Дезинформация прошла - Альберт Байкалов

– А если в этот момент они сидят за одним столом с боевиками? – Антон отрицательно покачал головой. – Нет. Это исключено. По условию, инициатива должна исходить от них.

– А где, если не секрет? – нахмурился Шадрин.

Антон мог не называть место, сославшись на то, что Джин работает по своему плану, но, не желая больше раздражать смежника, сделал удивленное лицо:

– Издеваетесь? Какие могут быть секреты от вас? В Центора-Юрте. Занимаются розыском раненых.

– Шутишь? – Шадрин опешил.

– Нет, – протянул Антон, теряясь в догадках, отчего так переменился в лице контрразведчик.

– Два часа назад туда переброшена рота пехоты и выдвинулся ОМОН. По поступившей информации, там скрываются раненые в ходе недавнего боестолкновения бандиты.

Он перегнулся через стол для совещаний с намерениями взять трубку спутникового телефона.

– Что вы хотите сделать?

– Отменить операцию, – полковник удивленно посмотрел на Антона. – А что?

– Не надо, – Филиппов встал и поправил ремень висевшего на плече автомата. – Пусть проводят. Раз Джин там, значит, неспроста. Вскрывать его пока нет необходимости. В крайнем случае, выйдет на связь сам.

– Ну вы, ребята, даете! – покачал головой Шадрин. – Точно без царя в голове.

– Вы лучше расскажите, откуда поступила информация о местонахождении Большого. Или секрет?

– Почему же, – полковник успокоился и сел. – Один наш сотрудник, отвечающий за безопасность рабочей группы, также оказался в руках у бандитов.

– Полковник Крайнов, – кивнул Антон. – Знаю.

– Ему удалось бежать, – пропустив реплику Антона мимо ушей, продолжал полковник. – По дороге он подвергся нападению людей Большого. Одного убил, второго взял живым. Тот и рассказал, где находится банда.

– А что представляет из себя второй боевик? Я могу его увидеть?

– Он лишь собирался вступить в банду, – Шадрин вздохнул. – Его Крайнов был вынужден отпустить. Сильно торопился с докладом, а пацан едва шел…

– Я бы к такой информации отнесся настороженно, – едва слышно проговорил Антон. – Еще в пользу того, что в Ники-Хите нет заложников и Большого, говорят ночные радиоперехваты. В районе Бельты моим связистом обнаружено нечто вроде примитивного ретранслятора, функции которого выполняет человек.

– Почему сразу мне не сказал? – нахмурился Шадрин.

– С ним тоже не все ясно, – Антон задумчиво потер пальцем висок. – На него выходят со стороны гор, а вы утверждаете, что банда в Ники-Хите.

– Может, в этом районе их несколько?

– Нет, – Антон категорично покачал головой. – Позывные совпадают. Сдается мне, Крайнова дезинформировали.

– Тем не менее мы должны проверить.

– Согласен, – кивнул Антон. – Разрешите, я еще поработаю с грузинами?

– Только дай по ним мне всю информацию, – на секунду задумавшись, кивнул Шадрин.

Глава 7

Из-за резких приступов боли, которые вызывали любые движения, Халид плохо спал ночью. Под утро его стал донимать кашель, который многократно усилил страдания. Выпив сразу несколько таблеток обезболивающего, он только хотел окликнуть из соседней комнаты Слона, чтобы тот отправил за врачом, как телохранитель появился на пороге сам.

– Неважно выглядишь, Халид, – Слон сделал озабоченное лицо, подошел ближе и изучающе заглянул в глаза своего подопечного. – Температура есть?

– Не знаю, – Халид поморщился, убрал с себя одеяло и встал. – Выпил таблетки. Может, станет легче.

– Только что пришло сообщение из Ники-Хиты, – Слон стрельнул взглядом в сторону дверей и, словно убедившись, что там никого нет, продолжил: – Русские клюнули на подставку. Вчера в обед село заблокировано. Но пока они не решаются войти в него.

Лицо Халида оживилось. Слону даже показалось, что оно посветлело.

– Где сейчас отвлекающая группа?

– Нурпаши сделал, как ты сказал, – Слон шмыгнул носом. – Они подошли со стороны ручья Бохджаги и устроились в полукилометре от позиций оцепления. Несколько раз мимо проходили поисковые группы, но никто их не заметил.

– Это лучше любого лекарства, – Халид вознес руки к потолку. – Да поможет им Аллах.

