Мой механический роман - Фолмут Фэролл Алексин

– А вот и неправда, – решительно возражает Лора. – Ты устранила проблему неравномерного распределения веса, а новая вертикальная лопасть…

– Хорошо-хорошо, я гений, – сдаюсь я. – Мы с Нилам вчера минут тридцать спорили о том, нужен ли мой единственный реальный вклад в проекте, но за весь наш будущий успех я отвечаю в одиночку, да. Теперь довольны?

Лора подносит свое исполосованное тенями для век запястье к моему лицу.

– Думаю, тебе подойдет этот цвет, и да, – самоуверенно заявляет она, – я довольна.

На самом деле приятно снова проводить время в женской компании, даже если эти девчонки ведут легкомысленные разговоры и неоправданно доброжелательны по отношению ко мне. Не то чтобы я не могла позвонить своим прежним подругам, если бы мне вдруг захотелось посплетничать и накраситься, но в теплой болтовне Джейми и Лоры есть что-то такое, что заставляет меня думать, что это нечто другое. Похоже, я была одинока чуть дольше, чем думала.

– Я рада, что ты здесь, Бель, – неожиданно говорит Джейми, поймав мой взгляд в зеркале. – У тебя бывает такое чувство, будто ты встречаешь кого-то из своей прошлой жизни и уже наполовину его знаешь?

– О, Джеймс, ты хочешь сказать, что мы родственные души, да?

– Вообще-то нет, – говорит она. – Наоборот, я хотела сказать, что у меня такое ощущение, будто встречаю тебя впервые.

– Оу…

Я корчу огорченную гримасу, и Лора разражается смехом.

– Нет, я в хорошем смысле, – спешит заверить меня Джейми. – Как будто ты – что-то новое для меня, понимаешь? Как новый цвет, о существовании которого я даже не подозревала, а теперь замечаю его повсюду и все время думаю: «Слава богу, что теперь я могу его видеть. Какой был бы облом, если бы я о нем так и не узнала».

Кажется, это самое приятное, что мне когда-либо говорили, поэтому вместо ответа я притягиваю Джейми к себе одной рукой, а другой обнимаю Лору.

– Спасибо, что приняли меня, – благодарю я, глядя на нас в зеркало.

Волосы Джейми растрепались, на руках Лоры все еще экспериментальные пятна теней, а у меня прыщ, который видно, наверное, с марсохода из космоса, но, по-моему, выглядим мы очень даже симпатично.

Тут раздается звонок в дверь.

– Надеюсь, это Дэш с куриными наггетсами, – произносит Лора.

И это ведь здорово, правда? Что мое свидание проходит так весело и беззаботно и мы, с макияжем или без него, все с таким нетерпением ждем встречи с парнем, который за мной зайдет. Наверное, я чувствовала бы себя не так легко, если бы в дверях неожиданно появился Луна, но знание, что это точно не может быть он – потому что Тео сейчас в Юте, и я точно не увижу его сегодня вечером, – даже кажется мне чуточку обескураживающим.

Иногда, когда Тео рядом со мной, я думаю, будто между нами возникает нечто золотое и сияющее. Или, быть может, это сияю я сама, и лучи, исходящие от меня, становятся все шире и шире и простираются так далеко, что в кои-то веки я не ограничена рамками своих привычных забот и страхов. В кои-то веки чувствую себя необъятной, неудержимой и… яркой.

Но его здесь нет, и я гоню прочь эти мысли, решая, что если все-таки хочу успеть закончить прическу к выходу, то сейчас самое время заняться делом.

За дверью оказывается не Дэш, и в итоге нас засасывает то, что я называю «спиралью Ютуба». Джейми просто великолепна, но я слегка начинаю сомневаться в ее способности ориентироваться во времени, потому что к тому моменту, когда приходят все остальные, моя кожа все еще блестит от спрея «Urban Decay». Слава богу, существует консилер, поскольку я точно не хочу демонстрировать этот прыщ будущим поколениям.

Дэш появляется в винтажном наряде – подтяжки и все такое. Он даже зачесал черные волосы набок, словно танцор свинга в шикарном ночном клубе или персонаж фильма «Великий Гэтсби».

– Выглядишь просто восхитительно, – произношу я, вежливо хлопая его по плечу, и он кланяется.

