Последний Охотник на Магов. Том 3 - Алексей Аржанов

произойти кое-что, что навсегда изменит наш мир. А проиграем мы или нет — зависит от многих факторов. В том числе и от тебя.

— Я и так знаю, что от меня много что зависит. И в стороне стоять не буду, что бы ни случилось с этим миром, — сказал я. — Но не нужно строить на меня планы, не спросив меня перед этим.

Отец замолчал. Было видно, что он разрывался между попыткой сохранить со мной хорошие отношения и долгом, который кто-то на него взвалил.

— Ладно, отец, — решил подытожить я. — Даю тебе время подумать. Я очень рассчитываю, что через два-три дня ты сможешь дать мне внятный ответ. Если хочешь, чтобы я участвовал в твоём плане, мне нужно знать, что происходит. В противном случае я буду намеренно вставлять тебе палки в колёса. Я всегда делаю всё по-своему. И всегда достигаю своих целей. Думаю, это ты уже и так понял.

Закончив свой монолог, я покинул аудиторию. Но моё расследование на этом не было окончено. После занятий я направился в штаб Светлого Дня. Мне предстоял ещё один непростой разговор.

Александру Пересветову наверняка многое известно о произошедшем с его отцом. И уж кто, как не он, точно знает о надвигающихся опасностях, что грозят нашему миру.

Я спустился в метро и заскочил в поезд.

— Стой! Подожди! — тяжело дыша, кричала девушка с перрона.

Я на автомате схватился за двери и отключил магию гравитации, которая заставляла их закрыться. В вагон тут же влетела Анастасия Антарктьева.

— Ох, — выдохнула она. — Спасибо большое, Владимир…

— Какая встреча! — улыбнулся я. — Уж думал, ты не скоро отойдёшь после той схватки на Сенной площади.

Двери вагона закрылись, и магический поезд тронулся с места.

— Как это — не отойду? — обиженно воскликнула Анастасия. — Я еду в штаб Светлого дня! Мне нужны новые задания! Я хочу дальше бороться с фобами и Тёмным Миром!

Антарктьева была полна эмоций, как никогда. Всё-таки убийство её личного фоба сильно повлияло на девушку. Невооружённым глазом было заметно, как изменился характер Анастасии. Мне оставалось только радоваться за неё.

В поезде было относительно свободно и нам даже удалось присесть.

— Рад, что тебе полегчало, — сказал я. — Мы с твоим отцом… Хорошо поговорили.

— Не надо, Владимир, — помотала головой Анастасия. — Я всё знаю.

— В каком смысле? — не понял я.

— Отец мне всё рассказал, — заявила она.

Вот только этого не хватало. Не мог же он сообщить дочери о том, что держал её монстрообразную мать целых восемнадцать лет в своём подвале!

— Позволь поинтересоваться, и что же он тебе рассказал? — аккуратно спросил я.

— Папа сказал, что теперь ты глава нашего рода! — воскликнула она, как-то по-детски обрадовавшись озвученному факту. — Он сказал, что вы с ним хорошо поговорили и решили объединиться.

Обошлось, Григорию хватило ума не сообщать дочери шокирующей правды. Только, кажется, она всё равно ничего толком не поняла.

— Я не глава вашего рода, Настя, — поправил девушку я. — Я глава будущего клана. Твой отец поклялся подчиняться мне. В скором времени я создам собственный клан, получу титул князя, и тогда наши взаимоотношения узаконяться.

— Да-да, как-то так он и сказал! А я рада быть в твоём клане. Это уже звучит гораздо серьёзнее, чем наше студенческое объединение, — улыбнулась Анастасия и тут же смутилась. — А ещё… Папа сказал, что… Ты можешь взять меня в жены.

Приехали, ещё одна кандидатура!

Сначала Юрий Колокольцев предложил мне взять в жёны его сестру. Теперь ещё и Антарктьевы! В Российской Империи точно запрещено многожёнство? А то я тут уже целый гарем соберу скоро. Не создал в прошлой жизни собственной семьи, так создам в этой! Штук пять. Осталось только у Виктора Мясникова выбить одобрение на свадьбу с Марией. Разумеется, силой.

Ладно, шутки шутками, а решения о моей помолвке надо уже пресекать. Уж больно много людей начали решать за меня, как мне стоит планировать свою личную жизнь.

А я привык сам принимать решения.

— Я об этом обязательно подумаю, Настя, — вежливо улыбнулся я и решил перевести тему. — Так ты правда готова продолжить борьбу с фобами? Честно говоря, я был уверен, что ты после произошедшего откажешься от этой затеи.

— Нет! Я решила продолжать. После победы над самой собой мне стало куда проще жить. Я впервые за долгое время проснулась и вдохнула полной грудью. Представляешь, Владимир, я даже эмоции свои, кажется, научилась контролировать! Утром я прочла грустную книгу и разрыдалась…

Анастасия выгнула губки так, будто вновь захотела заплакать. Ранее я не замечал за ней таких актёрских способностей.

— Но при этом никого не заморозила! — улыбнувшись, воскликнула она. — Эмоции больше надо мной не властны. Так что — держитесь, фобы!

Антарктьева сжала пальцы в кулачки и грозно взмахнула руками перед собой.

— Мы приехали, пойдём уже, — рассмеялся я. — Покажешь свой настрой Пересветову. Вот он обрадуется. Сразу даст тебе высший ранг.

Но я прекрасно понимал, что разговор с Александром Пересветовым предстоял непростой. Он только что потерял отца, и вряд ли убийцу уже нашли. Лишь я один обладаю истинной информацией о том, чем был убит Андрей Робертович.

Возможно, стоит сказать Александру о тёмной магии. Он парень толковый. Если поймёт меня, то обязательно использует эти факты для поимки преступника.

Мы с Анастасией вошли в главный штаб Светлого Дня и поднялись к кабинету Пересветова. Я постучался в дубовую дверь и услышал тихое «входите».

Я придержал воодушевлённую Анастасию за локоть и первым вошёл в кабинет.

— Добрый вечер, Александр, — кивнул я. — Мы с Анастасией Антарктьевой прибыли за заданиями.

— А… Белов? — тяжело вздохнул он. — Входи.

Александр Пересветов выглядел раздавленным. От привычной мне белоснежной улыбки не осталось и следа. Лучезарный молодой человек был убит горем.

— Настя, прошу, подожди в коридоре, — попросил я Антарктьеву. — Мне нужно поговорить с нашим начальником тет-а-тет.

— Хорошо, — кивнула Анастасия.

Я вошёл в кабинет Пересветова и запер за собой дверь.

— Новых заданий пока что нет, Владимир, — махнул рукой Пересветов. — Не хочу показаться грубым, но у меня сейчас совсем нет времени и сил для общения с тобой и Анастасией. Пожалуйста, изложи, что хотел и…

— Александр, я, как