Хочу твоим первым - Инна Стужева

отпускает. А вторым выходом, через который вышла Марта Сергеевна, я не рискую воспользоваться, боясь столкнуться там с ней.

- Это не ответ, Бельчонок. На сообщения мои ты тоже не реагируешь.

- Я удаляю их, не читая. Так что, не трать время и не пиши мне больше.

- Тебе ведь все понравилось, ты сама хотела, - говорит Гордей, и это становится спусковым крючком. Я разворачиваюсь и бегу ко второму выходу.

И тут же чуть не налетаю на Марту Сергеевну.

- Так, Арин, ну что? Перерыв окончен, на этот раз, надеюсь, у нас все получится как надо.

- Марта Сергеевна, я не…

Телефон снова звонит.

- Вот черт, - выругивается фотограф, - но не могу не ответить, это важно. Еще минуту.

Я вынуждена отойти к окну. Гордей подходит и встает рядом.

- Ладно, - произносит он, - оставим пока темы каким ветром и почему…И перейдем к твоей проблеме.

- Нет никакой проблемы!

- Да неужто? А я слышал, что есть. Не можешь расслабиться перед камерой. Если хочешь, я тебе помогу.

Я вскидываю на него глаза.

- Наконец, ты на меня посмотрела. Если от объектива также бежишь, как от моего взгляда, понятно, почему Марта недовольна.

Я снова увожу взгляд в сторону.

- Это не так страшно, пойдем.

Гордей ведет пальцами по моему плечу сверху вниз, находит мою ладонь.

- Тебе ведь, как я понял, нужна эта работа.

- Нужна, - киваю и сглатываю, когда наши пальцы переплетаются.

Дрожь пронизывает тело, дыхание перехватывает.

Гордей тянет меня к циклораме. Неохотно переставляю шаги.

- Расслабленность должна стать частью твоей натуры, Бельчонок, - говорит Гордей, - а чтобы ее добиться, ты должна уяснить, что ничего необычного или стрессового не происходит. Ты красива и свободна, ты личность.

Гордей ставит меня лицом к ноутбуку, сам заходит со спины и обвивает меня руками.

- Сбрось важность.

- Что?

- Проблемы со слухом?

- Просто поясни.

А еще лучше перестань прижиматься ко мне. Во рту пересыхает, ноги становятся ватными, движения, словно как в замедленной съемке.

-Ты не обязана что-то кому-то доказывать и специально стараться стать лучше. Парадокс, но чем сильнее ты пытаешься, тем хуже у тебя будет получаться. Совершенство достигается в тот момент, когда тебе просто хочется позировать и плевать, как это будет смотреться со стороны. Ну, или на край, тебе просто все равно. Попросили сняться, ты снимаешься.

Руки Гордея ложатся мне на плечи и начинают слегка их массировать.

- Скидывай зажимы, давай.

- Я не могу, - произношу, облизнув губы и прикрыв глаза.

Боже мой, как же приятны его уверенные чувственные касания. Так бы стояла и стояла.

- Зачем тогда ты здесь? Ради чего? Так нужны деньги? Я дам тебе, не проблема.

- Что? Как только ты мог подумать, что я...

- Спокойнее реагируй, - придавливает мои плечи, не давая сорваться.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Ты…ты…

- Ничего не получится, - он снова массирует, задевая пальцами чувствительную кожу на шее, - если ты делаешь что-то только ради денег. Сколько там Марфина обещала заплатить за съемку, напомни?

- Неважно! Между прочим, деньги мне срочно нужны из-за тебя!

Гордей перестает разминать мои плечи и разворачивает меня к себе.

- Не понял?

Удивляюсь, почему всегда, когда он рядом, я чувствую себя немного пьяной. Голова кружится, колени подгибаются.

- Я хочу вернуть тебе деньги за одежду. А еще, мне нужно купить новый телефон, а твой айфон вернуть тебе. Я не собираюсь оставаться тебе должной.

Гордей хмурится и несколько секунд непонимающе смотрит на меня.

- Ты это серьезно сейчас? – выдает, наконец.

- Да, конечно.

Он вдруг отходит, соскакивает с циклорамы и куда-то исчезает. Но появляется снова буквально через секунду, в руках у него мой телефон, который я узнаю по чехлу.

- Вот, держи, - протягивает мне.

Я хватаю его, жму на кнопку. Работает.

- Вчера отдавал его в ремонт, починили, - произносит Гордей.

- Я верну тебе айфон, как только поменяю симки, - произношу я и поскорее, пока Гордей не передумал, прячу телефон в свободный карман.

- Легче стало? На вещи вообще можешь забить, серьезно. Так что… теперь тебе уже не так срочно нужны деньги? Тогда вали отсюда.

- Что?

- То, что слышала. Сваливай давай.

Гордей хватает меня за руку и начинает стаскивать с циклорамы. Я сопротивляюсь, сама не знаю, почему. Ведь только что сама порывалась сбежать, но, когда за меня решает он, протестую всей душой.

- Так, что ж, все вопросы я решила и, наконец, мы можем начинать.

Марта Сергеевна возвращается и окидывает нас недоуменным взглядом из-под очков.

- Гордей, что здесь происходит?

- Ничего особенного, просто девчонка совершенно не приспособлена для этой работы.

Я вырываюсь и тут же возвращаюсь в центр.

- Извините, пожалуйста, - бормочу я, - этот парень…он...он просто какой-то ненормальный.

- Есть такое, - усмехается Марта Сергеевна, за это и люблю. Работы получаются высший класс. Сколько раз, Горский уже пытался соскочить и уйти из модельного бизнеса. Но это было бы…неправильно, если сказать помягче. И кстати, вы неплохо смотритесь вместе. Жаль, что на эту коллекцию уже утвержден Макс Самсонов.

При упоминании имени и фамилии Гордей хмурится, а я, наоборот, несколько приободряюсь. Так значит, не только я должна буду представлять марку, и не вся ответственность ляжет на меня. От этого открытия мне делается как-то даже легче.

- Она не будет работать с Максом, - цедит Гордей.

- Ну, это уж, при всем уважении, не тебе решать, Гордей, - усмехается Марта Сергеевна и поворачивается ко мне.

- Ну, что, Арин, еще одна попытка? - подбадривает меня.

- Она не потянет, - тут же заявляет мажор.

Я бросаю испепеляющий взгляд на Гордея и, назло ему, принимаю нужную позу.

На самом деле я слишком вымотана, чтобы возражать, чтобы снова сцепляться с наглецом, да и вообще думать хоть о чем-то.

Мне вдруг становится…как-то плевать, выберут меня или нет. Из-за того, что здесь тусуется Гордей, работа перестает являться для меня счастливым лотерейным билетом.

Потому что бесит он уже, достал. Играет на нервах, активирует во мне какие-то непонятные внутренние процессы. Хорошо хоть телефон вернул, это вот просто гора с плеч, потому что я бы точно спалилась, вопрос нескольких дней.

В общем, не волнуюсь уже почти, как будет, так и будет.

Глава 21.