Его план был прост и коварен. Еще два дня назад он приказал ночью скрытно установить на выездах из села несколько радиоуправляемых фугасов и «МОН-50». Когда военные войдут в него и окажутся в зоне действия адских машин, один из жителей приведет их в действие. Подрыв будет сигналом группе Нурпаши, который ударит в тыл оцепления. Пошумев, боевики начнут отходить в сторону ручья, увлекая за собой преследование, если оно будет организовано. Хотя, вряд ли. Ожидающие прорыва со стороны населенного пункта и обстрелянные с тыла военные не сразу смогут разобраться в обстановке. К тому же подрыв фугасов и мины начисто собьет их с толку. Решив, что в селении остались основные силы, они вряд ли что-то предпримут, пока ситуация не прояснится. Чтобы русские поверили в то, что из села прорвался именно отряд Халида, Нурпаши должен был оставить труп одного из пяти боевиков. Он давно известен федералам, и они хорошо знают его прошлое. Для самого Халида этот моджахед стал представлять угрозу. Месяц назад он брал его на встречу с эмиссаром, который привез деньги для выплаты боевикам зарплаты. На такие мероприятия с Халидом ездили наиболее проверенные и надежные люди. Посчитав его именно таким, ошибся. Увидев реальную сумму и зная, сколько на самом деле платит их командир, боевик позволил себе возмутиться. Поначалу его приструнил Слон. Однако Халид чувствовал – если, не приведи Аллах, отряд начнут преследовать неудачи, он расскажет о реальном положении дел остальным моджахедам. Чем это грозит, можно только догадываться.

Потери среди федералов обещали быть большими. Халид изучил тактику проведения подобных мероприятий и с учетом всех особенностей лично на схеме местности показал, как разместить заряды. Обычно солдаты внутренних войск входили в населенные пункты, в которых предполагалось наличие боевиков, прикрываясь корпусами двигающейся вдоль улицы бронетехники, зачастую попросту скучиваясь рядом с ними.

– Я надеюсь, ты позаботился о видеозаписи? – Халид испытующе посмотрел на Слона.

– Да, – кивнул тот. – Конечно. Подрывы снимут с двух точек верные нам люди. Камеры небольшие. Их не найдут.

– Хорошо, – Халид потер руки.

– Может, отправить за врачом? – Слон застыл в ожидании ответа.

– Теперь уже не стоит, – Халид подошел к окну и улыбнулся. – Хорошая новость лучше любого лекарства. Скажи, чтобы накрыли на двоих стол, и пусть после этого ко мне приведут Павлуса.

– А если журналистка что-то заподозрит? – нерешительно спросил Слон.

– Ты хочешь сказать, что женщина может быть умнее мужчины? – Халид скривился в брезгливой улыбке. – Выведите его под видом выноса ведра. Только перед тем, как заводить ко мне, пусть помоет руки.

Вернувшись после приведения себя в порядок, Халид удовлетворенно хмыкнул. Со стоявшего рядом с кроватью столика исчезли упаковки с лекарствами, а ваза пополнилась новыми фруктами. Молодой паренек, сын жившего здесь инвалида, принес сыр, хлеб, тонко нарезанные куски охлажденного мяса и зелень. Сейчас он стоял рядом со входом, ожидая новых указаний гостя. Взъерошив его волосы ладошкой, Халид подмигнул:

– Настоящий джигит растет! Молодец. Иди.

Вскоре привели Павлуса. Парень имел жутковатый вид. Красные от бессонницы глаза, грязное, измученное лицо, превратившаяся за эти несколько дней в лохмотья рубашка, поверх которой была накинута типичная для фоторепортеров джинсовая безрукавка со множеством карманов. Все это в целом представляло собой обыкновенную мразь, подонка и негодяя, с которыми во все времена были вынуждены общаться, несмотря на неприязнь, победители и побежденные. Сотрудник телеканала, который принадлежал давно пустившемуся в бега олигарху, уже несколько лет работал на чеченцев, выполняя поручения своего босса. Корнями Павлус был из Прибалтики и обижался, когда ему прозрачно намекали на его место. Он всеми силами старался заставить Халида поверить, будто сотрудничает с боевиками из-за ненависти к русским, долгое время оккупировавшим страны Балтии. Однако от денег не только не отказывался, но и постоянно сетовал, что их мало дают. Длительное время он информировал Халида через связного о способах охраны тех или иных объектов, времени выхода колонн, сопровождении, приезде разного рода начальников и представителей общественных организаций.

– Здравствуй, Ёзес. – Халид с минуту разглядывал мужчину, словно размышляя, приглашать его за стол или нет, затем показал на стул. – Садись.

Сглотнув слюну так, что огромный выпирающий кадык сначала исчез под воротом застегнутой на последнюю пуговицу рубашки, а потом со странным булькающим звуком выскочил оттуда, он нерешительно выполнил приказ. Именно так. По-другому все, что говорил ему Халид, назвать нельзя. Это марионетка. Его даже унизительно просить.