Дети миллиардера. Требуется бабушка! - Мария Сергеевна Коваленко

Местный шаман, который подрабатывал еще и нянем, уже готов был заступить на вечернюю вахту. Войтенков прилип к экрану камер наблюдения. Я сам смазал лыжи для забега с Варей на руках в соседний номер. И вдруг двойня ни с того ни с сего схватилась за животы.

Это было как гром среди ясного неба. Тут же забылись и планы, и желания. Резко стало не до шамана и не Войтенкова. Вместо семейной прогулки перед сном пришлось срочно искать водителя. И вместо углубленного курса постельной акробатики – лететь в местную больницу.

– Я контролировала всё. И что они ели, и что пили, и что просто тянули в рот. Ума не приложу, как малыши могли отравиться. – Варя обнимала стонущую Дашу и оправдывалась, словно была виновата.

– Это талантливые дети. Если они ставят перед собой цель, то обязательно добиваются результата. – Я погладил по голове Кондрата.

И, пока водитель нашего легкого кэдди чередовал на поворотах педали газа и тормоза, на всякий случай достал для детей пакеты.

– Все еще больно, милая? Давай еще выпьем.

Варя заставила дочку сделать глоток минеральной воды из бутылки. И через минуту напоила сына. Осторожно, придерживая голову. Как настоящая медсестра.

Как только детей скрутило, я боялся, что она разволнуется, но, на удивление, Варя держалась молодцом. Не паниковала, не тряслась. Наоборот, собралась, будто каждый день встречала больных детей.

– Да. Болит сильно.

Моя малышка, конечно, была настоящей актрисой. Но в этот раз, похоже, не лгала. На детском лбу выступили бисеринки пота. А лицо побелело еще сильнее.

– Мы уже близко, – попытался успокоить я. – Скоро доктор вас осмотрит. Даст лекарства, и обоим полегчает.

– Ты ведь нас не оставишь там?! – Двойня умудрилась озвучить вопрос хором.

Сын при этом смотрел на Варю, а дочь – на меня.

– Нет! – ответил я первым.

– Нет, конечно! – с небольшой задержкой, но так же решительно произнесла Варя.

– Папа, ты правда не разрешишь никому делать нам уколы? – Кондрат посмотрел на меня таким взглядом, будто уже проходил нечто подобное и в прошлый раз никто не смог его защитить.

– Варя, а ты будешь держать меня за руку? – Даша схватила Варину ладонь и стиснула ее изо всех сил.

От этого детского испуга ком в горле застрял. Я догадывался о некоторых деталях их «счастливого» детства с мамой. За последние полтора месяца к Наталье, да и к самому себе, набралось немало вопросов.

Однако теперь от накатившего прозрения пальцы в кулаки сжались.

– Никто вас не бросит. Мы обязательно останемся рядом. Не позволим делать никакие уколы. Или другие неприятные процедуры. Лишь если это будет очень нужно и вы сами разрешите, – тут же за нас двоих пообещала Варя.

Пока я переваривал свои эмоции, она второй раз за отдых «прыгнула за борт». Только сейчас не за моим компьютером, а за моими детьми. Без просьб. И ожидания.

– И ты будешь гладить меня по голове, как Дашу? – Сын, не скрывая зависти, зыркнул на сестру.

Никогда в жизни я не видел, чтобы он кому-то завидовал. Даже засмотрелся на своего бандита.

– Мы с папой будем гладить вас обоих. Клянусь! И ждать, когда же наконец ваши маленькие животики перестанут болеть. – Варя наклонилась вперед и поцеловала Кондрата в лоб.

Будто не известная мне пугливая няня, которая шарахалась от каждого взгляда или прикосновения, а незнакомка.

Гораздо более взрослая, чем казалась. Красивая до звезд перед глазами. И заботливая. Не няня, а настоящая мама. Намного лучше той кукушки, которая родила и пять лет тянула из меня деньги под предлогом трудного материнства.

– Я тоже обещаю, – смог-таки разлепить губы. – Пусть только попробуют не пустить нас в палату. Такое в больнице устрою, что быстро вас выпишут! – Для пущей убедительности я нахмурил брови.

И впервые за поездку оба моих ребенка вымученно улыбнулись. Уже без страха. И с такой надеждой, что защемило за грудиной, как у инфарктника.

* * *

Работники медицинского центра встретили нас у порога. Не знаю, что им сообщили из отеля, но детей сразу же отвезли в палату. Без бюрократических проволочек и уточнения, какая у нас страховка. А дальше все закрутилось, как в режиме ускоренного просмотра.

Не прошло и двадцати минут, как врач осмотрел малышей и занялся нашим допросом. Его интересовало все: от питания до режима сна, от количества времени, проведенного на солнце, до активности в последние часы.

Как оказалось, Варя неплохо знает английский, так что отвечали мы вместе. Будто настоящие родители. Я мычал: «Не помню» и «Не знаю». Мадам Ласточкина тут же сообщала, «сколько», «когда» и «как долго».

В сумме картина получилась полной, и предварительный диагноз – тепловой удар – появился в медицинских карточках уже через час.

Врачи заверили, что никакой опасности для жизни и здоровья нет. Нам, всем четверым, вручили по бутылке воды. Детям специальную, с электролитами. Взрослым – обычную. А потом началось лечение.

Как я и обещал, не было никаких уколов, капельниц и прочих неприятных процедур. Мы дружно играли в насосные станции, поглощая свои «напитки». Варя сочиняла сказки про живую воду, которая творит чудеса даже с морщинистыми старушками. Дети спорили о том, сколько этой воды нужно выпить их «любимой бабушке». А когда им полегчало, легли на свои подушки и незаметно уснули.

По-хорошему, нам тоже стоило расслабиться. Отель в любой момент готов был прислать машину, чтобы отвезти нас назад. Но оставлять малышей одних не хотелось. Да и Варя словно приклеилась к стулу между детскими кроватками.

Вопрос «Как быть?» отпал сам собой. Временно забыв о легенде про небогатого бизнесмена, я арендовал для нас с «супругой» одноместную палату рядом с палатой детей и уломал упрямицу-няню пойти со мной.

Последнее оказалось сложнее, чем подкуп администрации. Уверенная, что это она виновата во всех бедах, Варя наотрез отказывалась покидать свой пост. Все мои доводы влетали у нее в одно ухо и вылетали из другого. На просьбы она лишь грустно моргала. А сдалась, только когда я поклялся, что устроюсь на ночлег прямо у ее ног. На полу!

– Иногда ты напоминаешь мне Аделаиду Генриховну! Тоже готов на все ради своих целей. – Вздохнув, она позволила взять себя за руку и увести в палату по соседству.

– Льстишь! Мне еще далеко до этого бронепоезда.

– Но пример, видимо, заразный, – фыркнула Варя и тут же напомнила маленького ёжика. Милого, безопасного и колючего лишь для вида.

– Тебе что-то во мне не нравится? Готов обсудить.

Дверь захлопнулась почти неслышно. И темнота окутала как покрывало. Тихо стало. Будто