быть обычной, и причина тому — я. Нет, не в том смысле, что я организатор беспорядков, а в том, что я оставил губернаторский пост и тем нарушил то самое равновесие. Губернатор — это очень важная фигура, даже если он полное ничтожество. А я не был пустым местом.

— Согласна, — соврала я.

На самом деле последние месяцы на должности губернатор если и не был пустым местом, то вплотную подошёл к этому состоянию. Неурядицы в семье, наезд Генеральной прокуратуры, ухудшившееся с возрастом здоровье, адская усталость и, как следствие всего, расшатанные нервы побудили его применить универсальное русское лечение — пьянство. Правда, пил он не водку, а коньяк, но это мало на что повлияло.

Зато теперь, после отставки, о нём уже нельзя было сказать ‘сильно сдал’. Отдохнул, успокоился, привёл в порядок давление и, похоже, пить если не бросил, то резко уменьшил дозу. Что там у него с женой, наладилось или нет — не берусь судить, по крайней мере, внешне всё благопристойно. Сейчас отставной губернатор выглядел лет на десять моложе, чем в марте, всего-то три месяца назад.

— Так вот, — продолжал он. — Я ушёл из власти. Сосредоточился на бизнесе. Мэрский занял место, которое я ему нагрел, но он ещё не утверждён. А когда утвердят, он наверняка приведёт с собой команду из мэрии, а кого-то из моих людей уволит. Поэтому аппарат областной власти частично парализован. Работники не уверены в будущем, а некоторые, наоборот, уверены и недовольны. Их больше беспокоят не служебные дела, а собственное трудоустройство. Это понятно?

— Да.

— В мэрии ситуация ещё хуже. Часть людей перейдёт к Мэрскому, как я уже говорил, а Каретников притащит с собой какое-то количество своих бандитов. Руководит там Семёныч, вечный первый зам. Кроме рутинных вопросов, он ничего решить не в состоянии, иначе давно сам стал бы мэром, с его-то опытом!

— Это точно. Я же там работала, знаю его, — в этот раз моё согласие было искренним.

— Сам Каретников — тоже знаковая фигура в нашем городе. А он меняет статус. Совсем недавно твой папаша был бизнесменом и бандитом, причём больше бандитом, а что теперь? Он становится политиком, чиновником, но всё меньше уголовником. Не к лицу мэру города заниматься рэкетом, у него есть гораздо лучшие способы заработать на хлеб. Значит, грядёт и криминальный передел, бандиты к нему готовятся и играют мускулами друг перед другом. Кстати, Каретников обязательно продвинет своих людей в полиции и прокуратуре. Они там наверняка есть, иначе он за свои подвиги давно топтал бы зону. Формально они мэру не подчиняются, но…

— Но мэрия имеет там влияние, — подсказала я.

— Да. В общем, силовые структуры тоже выжидают, как всё повернётся. Короче, можно согласиться с древними китайцами, которые считали, что жить в эпоху перемен — это проклятие.

Всё, что он говорил, я уже слышала не один раз. От мужа. А если бы не слышала, легко сама бы догадалась, безо всякого ясновидения. Неудивительно, что мой супруг не захотел выслушивать эту лекцию ещё раз. А мне приходилось смиренно внимать. Если я прерву старика, мне останется только распрощаться и уйти. В этом доме я не была желанной гостьей, здесь меня только терпели. Зато Юра мог делать, что хотел, ему позволялось. И не преминул этим воспользоваться.

— Дедушка, зачем ты это рассказываешь? — поинтересовался он. — Оно всё правильно. Но даже я знаю, что если хоть немного меняется власть, сразу начинается передел. Неужели ты думаешь, что этого не знает папа?

Мне показалось, что губернатор хотел наорать на внука, прервавшего скучное повествование, но сдержался.

— Юра, общие принципы понятны даже бабушкам на скамейках. Но дьявол всегда кроется в деталях, и вот как раз чтобы увидеть эти детали, нужен опытный взгляд. Я больше тридцати лет на руководящей работе, повидал всякое, и чутьё на чужие интриги у меня будь здоров! Например, тот же Каретников…

— Дедушка, ты сказал, что мистер Каретников станет меньше заниматься уголовщиной. Кто же спорит? Конечно, мэру проще воровать, чем грабить. Думаю, он даже налоги изредка будет платить. И если ты об этом ещё раз скажешь папе, чем это ему поможет?

— Говорю же, суть — в деталях! Вот я слышал, что на младшую дочь Кареты нападали хулиганы. Можете представить, чтобы хулиганы настолько оборзели? Наверняка их кто-то подослал, чтобы вынудить Каретникова приставить к ней своих людей, которые ему сейчас необходимы в других местах!

Юра, которому, как и мне, надоело слушать нудную лекцию, явно собирался продолжить перепалку с дедом, но я его слегка пнула под столом, и он резко передумал. Появилась возможность задать вопросы, ради которых я сюда и приехала. Что бывший губернатор думает о происходящем, меня не интересовало. Ему больше не докладывают самую свежую информацию, он основывается исключительно на слухах, которые гуляют по этому элитному посёлку. Однако, хоть он и разглагольствовал, как типичный старый осёл, я надеялась, что за пару месяцев отставки чиновничью хватку он утратил не полностью.

— А как поведёт себя в эпоху перемен майор Нежный? — невинно поинтересовалась я.

— Юрий Николаевич? Никак он себя не поведёт. Он из той породы дураков, которых интересует только их работа. Он ловил преступников раньше, будет продолжать и впредь. Для него ничего не меняется. Говорю же, дурак!

— Дедушка, а как получилось, что ты его знаешь? И даже просто знаешь о нём? — снова вмешался излишне любопытный Юра. — Майор — это же для здешней полиции не очень большое звание. Где майор, а где губернатор?

— Ты помнишь, в городе появился серийный убийца? За неделю три мёртвых студентки, все задушены, а на правой груди вырезан крест?

— Нет.

— Я помню. Училась тогда на третьем курсе. Страху натерпелась на пару лет вперёд. Юре тогда лет десять было, как он может такое помнить?

— После третьего убийства я спрашиваю начальника милиции, как продвигается расследование, а то уже весь университет в панике. И он мне отвечает: ‘А что я могу сделать? Нежный в отпуске, и трубку не берёт!’. Как можно не знать такого человека? Приехал и за пару дней нашёл мерзавца. Тот, правда, ещё одну студентку прикончить успел. Он, гад, с университетом вообще не был никак связан, а все искали его именно там. Я ответил на твой вопрос?