Объединенные разумом - Чарльз Шеффилд

Тетти с трудом продвигалась вперед. Убегая, Чен кричал, и хотя самое трудное было еще впереди, она чувствовала, что готова расплакаться. Когда она поймает Чена, она должна будет сделать ему инъекцию и притащить обратно, чтобы продолжить курс обработки на стимуляторе. Все больше и больше это казалось ей бессмысленным занятием.

Она усилием воли заставила себя двигаться дальше, грязная и уставшая. Даже до того, как Кубо Фламмарион покинул Гор, Чена очень трудно было удержать в руках. Он был больше, быстрее и намного сильнее, чем Тетти. Иногда она могла справиться с ним лишь при помощи Глушителя, замедлявшего и ослаблявшего его настолько, что она могла схватить и одолеть его.

— Че-ен! — Ее надтреснутый голос эхом отразился от каменных стен. — Ну же, Чен. Вернись домой.

Молчание. Может он нашел новое место, где можно было спрятаться? Может он становился более развитым, совсем не на много; а может, это были только ее мысли, потому что ей так хотелось. Каждый день она смотрела в эти ясные голубые глаза, страстно желая увидеть в них больше понимания; и каждый день она оставалась разочарованной. Тетти видела перед собой невинный взгляд двухлетнего ребенка, неспособного понять, почему женщина, кормившая, одевавшая и укладывавшая его спать была той же женщиной, которая его мучила.

Тетти продолжала идти. Большинство ходов Гора заканчивались тупиками, и в конце концов Чен, вне зависимости от силы своего желания сбежать, остановится в одном из них. Обычно все так и происходило. У него была слабая память и недостаточно ума, чтобы запомнить расположение тоннелей. Тетти присмотрелась к показаниям Охотника. Она приближалась к Чену. Он должен был находиться где-то в следующей пещере. Она увидела груду листов пластика, брошенных поверх истертых в порошок камней. Он мог прятаться за ними, обезумев от страха, съежившись и уткнувшись лицом в грязь. Тетти подняла Глушитель и проползла несколько последних ярдов.

Он был там. И рыдал.

Ей разбивала сердце мысль о том, что его нужно доставить обратно в центр обучения. Она знала, что глушитель ей не понадобится; как только она его схватила, сопротивление Чена тут же угасло. Он позволил вести себя за руку, безучастный и безнадежный.

Увидев стимулятор, он снова начал плакать. Она усадила его в обитое войлоком сидение, непреклонная и решительная, закрепила наушники и электроды для рук; когда началось воздействие стимулятора, она вышла. Крики боли, начавшиеся по достижении аппаратом максимальной мощности, были ужасны, но женщина научилась их переносить. Это позже, когда сеанс лечения заканчивался, и она освобождала Чена, пытаясь поддержать его силы, накормить его, состояние Тетти было близко к обмороку. Он сидел в своем кресле совершенно разбитый, потный и задыхающийся, с выскакивающим из груди сердцем, умоляюще глядя на нее снизу вверх. Лицо было как у измученного животного, изнуренное и непонимающее. У нее возникало чувство, что она мучила беспомощное животное, наказывая его ни за что снова и снова по причине, которую это животное не понимало — и никогда не смогло бы понять.

Ее всегда беспокоило, что она использует стимулятор неправильно. До своего отъезда Кубо Фламмарион объяснил ей, как пользоваться этой штукой, и сказал, что Мондрайн, когда прибудет на Гор, даст ей более подробные указания.

Но он сюда так и не приехал. Она не получила от него даже коротенькой весточки. День за днем Тетти старалась изо всех сил, следуя инструкциям Фламмариона, содержавшим три основных пункта: Механизм, Лечение, Побуждение.

— Стимулятор не будет работать сам по себе, — говорил тот. — Тебе нужно точно следовать лечебным назначениям, ночным и утренним. Но еще важнее то, что ты должна участвовать в этом сама. Тебе придется соединиться с Ченом, связаться с ним и каким-то образом заставить его хотеть учиться.

— И как ты себе это представляешь? Если он не понимает даже смысла обучения?

Фламмарион почесал свою неряшливую голову.

— Это выше моего понимания. Все, что я могу тебе сказать — это тоже, что они сказали мне. Если у него не будет побуждения, он никогда не будет развиваться. Но если оно будет, стимулятор может сработать, хоть это и похоже на чудо. Ну, а если, например, попробовать использовать портрет Лии?

Фламмарион извлек из пачки бумаг испачканное изображение Лии, проходившее частью ее официальной идентификации, когда ее принимали на учебу в команду преследования.

— Чен любит ее больше всего на свете, — произнес он. — Если ты будешь показывать ему это всякий раз, когда используешь стимулятор, и говорить ему, что Лия хочет, чтобы он учился, — может быть, это и поможет. И говори ему, что когда курс лечения закончится, он сможет поехать и повидаться с Лией.

Тетти взяла фотографию. Каждый день после инъекции и процедуры стимуляции, она произносила свою речь.

— Посмотри на Лию, Чен. Она хочет, чтобы ты учился. И ты тоже должен хотеть быть умнее. Набираться ума по капле, ежедневно. И тогда скоро ты сможешь поехать и повидать Лию, а она приедет повидать тебя.

Чен смотрел на изображение и улыбался. Он точно знал, кто на картинке. Но улыбка была единственным ответом. Дни шли, похожие друг на друга, и в конце концов Тетти потеряла надежду. Она должна прекратить свои попытки, перестать мучить его. Чен никогда не научится.

Она размышляла над своим собственным положением. Никаких приездов Эсро Мондрайна. Ни звонка, ни даже сообщения. Он уговорил ее покинуть Землю, одурачил ее и заставил делать то, что хочет он, как он обычно мог это сделать, а потом забыть о ней до следующего раза, когда она снова может ему понадобиться.

Тетти взяла инициативу в свои руки, пытаясь связаться с Эсро и Кубо Фламмарионом. Ей никогда не удавалось пробиться ни к одному из них. Но однажды, после огромного количества попыток, она ухитрилась прийти сквозь заслон лжи служащих и помощников и обнаружила, что беседует с личным офисом Мондрайна на Церере.

— Прошу прощения. — Звонок приняла одна из служащих персонального штата. — Капитан Фламмарион на собрании, а коммандора Мондрайна здесь нет.

— Так где же его черти носят? — Пробиться так далеко и потерпеть крушение всех надежд…

На том конце произошла заминка, пока женщина изучала содержимое экрана дисплея.

— Согласно путеводителю, коммандор Мондрайн на Земле. Он будет здесь дня через два.

— Где он?!

Тетти прервала связь в холодной, слепой ярости. Притащить ее на Гор, чтобы она делала его грязную работу. Использовать ее, пренебречь ею, когда она испытывала муки синдрома отмены Парадокса, а потом самому вернуться на Землю, не сказав ей ни слова!