Чертовка 2 (СИ) - Гольдман Сима

Не поняла, а где Альберт?

Силы сразу нашлись, чтобы встать.

— Вы как? — спросила Снакс.

— Живые, — Блан как всегда оптимист.

— Голодные, — продолжил Рос.

Молодец.

— Уставшие, — изрёк Тори.

Соломон решил отмолчаться. Возможно потому что добавить было нечего, как и мне.

Свэл выступил вперёд.

— Приветствую Вас, студенты. Рад, что вы добрались в полном составе и вполне себе здоровые. Сейчас пройдите в лазарет, после чего в столовой вам накроют поздний ужин.

— Господин ректор, — оживилась я, — а можно сначала поужинать, а потом лазарет?

Он окинул нас внимательными взглядами. Парни синхронно закивали соглашаясь.

— Хорошо. Распорядитесь, — он махнул рукой Снакс и зашагал прочь.

Я хотела догнать его и узнать не было ли происшествий за время моего отсутствия, но передумала. Зачем, если у меня есть Зохар.

Внезапно перед нами открылся портал — кармашек, в который нас пригласил шагнуть куратор. Переглянувшись, на секунду мы засомневались, мало ли, всё-таки мы пытались его сжечь, может обидеться… Но отринули сомнения и шагнули в неизвестность.

Неизвестность, залитая светом канделябров, оказалась уютной малой столовой. Говорят, здесь собираются на обед преподаватели.

Несколько молочного цвета круглых столиков на резных ножках, украшенных вазами со свежими цветами радовали глаз. Мы забеспокоились. Даже воздух напрягся.

Грязные и мокрые мы боялись присаживаться на стулья с атласной оббивкой, в страхе запачкать.

— О, мои ж вы птенчики, — в комнату буквально впорхнуло розовое облако в белом переднике и чепце, — руки мыть там, — она указала на таз с водой и полотенце на крючке, — Сейчас я вас накормлю, солнышки мои.

Мы переглянулись. Нет, не ошиблась глаза были у всех по пять рублей.

Мы поснимали куртки и быстренько умылись теплой водой, затем сели за стол и тут начался пир.

Кухарка спешила порадовать нас наваристым горячим супом, румяными и ароматными лепешками, пирогами с мясом и капустой, компотом и сладеньким. Просто пир горой.

Наши изможденные тушки поглощали всё без лишних разговоров, не стесняясь стучать ложками о тарелку, хлюпать и причмокивать.

И тут меня озарило: там волки не кормлены.

Я подорвалась, поблагодарила добрую женщину в розовом и полетела к Свэлу.

Пролетев несколько пролётов, я нашла кабинет ректора, постучала, но там было закрыто.

Двор, небольшая хвойная рощица, дом ректора…

Передо мной открылся знакомый карман, а в глазах запрыгали красные пятна, видимо стресс и усталость дают о себе знать.

Я осторожно постучала.

— Есть кто дома?

По ночам приличные девочки не шляются по домам холостячих ректоров, — напомнил о себе Шизик.

Не сомневаюсь, но я далека от приличной и вопрос у меня более чем важный.

Ну да, как пристроить трёх голых мужиков, неприспособленных к самостоятельной жизни…

Не сгущай краски.

На стук никто не отзывался и я решила войти, дело то действительно важное.

Холл встретил меня холодом и мраком. Ощущение было, что я ошиблась и здесь совсем никто не живет, но мягкий свет был виден из-под двери неподалеку от входа.

— Можно к Вам? — предприняла я очередную попытку выйти на контакт.

Все прям как в фильме ужасов.

Не знаю, что за "фильме ужасов", но уверен, что в конце там кого то убили.

Угу, фильм "Тьма", я как планшет сопру из дома, то покажу тебе его.

Спасибо, воздержусь.

Воздержание плохо влияет на эмоциональный фон.

Тогда, просто спасибо, в другой жизни.

Шизик был неиссякаемым источником моего хорошего настроения по большей части, но сейчас и он опасался шастать по коридорам обители ректора.

Я постучала в дверь.

— Можно? — спросила открывая.

Темное помещение освещала лишь одинокая свеча.

Это был кабинет. За столом в одиноком кресле, откинув голову сидел ректор. Его глаза были прикрыты, а усталость была заметна и при тусклом освещении.

