Эльфийский лорд - Андрэ Нортон

Киртиан прикинул, стоит ли рассказывать матери обо всем в подробностях, и решил, что лучше ей не знать, как он вмешался в судебный поединок. Ведь в конце-то концов его грубая ошибка все равно обернулась к лучшему.

— Ну, я знаю, что вам все равно, кто выиграл, но мы с Джелем сумели одержать небольшую победу, которую вы оба наверняка оцените.

Тенебринт прищурился, а мать приподняла бровь.

— Что, вправду? — поинтересовалась она. — И во что же вы там вляпались?

— Ну, у меня есть хорошие новости и есть чреватые неудобством, — отозвался Киртиан. — Неудобная новость заключается в том, что Лайон лорд Киндрет желает нанести нам визит и задержаться у нас на некоторое время, чтобы изучить мои методы обучения бойцов и проведения боев. А хорошая новость такова: ему этого захотелось потому, что мы уговорили враждующих лордов решить свои разногласия путем поединка по моим правилам. Дрались Джель и человек лорда Киндрета. На Лайона этот бой произвел сильное впечатление, и он не просто захотел узнать, как создаются подобные заклинания, но и заявил в присутствии прочих лордов, что намерен впредь именно таким образом обучать своих бойцов и улаживать спорные моменты.

Посмотрев на бескровную схватку, он заявил, что согласен со мной и что прежние методы чересчур расточительны.

По мере того как Киртиан говорил, лица Лидиэли и Тенебринта делались все более и более удивленными, глаза округлялись, а рты слегка приоткрывались. И когда Киртиан с довольной улыбкой откинулся на спинку кресла, Тенебринт не выдержал первым.

— Клянусь Предками, мальчик, это не просто хорошие новости — это великолепные новости! Ты понимаешь, что это значит для людей, проживающих за пределами нашего поместья? — Тенебринт взмахнул рукой, указывая куда-то за окно.

— Точнее, для большей их части, — мягко перебила его леди Лидиэль. — Увы, среди наших соплеменников есть и те, кто слишком жесток и кровожаден, чтобы удовольствоваться бескровными боями. Они по-прежнему будут понапрасну губить гладиаторов. Даже Лайону не под силу провести через Совет закон, запрещающий лордам убивать собственных рабов. Это было бы ударом по самой сути власти эльфийских лордов: они ведь уверены, что имеют полное право властвовать над людьми, которых они считают обычными животными и своим имуществом.

Киртиан кивнул, соглашаясь с ее словами. Леди Лидиэль улыбнулась.

— И тем не менее Тенебринт прав. Большинство эльфийских лордов придут в восторг, увидев, что теперь можно улаживать спорные вопросы при помощи бескровных поединков. Покупка и разведение породистых бойцов — Дорогое удовольствие. Уже на обучение и содержание гладиаторов приходится тратить довольно много; но мало этого — это дорогое имущество зачастую портят еще во время тренировок. А потом их уничтожают ради улаживания дурацких мелких споров. И лордам, если они желают поддерживать свое положение в обществе, приходится обучать все новых и новых гладиаторов.

Тенебринт кивнул.

— Из-за этого меньшие лорды уже два поколения ропщут, не скрывая недовольства великими лордами. Ведь мало кто из них достаточно богат, чтобы разбрасываться рабами, не считаясь с расходами. Если лорд Лайон и вправду введет твой метод в употребление, все меньшие лорды встанут на его сторону — и, что почти так же важно, его отношения с великими лордами от этого не испортятся. В общем, куда ни глянь, он везде в выигрыше.

Лидиэль погладила сына по руке.

— Я так рада, что даже не буду у тебя спрашивать, какую же заварушку ты учинил, чтобы добиться столь примечательных результатов.

— Мама! — воскликнул Киртиан, надеясь, что его голос звучит не слишком виновато.

— Но в уплату за этот успех мы должны в ближайшем будущем принять у себя лорда Киндрета, верно? — вмешался сенешаль. — Ты договорился с ним о дате визита?

— Нет. Я просто сказал, что пришлю ему ключ от портала, когда буду готов принять его. Я пытался создать впечатление, что, поскольку поместье у нас маленькое и уединенное и гости у нас бывают редко, нам нужно некоторое время, чтобы приготовиться к приему столь важного гостя.

Насколько я мог видеть, Киндрета это объяснение устроило. Но я его сюда не пущу, пока все до единого не будут готовы к этому визиту! А для этого вам с Джелем надо подготовить слуг, чтобы мы могли прикинуться обычным эльфийским поместьем, — сказал Киртиан. — Нетерпения Киндрет не проявил и вроде бы не оскорбился, что я не пригласил его явиться немедленно.

— Несомненно, у него достаточно собственных дел, и ему нужно о них позаботиться, прежде чем нанести кому-то официальный визит, — пробормотал сенешаль, отвечая на какие-то свои мысли.

— Скорее уж ему понадобилось время, чтобы разобраться, кто нам союзник и кто враг, начиная с момента нашего переселения из Эвелона, — ядовито возразила Лидиэль. — Лорд его ранга не может позволить себе обзаводиться союзником, отягченным излишним количеством смертельных врагов.

— Ну, насколько мне известно, у нас всего один враг — Аэлмаркин… — протянул Киртиан и вопросительно взглянул на мать.

— Точнее говоря, Аэлмаркин — наш единственный враг, открыто выступающий против нас. Но существует некоторая возможность, что его союзники захотят его поддержать, — твердо произнесла мать. — Хотя после того, как они увидят, что на нашу сторону встал Киндрет — пускай и ненадолго, — они вряд ли посмеют встать на сторону Аэлмаркина, против нас. Слава Предкам, что мы никогда не ввязывались в политику и не поддерживали никого из родни в этих дрязгах! Мы чисты, как стеклышко — во всяком случае, в тех вопросах, которые могут заинтересовать лорда Киндрета. Так что у нас теперь одна забота: несколько дней правдоподобно притворяться.

— Я.., я вовсе не собирался просить лорда Лайона ни о чем таком, мама, — нерешительно произнес Киртиан. — И я не хочу, чтобы казалось, будто я думаю, что оказываю Киндрету большую услугу, обучив его моему методу. Мне хочется, чтобы казалось, что я хотел предложить свой метод всем, что я считаю это долгом перед всеми эльфийскими лордами. Я хочу, чтобы лорд Киндрет счел меня серьезным юношей, безоговорочно преданным делу благополучия своего народа. И это чистая правда. Только вот народ не тот, о котором он думает. — Киртиан улыбнулся. — И нам совершенно незачем просвещать его в этом вопросе.

— Совершенно верно. Обычный выскочка, стремящийся улучшить свое положение в обществе, поступил бы как раз наоборот, — заверила его мать. — Если ты будешь поступать вопреки его представлениям, то застанешь его врасплох, и он не будет знать, что же о нас думать. В лучшем случае он может решить, что мы стоим того, чтобы сделать нас постоянными союзниками. В худшем он предположит, что мы настолько провинциальны, настолько погрязли в собственных делах и этих наших странных идеях касательно верности и долга, что ни для кого не представляем угрозы. Если Киндрет станет нам покровительствовать, мы будем в безопасности. А у него появятся причины защищать нас от происков Аэлмаркина.