Ассистентка колдуна - Татьяна Мещёрская

Иелграин навалился так, что я осела под тяжестью его тела. Он вытянулся на земле, я устроилась рядом.

– Фиолетовый… светящийся… фиал… – прохрипел колдун.

Голос тоже отказывал ему, то и дело пропадая. Пришлось склониться, приблизив ухо к самым губам, чтобы разобрать слова. Мозолистые пальцы погладили меня по щеке:

– Ты… волнуешься за меня… И это… очаровательно, – заплетающимся языком прошептал Иелграин.

Я разревелась самым позорным образом. Если умрет, что я без него делать буду? Колдун рвано выдохнул, дернулся и затих.

– Илгра! – заорала я в ужасе. – Илгра! Илгра!

Я так безжалостно затормошила колдуна, что голова мужчины безвольно мотнулась. Однако прием сработал: синие глаза открылись. Взгляд на мгновение стал ясным, уязвимо-сердитым.

– Прости, Илгра, но я буду тебя тормошить. Построй портал до дома, я ведь даже не представляю, где мы!

– М-м-м…

– Не отключайся!

– Я пытаюсь.

Маг слабо шевельнул пальцами. Да, давай, миленький! Забывшись, я гладила Иелграина по голове, словно большого черного кота. Волосы у него оказались мягкими, приятными на ощупь. От такого поворота событий темный маг несколько опешил, и его взгляд прояснился еще больше. Я же продолжала наглаживать, едва замечая, что делаю. Пусть только построит портал, а дальше уж я сама. И до фиала доберусь, и как-нибудь затащу Иелграина в дом.

– Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, – бормотала, глядя на рождающиеся и тающие на мужских пальцах искры. – Портал!

– А что мне за это будет? – пролепетал этот… неугомонный. Обманщик очаровательный. А ведь мы еще по поводу Лиама не выяснили.

– Я… не знаю. Можете мне не платить. Седьмицу! Даже две! Просто так по хозяйству работать буду.

– Фу.

– Что угодно! – выпалила в полнейшей панике.

Довольная улыбка растеклась по бледным губам колдуна.

– Ловлю на слове. Стребовал бы поцелуй сейчас, но, боюсь, в таком состоянии я тебя не впечатлю.

Поцелуй? Мне не жалко. Наклонившись, я чмокнула Илгру в щеку. Синие глаза на миг блаженно сощурились, а затем закатились.

– Не так.

Вот же! Едва дышит, а все туда же.

– Хорошо. Поцелую так, как надо, но не сейчас.

Сейчас я могла думать только о портале. А вдруг получившие трепку колдуны вернутся? Или других пришлют?

Поминутно уплывая и теряя сознание, Илгра начал строить портал. Он сбивался, прикрывал глаза, набираясь сил. Начинал заново, упорно и методично. Наконец портал пыхнул и замерцал неподалеку рваной дырой. Вот это я понимаю, уровень! Почти в беспамятстве сумел. Однако в портал я все же заглянула, прежде чем заходить, чтобы убедиться, что он ведет туда, куда надо. А именно в Лардож. От испуга левитация рослого колдуна удалась мне на раз-два. К крыльцу родного дома я вывалилась взъерошенная и дрожащая, чем напугала Дукоса до безумия, перемещая перед собой Илгру и таща подмышкой узкий сосуд с аекками. Бедолаг я чуть было не забыла на поляне, но они о себе напомнили. Так разбушевались, что лекиф начал подпрыгивать на развороченной магией земле.

– Соана, как все прош… – бросился ко мне призрак, но запнулся на середине фразы. – Что случилось? Что с Илгрой? Ты выглядишь как участница ограбления. А это еще кто? – взвизгнул Дукос напоследок, шарахаясь от лекифа. – Я чую темные души!

– Друзья тебе, – буркнула, утирая со лба пот. Хоть и левитация, а чувство было такое, будто я Иелграина на собственной спине тащу. – Потом, все потом. У меня дела ничего. А вот Илгра встретился с коллегами по работе.

– О-о-о, – протянул дух.

Одно это «о-о» и то, каким тоном оно было произнесено, выдало, что Дукос все знал. Призрак ведь и внешнему виду Илгры не удивился. Кругом обманщики! Но с этим я тоже разберусь попозже.

– Парочка товарищей для тебя, – мстительно кивнула на лекиф с прибывшими в нем аекками. – Надо их в темноту пристроить.

– В дом не пущу! – заверещал Дукос. – Никакие они мне не товарищи! Все мужики в прошлом, ни одной девочки. Среди моей братии такие призраки вообще считаются отступниками!

– Я тебе покажу отс-с-ступников! – рявкнула из глубины сосуда Нанси. – Хотя вот то, что в дом с-свой не пус-скаешь, это хорош-ш-шо. Это правильно. Хозяйс-ственный ты, похоже. Добро охраняеш-ш-шь.

Шокированный Дукос затих.

Не опуская Илгры, я другой рукой переместила сосуд с аекками в сарай и шагнула с колдуном на крыльцо. Кто бы мог подумать, что я такое смогу! Порог дома пересекла беспрепятственно. Охранки молчали, почуяв хозяина. Старательно удерживая концентрацию, задыхаясь и обливаясь потом, я доставила Иелграина к столу и аккуратно опустила на поверхность. Маг оказался такой высокий, что его голова свисала с края. Пришлось шагнуть к другому краю, взяться за щиколотки и потянуть на себя. Пока тащила, голова Илгры глухо стукнула о столешницу, вызвав у меня новый приступ паники. Надеюсь, ничего я магу не расшибла. Пусть лучше ноги свисают, чем голова. Но надо же, какая ирония судьбы: недавно я на этом столе лежала, теперь Илгра. Осталось только вместе полежать, для полного комплекта. Места хватит.

Не дав себе ни секунды на передышку, кинулась к полкам. Где же этот фиал? Где он? Нашла! Такую красоту вряд ли пропустишь. Крохотная склянка светилась в темном углу ярко-фиолетовым, как звезда. Но когда я взяла фиал в руки, засомневалась.

– Дукос! – крикнула я, и призрак появился незамедлительно. – Ты знаешь гораздо больше, чем говоришь. Что это? – я сунула фиал призраку в «нос». – Быстро инструкцию к действию!

– Это зелье отката. Очень редкое, очень мощное. По-своему вредное. Но зато Хозяина откатит. Его физическое состояние, в смысле. Он очнется и сможет принять меры, что бы с ним ни сделали.

– Ух ты. Полезная штука.

– Соана, нужно чтобы с момента воздействия прошло не больше часа. Иначе нет смысла откатывать.

– Мы успеваем. Что еще? Я слышу сомнения в твоем голосе. И помню про подвох в колдовских снадобьях.

Дукос порозовел.

– Что такое? Какой именно вред вызывает зелье?

– Оно… Оно… – Дукос зажмурился, стал почти прозрачным и торопливо выпалил: – Оно навевает нескромные сны!

– Всего-то? Насколько нескромные?

– Максимально нескромные, граничащие с реальностью. Подвох в том, что испытуемый может увязнуть в них навсегда. В лучшем случае жертва не проснется и так и останется в сладких сновидениях.

– А в худшем?

– Проснется, но будет не в себе. Под действием зелья отправится на поиски… кхм… дев. И жарких любовных приключений. Когда Илгра вынырнет из этого состояния, угадать невозможно.

Повисшая пауза царапала по нервам. Я переваривала услышанное. Дукос то розовел, то почти исчезал, оставаясь видимым лишь по контурам.

– В результате мы получим здоровенного необузданного мужика на все окрестные деревни… – пробормотала я. –