— Господин ректор… — тихонько позвала его.

— Аврора? — изумился он, — ты что здесь делаешь? В лазарете была?

— Нет, подождите, мне нужно кое-что Вам рассказать об аттестации.

Он сел ровно, спина прямая, взгляд сосредоточен.

— Слушаю.

Я нервно сглотнула, ну как тут начать.

— Вы наверное в курсе, что мы неудачно пытались избавиться от тела куратора, — он кивнул соглашаясь. — Это был первый день. Во второй я повстречала призрак девочки. На третий день мы попались оборотням волколакам, а дальше нас застал сильнейший ливень и мы немного задержались, но всё же выбрались. Так вот, на счет волков… — я набрала в грудь побольше воздуха и выдала как на духу, — Оборотни пришли с нами в Академию Они не приспособлены к жизни в лесу. Нужно их пристроить… Хоть кем! А в условиях дикой природы эти дебилушки помрут совсем.

Свэл смотрел на меня как на сумасшедшую, да, я и не отрицаю, что тараканы в моей голове не совсем паиньки…

— Васильева, ты серьезно? Ты притащила к Вратам Академии стаю волколаков?

— Их трое всего.

— Сути не меняет. И что мне с ними делать?

Он начал нервно мерить шагами кабинет, то и дело спотыкаясь о ковер.

— Да сядьте Вы уже! В хозяйстве пригодятся. Физически они неплохо сложены, так что можно сообразить куда пристроить.

— Хорошо, — сдался Свэл, — утром пошлю за ними, а сейчас шуруй в лазарет, а завтра, точнее через три часа будет разговор с каждым из вашей группы о задании.

— Господин ректор, они не ели давно, их покормить бы… Лучше сейчас послать за ними.

На миг мне показалось, что картина с Отелло в главной роли близка к реализации в живую.

— Я займусь, а ты… быстро в постель! — устало выдохнул, сдаваясь лесс Валериан Свэл.

Вот так — то, наша взяла.

Глава 32

Еле-еле я приползла к своей комнате. Упала спать прямо в шароварах и майке, на ходу успев снять только толстовку. Никакой душ нужен не был так как нужна была кровать и подушка.

Звонка на построение я не слышала, как и не слышала многого другого, но зато смогла относительно выспаться.

Сны были беспокойными и сумбурными, как и мысли. Словно моё подсознание пытается дать ответ на какой — то важный вопрос. Вот только ни вопроса, ни ответа я не понимаю. Виделось только предсказание той белокурой девочки.

Я снова стояла и наблюдала со стороны как убивают сначала Альберта, а затем и меня, и так по кругу несколько раз. Что — то я упускаю, но что?

В дверь тихонько постучали, когда я боролась с собой и подушкой, пытаясь решить встать с постели или ну их всех на фиг. Без Олории здесь было скучно и пусто, не пахло ванилью и сладкими булочками. Это были ее любимые ароматы.

Не дожидаясь моего ответа, дверь тихонько отворилась,

— Можно?

В комнату вошел Свэл.

— Входите, господин ректор, — я сделала приглашающий жест, садясь в постели.

— Как ты себя чувствуешь?

Он прошел и остановился около окна.

— Сносно. Спасибо.

— Я разобрался с твоими питомцами. Интересные парни. Ничего не скажешь. Отправил их работать на кухню, думаю помогать таскать мешки и туши для них лучшее занятие. И безопасное.

— Спасибо. Вы очень щедры.

Свэл обернулся и внимательно посмотрел мне в глаза. Словно размышляя, стоит ли продолжать разговор, взвешивая все "за" и "против".

Видимо "за" победило.

— Сейчас я должен кое — то спросить и хочу услышать честный ответ, — я кивнула соглашаясь. — Ты любишь его? Альберта.

Внимательно посмотрев в его наполненные серьезностью и тоской глаза, оставалось лишь ответить:

— Да. С первой встречи он вызывал во мне бурю противоречивых эмоций и желаний. Это было сложно назвать любовью, пока я не попала сюда. Именно в Академии я поняла на сколько мне его не хватает. И сколько бы мы не боролись друг против друга, мы все равно будем вместе.