Поцелуй ангела - Ленора Риджли

Он был невероятно мрачен, на лице ни кровинки, губы болезненно сжаты. Джефф казался таким обессиленным, даже раздавленным, что Бетси испытала нечто, похожее на сочувствие и даже сострадание. По его непроницаемому лицу было невозможно догадаться, о чем он думает.

— Я… я хотела поблагодарить вас. Спасибо, что спасли меня. Вы можете теперь уходить, только скажите Коре, что со мной все в порядке, ладно?

— Премного благодарен за разрешение, — отозвался он с кривой усмешкой. — Но я, черт возьми, уйду тогда, когда захочу, и не минутой раньше! Представьте себе, они вообразили, будто это я вас избил! — Верхняя губа его нервно дернулась, и вдруг он взорвался. — Ради всего святого скажите, как вам взбрело в голову встречаться с Сэнтором! Вот уж не думал, что вы верите в возможность возродить былую страсть.

Бетси часто-часто заморгала, испуганная этой неожиданной вспышкой гнева.

— Я вовсе не…

— Вы торчали в этом чертовом гараже, поджидая мерзавца. Беременная. Надо же быть такой безмозглой! Мужик лупит ее, а она заводит от него ребенка! Если вас такое положение устраивает — прекрасно, но подвергать опасности еще нерожденное существо… Да это безответственность, граничащая с преступлением!

А она-то еще с ужасом думала о том, что Джефф может узнать о ребенке! Бетси расхохоталась бы, если бы могла. Он всерьез считает, что она и Дон… Как он посмел думать такое?! Бетси почему-то уверовала, что интуиция подскажет Джеффу, чей это ребенок, а когда он этого не понял, вдруг пришла в ярость.

— Ваше мнение для меня очень ценно, — процедила она и смело встретилась взглядом с Джеффом. Это было ошибкой: еще не успела позабыть, какие у него невероятно голубые глаза. Сейчас они стали холодными и колючими, как льдинки, но все равно не утратили своего магического воздействия на нее.

Даже сейчас она обостренно замечала каждую мелочь его облика — упрямый подбородок, отросшие волосы, доходящие до ворота рубашки, тень от густых ресниц, отбрасываемую на высокие скулы. Спокойно, Бетси, сосредоточься и возьми себя в руки, приказала она себе и с неимоверным трудом отвела взгляд от лица Джеффа.

— Пойдите и скажите Коре, что все в порядке. Она волнуется.

Как ни странно, тот подчинился.

Медсестра готовила пациентку к каким-то новым обследованиям, когда в палату вошел Джефф.

— Прошу прощения за задержку, я ловил для Коры такси. Пришлось пообещать, что буду держать ее в курсе дела, иначе она отказывалась уехать.

Медсестра улыбнулась, словно подтверждая право мужчины находиться в этой палате. Бетси мысленно чертыхнулась: этого следовало ожидать — потому-то Джефф и ушел так послушно, что собирался вернуться. Конечно, она могла бы поднять шум и добиться, чтобы его выставили за дверь, но ей хотелось поскорее услышать, что все в порядке.

— Присаживайтесь, мистер Кэлвин, здесь вам будет лучше видно, — любезно предложила молодая женщина.

Это уже слишком! Бетси повернула голову, намереваясь смерить непрошеного гостя уничтожающим взглядом, по негромкие слова медсестры заставили ее обратиться в слух:

— Вот, слышите, сердечко бьется?

Бетси почувствовала, как ее переполняет радость и какое-то прежде незнакомое тепло.

— Значит, все в порядке? — прошептала она. Услышав обнадеживающий ответ, наконец расслабилась. Слезы заволокли глаза. Она отвернулась от медсестры… и уперлась взглядом в широкую грудь Джеффа. В эту минуту казалось таким естественным обратиться к нему за успокоением, и Бетси так и поступила — спрятала лицо у него на груди, вцепившись дрожащими пальцами в мягкую ткань рубашки. Джефф, что-то бормоча, гладил ее по голове.

— Так, давайте-ка посмотрим, какой у вас срок… Двадцать девять недель, — продолжала медсестра. Она не заметила, что после ее слов в комнате повисла напряженная тишина.

Бетси отстранилась от Джеффа, не смея посмотреть ему в глаза. Теперь ей стало понятно, что такое настоящий ужас. Отчаянно пытаясь спасти положение, она пролепетала:

— Нет… по-моему, вы ошиблись.

Нечего и надеяться, что Джефф не зацепится за названный срок, слишком он умен, чтобы не сделать вывод, напрашивающийся сам собой.

Медсестра рассмеялась.

— Вы удивитесь, если узнаете, как много женщин неточно определяют срок. Но наш метод самый современный, и мы ни разу еще не ошиблись.

Джефф не проронил ни звука, однако его вид был красноречивее всяких слов.

В ожидании визита очередного врача Бетси уложили в кровать за ширмой.

— Давайте-ка попросим сюда папочку, — добродушно сказал появившийся старичок в белом халате.

Бетси чуть не застонала — Джефф, конечно, не замедлил сунуться к ней.

Она не очень хорошо понимала медицинскую терминологию, но ухватила главную мысль:

— Не вижу препятствий, которые помешали бы вам родить отличного, здорового малыша.

Потом врач заговорил о режиме, и Бетси забеспокоилась: ей рекомендовали «полный покой и регулярное медицинское наблюдение в течение двух недель». Как осуществить это на практике?

Первой ее мыслью было вернуться к матери, но Тереза никогда не славилась способностями медсестры или сиделки. Мать полагала, что болезнь — это проблема духа, а не тела, и, если Бетси не изменяет память, лучшим лекарством от всех болезней в их доме считалась длительная прогулка на свежем воздухе.

— Я прослежу, чтобы она как следует заботилась о себе и ребенке, — заверил врача Джефф.

— В таком случае прошу вас прийти завтра в девять. Всего доброго. — Врач ушел и закрыл за собой дверь.

Бетси первой нарушила молчание:

— Никогда бы не подумала, что на консультацию так легко попасть. — Она оглядела комнату, и вдруг в ее душу закралось подозрение: — Почему я не в общей палате?

— Мне казалось, вы предпочтете уединение.

— Я не могу себе позволить оплачивать отдельную палату.

У нее начала распухать щека. Ну и видок, наверное, у меня, подумала Бетси. Она осторожно пощупала ушибленное место и сморщилась от боли.

— Я в состоянии заплатить. А поскольку речь идет о моем ребенке, то я считаю, что имею на это полное право. Хотя у вас, по-видимому, весьма своеобразное представление о моих правах. Скажите, вы собирались когда-нибудь сообщить мне, что я отец? — Его голос звенел от ярости.

Пытаясь скрыть неловкость, Бетси с вызовом заявила:

— Это не ваше дело!

— Вот как? Мой ребенок — не мое дело? — То обстоятельство, что будущий папаша не повышал голоса, только подчеркивало силу его гнева.

— Биологически вы, конечно, отец, — пробормотала Бетси осипшим голосом, — но этим ваша роль и исчерпывается. — Она пыталась говорить спокойно, хотя от страха у нее сосало под ложечкой. — То, что между нами было, — просто временное безумие.