Бракованная попаданка или истинная для Верховного - Песцова Любовь

— Зачем тебе эта книга?

— А я любознательная.

— Мне казалось, что ты швея.

— Одно другому не мешает. Я многозадачная.

Повисла пауза. С одной стороны, местная швея не должна знать таких слов, как многозадачность. С другой, он сам виноват! Все еще держал мою руку, разглядывая то ли книгу, то ли оливковые венки под тонкой кожей запястья.

— И что же тебя интересует?

Этот вопрос он задал так неожиданно, что я вообще не поняла, о чем он говорит. И когда Реймонд понял, что сигнал потерян, решил пояснить для особо одаренных:

— О драконах. Спрашивай, я отвечу.

— Правда? — спросила я.

— Да.

— Что ж…

Мысли разбегались, и я не знала, что хочу спросить первым. И нужно ли спрашивать. На языке вертелся вопрос о том, почему он продолжает держать меня за руку. Но задавать его казалось верхом глупости.

Сердце уже билось где-то в горле, а ушам было подозрительно жарко. Хорошо, что они скрыты волосами.

Но разрывать это странное прикосновение я не торопилась. Наверное потому, что последние мозги растеряла.

А еще я не собиралась отказываться от ответов, которые мне любезно предлагают. Эх, мало мы с Адалин на облачках пообщались. Надо было из нее больше информации вытрясти, чтобы не приходилось сейчас трясти Реймонда.

— Я несколько раз слышала, что драконы не живут без крыльев. Но не понимаю почему. Я уже несколько книг прочитала, но ничего не нашла.

— И не найдешь. Этого нет в книгах.

Замечательно. Первый же вопрос попал в какую-то секретную драконью информацию.

Мастерство не пропьешь!

— Что ж, раз это тайна, постараюсь выкинуть из головы.

— Это не тайна. Кто надо знает об этом. Но это действительно не разглашается лишний раз. Незачем. И я очень удивлен, что ты вообще смогла узнать о чем-то подобном.

— Я же говорила, что любопытная.

— Говорила, — задумчиво протянул Реймонд.

Синие глаза изучали меня, как будто препарируя прямо здесь, на оживленной улице.

У меня от этого взгляда даже все язвительные комментарии как-то пропали из головы. Его пальцы на моем запястье шевельнулись, как будто огладив кожу. А может мне просто показалось.

Но вдруг наваждение разрушилось. Реймонд поморщился, отпустил меня и шагнул в сторону, оглядываясь назад.

К нам со всех ног бежал какой-то мужчина в похожей мантии. Наверняка, коллега. Хотя, учитывая, что эта шишка у нас из Верховных, скорее подчиненный.

— Кажется, тебя потеряли, — сказала я очевидное.

— Я убью Демиана. Он все же приставил ко мне няньку.

Это было сказано настолько тихим шепотом, что человек не должен был услышать. Но я-то тоже ящерка. Хоть и бракованная. Я разобрала каждое слово.

— Если нужно сбежать от соглядатаев, я тебя прикрою, — пообещала я.

Он ухмыльнулся одним уголком губ. Наверное, это означало нет.

— Драконы не могут жить без второй ипостаси, — внезапно сказал он, не глядя на меня. — Если регулярно не превращаться, дракон умирает, а за ним и человеческое тело. Это как потерять половину души.

Выдав это, он развернулся и пошел навстречу своей новоприобретенной няньке. А я осталась осмысливать новую информацию, которая вызывала массу вопросов.

Например, о том, почему я еще жива?!

Глава 35

Путь до дома прошел в размышлениях. Учитывая то, что рассказал Реймонд, становилось понятно, почему умерла бедняжка Адалин.

Дело было вовсе не в воле к жизни. Не в том, что она хотела покоя, и прочая суицидальная чепуха.

Вместе со способностью ходить она потеряла возможность превращаться. Наверняка травма позвоночника поначалу требовала полной неподвижности.

Я вспомнила то время, когда я только очнулась в этом теле. Ну, ощущения были так себе. В основном только лежать и могла. Какие уж тут превращения.

У Адалин умерла вторая сущность. Ну, я так думала. По крайней мере, теория выглядит ничуть не хуже любой другой.

