Девять хвостов бессмертного мастера. Том 3 - Джин Соул

чувствовала. Стоило бы Хуашэнь-хоу подумать о смерти, Тень снова помешала бы ей.

– Извини, не могу, – сказала Тень, – даже если придётся пойти на крайние меры.

– Я это сделаю, – пробормотала Хуашэнь-хоу, морщась от всё нарастающей головной боли, – я всё равно это сделаю, но если я опоздаю…

Если на пути ползущего жука бросить скользкую ветку, через которую он не сможет переползти, жук повернёт и поползёт вдоль неё, пока ветка не закончится, и только тогда сможет ползти дальше. Тень собиралась подбросить такую «ветку» на поток сознания Второй принцессы. Она не знала, что из этого получится, но очень надеялась, что это хотя бы ненадолго отвлечёт Хуашэнь-хоу от мыслей о собственной смерти.

Тень поцеловала Вторую принцессу, вместо того чтобы в очередной раз отнять у неё нож, когда она пальцами нащупала его и незаметно старалась подтянуть к себе. Поцелуй был запечатлён на губах того, что называют астральной проекцией или душой. Физическое тело осталось нетронутым. После этого Тень исчезла.

Хуашэнь-хоу застыла.

Она никогда ни к кому не прикасалась и не позволяла прикасаться к себе, не считая А-Циня, разумеется. Она плохо помнила раннее детство, но мать, вероятно, никогда не ласкала и не целовала её, как делают другие матери. Она не любила дочь и отдалила от себя, когда поняла, что та не собирается заявлять права на небесный трон. Признаться, она даже немного завидовала младшему брату, когда видела, как к нему относится богиня небесных зеркал.

Это был первый в её жизни поцелуй… и первое вторжение чего-то постороннего в её астральный план. До этого момента Вторая принцесса даже не подозревала, что к душе можно прикоснуться – в буквальном смысле. Она ощутила этот поцелуй так же ясно, так если бы он коснулся её физического тела.

Внутреннее равновесие было нарушено, «ветка» перегородила поток сознания, превращая его в водоворот. Она училась по книгам, но в них не было сказано, что следует делать, если на астральное тело посягнули подобным образом. Ей показалось, что она ощущает его как ещё одно физическое тело: если она сбросит с себя верхнее, кожу и мясо, то под ним обнаружится ещё одно, точно такое же, как и то, что она сбросила.

Губы горели. Те, другие, под её настоящими губами. Стук сердца перекрывал военные барабаны. Вторая принцесса прижала руку к груди. Бьётся её настоящее сердце, не астральная проекция. И в венах бурлит её настоящая кровь, а не Ци по меридианам. Внутреннее равновесие нарушено, но Ци течёт относительно спокойно. На вторжение в астральный план отзывается её настоящее, физическое тело. Она понятия не имела, что с этим делать.

Вторая принцесса рывком подняла себя с кровати, заходила кругами, комкая одежду на груди. Потом она заварила себе успокаивающий чай, полагая, что это поможет. Не помогло.

О фруктовом ноже Хуашэнь-хоу вспомнила ещё не скоро.

[244] «Осквернена, но не тронута»

Тень вернулась несколько позже, чтобы взглянуть, что получилось. Хуашэнь-хоу, заметив её, выставила перед собой фруктовый нож:

– Не подходи!

Тень чуть шевельнулась. Ну что ж, какой-никакой, а прогресс. Пока Вторая принцесса занята «врагом», нож на себя она не направит. Тень успеет её остановить, если она попытается. Сама Тень ножа не боялась: материальное оружие в худшем случае могло лишь пропороть личину, настоящему облику, скрывающемуся под тенями, ничего не грозило.

– Почему? – спросила Тень.

Вторая принцесса, казалось, осунулась за то недолгое время, что они не виделись. Под глазами её были тёмные круги, веки – воспалены.

– Ты что-то со мной сделал! – яростно воскликнула Хуашэнь-хоу. – Ты чем-то меня отравил! Что это был за яд?

Тень постояла молча, а потом её перегнуло пополам от смеха. Вторая принцесса дёрнулась и швырнула в Тень фруктовым ножом. Нож прошёл сквозь Тень, упал и откатился в дальний угол. Тень буквально ходила ходуном от смеха.

– Яд? – простонала она. – Серьёзно? Ты настолько не искушена?

– Хватит смеяться! – ещё яростнее воскликнула Хуашэнь-хоу.

Тень оборвала смех, но голос прозвучал насмешливо:

– А если яд? Разве не должна ты радоваться, что я поспособствовал твоей смерти? Или на самом деле ты не так уж и хочешь распрощаться с жизнью?

– Это другое! – раздражённо отозвалась Вторая принцесса. – Смерть от чужой руки ничего не изменит. Из круга перерождения душу можно извлечь.

– Ты сильно недооцениваешь то, что находится по Ту Сторону, – заметила Тень, и в её голосе уже не было насмешки. – Если бы души так просто было извлекать из круга перерождения, ха-ха…

Смешок был натянутым. Вероятнее всего, Владыка миров тут же потребовал бы извлечь хрустальную душу из упомянутого круга и вернуть в прежнее тело. В Небесном дворце и одной небесной минуты бы не прошло.

Тень спохватилась. Хуашэнь-хоу уже вновь сжимала в руке фруктовый нож, собираясь проткнуть себе горло. Тень огорчённо вздохнула. Вторая принцесса почти уверилась, что у неё получится: она была далеко от Тени, а пол возле неё освещён, так что Тень не сможет передвигаться так быстро, как в полумраке, она успеет нанести себе серьёзную рану… так она думала.

Тень вообще не двигалась, но всё произошло молниеносно. Она вдруг оказалась прямо перед Второй принцессой – исчезла в одном месте и появилась в другом. Фруктовый нож вылетел из руки Хуашэнь-хоу и воткнулся в притолоку двери. Сама она оказалась навзничь на кровати. И всё это произошло одновременно, вразрез с законами всего сущего. У Второй принцессы закружилась голова: сознание с таким не способно справиться, пусть даже это сознание столь просветлённой особы, как Эрхоу.

– Эти треклятые небожители, – процедила Тень, разглядывая Вторую принцессу, – сами не знают, какое сокровище им досталось.

Вторая принцесса попыталась вырваться. Голова закружилась ещё сильнее, у неё появилось ощущение двойственности восприятия реальности: она вырывалась, но в то же время лежала неподвижно, как ей казалось. Будто что-то обнуляло время. Нечто подобное она ощущала перед входом в астрал при глубокой медитации, но тогда она могла контролировать и тело, и разум. А сейчас… Она вырывалась, или это ей лишь казалось? Тень исказила пространство и время, нагромоздила одно на другое, заставила мозг усомниться в собственных измышлениях.

Хуашэнь-хоу воспользовалась Небесным зрением, надеясь отыскать слабое место Тени: зрачки её раздвоились на долю секунды, побелели, ей показалось, что она различила за тенями какой-то силуэт, – но её тут же буквально выдернуло из созерцания в реальность. В этом искривлённом пространстве духовными силами в полном объёме пользоваться она не могла, это была территория Тени.

– Ты им не достанешься, – сказала Тень убеждённо.

– Пусти! – прорычала Вторая принцесса.

И вот тут