– Миледи, – отвечает он, одаривая меня одной из особенно дурацких ухмылок. – Вы выглядите божественно.

На мне босоножки с ремешками и платье с греческим узором на поясе, так что предположить, что я играю в Афину, будет вполне справедливой оценкой.

– Что я слышу, добрый сэр, неужели это игра слов? – спрашиваю я, театрально обмахиваясь руками, будто вот-вот упаду в обморок.

– Безусловно, – подтверждает Дэш, протягивая мне руку. – Пойдем?

– Да вас, ребят, просто не отличить, – замечает Кай, который пришел на танцы вместе со своей подружкой Сарой, ученицей класса помладше.

– Мы практически зеркальное отражение друг друга, – заявляет Дэш с кошмарным британским акцентом, и до конца вечера почти все наши танцевальные па сопровождаются копированием движений друг друга, к ужасу всех друзей.

Наверное, никого не удивит тот факт, что на школьных танцах в Эссекской Академии в самом деле танцуют. По словам Джейми, в состав комитета по проведению вечера встречи выпускников входят дочь члена совета директоров женского общества, дочь личного стилиста какой-то знаменитости и кто-то, состоящий в дальнем родстве с Копполой. Я, если честно, весьма смутно себе представляю, что это должно означать, однако размах виден невооруженным глазом: наш огромный спортивный зал полностью преобразился, начиная от струнной системы освещения под потолком и воссозданных из папье-маше старых фонарных столбов (тех самых, с которыми все вечно фотографируются возле музея искусств) и заканчивая плакатами «Авеню звезд», которыми увешаны все стены, причем некоторые выполнены весьма искусно. Мы словно бы попали в фильм «Ла-Ла Ленд», смысл которого мне как-то пришлось объяснять своей матери. «История была про их мечты», – рассказывала я, пока она плакала о потерянной любви.

Но за вычетом моих разнообразных фантазий танцевать оказалось гораздо веселее, чем ожидалось. Время от времени я случайно представляла внезапно появляющегося Тео – огибающего угол, за который я собираюсь повернуть; волшебным образом материализующегося где-то в центре танцпола; подбегающего ко мне, чтобы сказать, что его рейс отменили, и не пойти ли нам поработать над Пуччини прямо сейчас… Но отмахнуться от этих мыслей было легко, и к тому же… мне весело. Я ведь уже упоминала об этом, да?

Впрочем, неважно. Главное, что я хорошо провожу время.

В конце концов, я выбиваюсь из сил, пытаясь угнаться за неуемным Дэшем, поэтому, когда Джейми кричит, что ей нужно в туалет, я незамедлительно предлагаю себя в качестве компаньона. Она берет меня под руку, и, как и следовало ожидать, мы попадаем в длинную очередь – хотя сказать, кто действительно стоит в туалет в ней, сложно; половина присутствующих девчонок просто поправляют макияж или делятся переживаниями.

– Да он козел, – обращается Джейми к первогодке, рыдающей из-за парня. – И вообще мужчина женщине нужен, как рыбе велосипед.

– И ты очень красивая, – добавляю я, потому что, даже если Джейми слишком интеллигентна, чтобы свести все к внешности, поддерживать самооценку ближнего важно. Интерсекциональный феминизм и все такое, и это снова заставляет меня подумать о Тео, но я сразу же отгоняю эти мысли. – А лучшая месть – это жить своей лучшей жизнью, ведь так?

Девушка кивает со слезами на глазах, принимая решение вернуться к танцам, а мы с Джейми обмениваемся одобрительными взглядами (мы старше, мудрее и явно хорошо поработали), а затем наступает очередь подруги воспользоваться кабинкой.

Она проскальзывает внутрь, и тут я замечаю краем глаза какую-то суету. Судя по всему, это очередной эпизод девичьих страданий, но на этот раз я узнаю жертву.

Это Нилам.

Освобождается еще одна кабинка, подходит моя очередь, но я пришла сюда не для этого, а просто передохнуть от гормональной духоты школьного спортзала.

– Я буду снаружи, – кричу я Джейми через дверь, уступая следующей девчонке, и выхожу из туалета.

Приблизившись, слышу подругу Нилам, Мари, которая ходит со мной на урок обществоведения; она говорит громко и агрессивно.