Вдруг вспомнилась фраза, которую я вычитала в другой книге. Драконы не живут в неволе.

И теперь я понимала почему. Как и причину, по которой драконов никогда не наказывали лишением свободы.

Я-то думала, что это из-за средневековых законов в стиле феодализма, где господа могли творить что угодно и отделаться максимум штрафом. Ан нет.

Любая тюрьма для них была подобна смертной казни.

Вот почему муженек так спокойно относился к тем вольностям, что я себе выпрашивала. Он же мне тоже тюрьму организовал!

Да, комфортную, но все же. Красавица Адалин попала в нее добровольно. Постепенно, исподволь ее помещали в изоляцию. Сначала информационную, потом социальную, а в конце и физическую.

Козел он, а не дракон! Ну это ж надо так девочку угробить.

Нет, мы с тобой еще встретимся, муженек. Как только я придумаю, как тебе отомстить.

Я вдруг остановилась как вкопанная.

Реймонд Хольт. Верховный судья. Начальник Шейна Роудса, что приезжал в поместье Адалин.

Знает ли о он схеме, которую провернул мой дорогой муж?

Если верить подслушанному разговору, то да.

И чхать он хотел на какую-то несчастную Адалин. С мужем и его подельником все решил, и справился. А я ведь только начала думать, что он не такой плохой человек.

Так стыдно стало, что многострадальные уши снова вспыхнули. Дожили, слюни начала пускать по местной большой шишке.

Даже слезы навернулись. Расчувствовалась, как последняя дура!

«Он дракон, милочка, а не человек», — подсказал внутренний голос.

Ну да, у них и мораль другая. Чего я ожидала? Что пойду, поплачусь новому знакомому, а он возьмет и решит все мои проблемы щелчком пальцев?

Так не бывает.

То, что он меня еще не прибил за все мои выпады в свой адрес и неформальное общение — уже говорит о его безграничном терпении и либерализме. Будь я в настоящем средневековье, меня бы давно как минимум выпороли на площади за такое. А тут ничего, терпят.

Но надеяться на что-то большее не стоит. Тем более посягать на разрушение наверняка прибыльной схемы.

Никогда не стоит вставать между мужчиной и его деньгами.

Это я усвоила еще в той, прошлой жизни. Бывали прецеденты. Один раз чуть в лес в нескольких пакетах не отправилась, потому что решила перейти дорогу одному милейшему джентльмену.

В общем, надежды на правосудие у меня не было.

Если Реймонд узнает, кто я такая, сдаст муженьку. В лучшем случае.

В худшем сам прибьет, чтобы я его в чем-то нехорошем не обвинила. Например, в преступном сговоре с целью получения наследства бедняжки Адалин.

Со злости я решила прогуляться и отправилась в свой личный вариант психотерапии. На рынок в ряды с тканями. Тем более мне нужно было основательно закупиться для преображения Лили.

Но зайдя в нужные ряды, я начала думать о том, что и мне неплохо было бы еще что-нибудь к гардеробу прибавить.

Нет, Вика, спокойно. Не стоит транжирить деньги, они и так разлетаются с предельной скоростью.

Лучше купить вот этот черный шелк для Лили. Да, она и так ходила в своей монашеской одежде, на которой не было ни одной яркой нитки. Но черный можно носить по-разному.

К тому же, мне казалось, что более яркие цвета для нее самой будут очень некомфортными. Ко всему нужно привыкать постепенно.

Пока будем брать не цветом, а качеством ткани и фасоном.

***

Проведя на рынке добрых два часа, я решила пройтись до дома пешком, а не нанимать кэб. И сэкономлю, и ноги разомну.

Мне казалось, что мое состояние постепенно все же улучшается.

Да, мне все еще требовалась трость, но ситуация была уже не настолько удручающей как когда я приехала в столицу.

Я могла идти дольше, стоять на левой ноге увереннее.

В общем, мне хотелось смотреть в будущее с оптимизмом.

Кто знает, может быть когда-нибудь я вообще смогу ходить как раньше. Без трости, без боли. Может быть, это снова станет так же легко, как дышать.

Эх, как же мы не ценим самое дорогое, что у нас есть. Здоровье. Даже не обращаем на него внимания. И только когда случается беда понимаем, что все было поправимо. Кроме этого.