Вдовий клуб - Дороти Кэннелл

– Миссис Хаскелл…

– Пожалуйста, просто Элли.

– Хорошо, Элли. Друзья зовут меня Тедди. От титула, как и от многих других несущественных мелочей, я отказалась много лет назад.

– Коротко и ясно, – весело встряла Наяда. – Тедди сделала ручкой родовому гнездышку, когда ее папаша-граф оставил всю капусту ее противному братцу Уолтеру, который взамен предложил ей пару фунтов в неделю на карманные расходы.

– Наяда, вы преувеличиваете, – мягко укорила ее Тедди.

– Ну хорошо, пусть будет двенадцать фунтов в неделю. Уолтер такой же жадина-говядина, как мой первый благоверный. Но все к лучшему, – Наяда ухмыльнулась. – Тедди очень предана моему Лео. Надо признаться, что сначала я решила подружиться с Другой Женщиной в жизни своего лапули только для того, чтобы они не гасили свет, засиживаясь вечерами за работой. Может, я и дурочка, но, поверьте, прекрасно поняла, что к чему, из общения с первым муженьком.

Анну явно покоробил подобный стриптиз. Она поправила свои темные локоны и заметила:

– Профессиональная репутация мистера Шельмуса всегда была безупречна.

Человек в Плаще направился в туалет. Наяда скрестила точеные ножки.

– Милая подруженька, когда девчушка вроде меня долго и мучительно забрасывает сети в надежде подцепить богатенького и спортивного муженька, то ей надо держать его подальше от прочих охотниц с гарпуном. А наша Тедди – очень интригующая женщина.

– У меня особый талант составлять судебные предписания, – улыбнулась Тедди, и лицо ее озарилось неуловимым очарованием.

Потянувшись через весь стол, Наяда отбросила в сторону прядь моих волос.

– А вы ужасно романтично выглядите, Элли. Вроде леди Годивы[4], только одетая. Вы не верите, что у Тедди была бурная жизнь?

Анна взглянула на меня, а я – на Тедди, которая снова превратилась в бесцветную мышку. Но Наяда разошлась не на шутку.

– Как по-вашему, что сделал братец Уолтер, став графом? Продал родовое гнездо этому докторишке Бордо (который сперва сдавал его в аренду, а потом превратил в психушку), а сам укатил во Францию со своей уродиной женой Вандой. И эта нахалка еще поделилась с Тедди своей радостью: мол, какая красота, что не надо больше тревожиться, а не женился ли на тебе твой благоверный исключительно ради звонкой монеты.

Налитая свинцом пауза. Вероятно, мои собеседницы по чистой случайности дружно отвели взгляды – надеюсь, они не вообразили, будто Бен женился на мне из-за денег… Да-да, они попросту любуются интерьером!

– Дамы созрели? – пробасила миссис Гуиннивер над моим ухом.

Я заказала бутерброд с камамбером.

– Ф-фу! – передернулась Наяда.

Вот именно. У меня не возникнет ни малейшего соблазна его съесть. Пока остальные заказывали, я рассматривала медные украшения для лошадиной сбруи, развешанные по стенам.

– Вот как получилось, – снова продолжила Наяда, – что Тедди выставили из дому с одним-единственным чемоданчиком и дипломом машинистки. Мало того, – Наяда постучала пальчиками по столу, – она еще и жертва несчастной любви!

– Ничего сенсационного в этом нет, – голос Тедди звучал еще скучнее, чем всегда. – Давайте лучше послушаем про роман со счастливым концом. Элли, как вы познакомились со своим мужем?

Все трое выжидательно уставились на меня.

– Нас познакомил общий друг.

– А-а-а, – разочарованно протянула Наяда. – Я-то думала, у вас было что-нибудь более романтическое. Тедди, а вы своего парня знали с колыбели, правда?

Молчание. Тедди снова мило улыбнулась, и Наяда сама ответила на свой вопрос:

– Товарищ детских игр! Намного старше, что, конечно же, интриговало… – Вернулась миссис Гуиннивер с тарелками. – Лето за летом Тедди не сводила влюбленных глаз с юного рыцаря, гонявшего в крикетных наколенниках по полю, усеянному лютиками. И что же сделал этот обалдуй, когда вырос? Женился на другой! – Наяда обняла Тедди за плечи. – А финал так просто душераздирающий. Годы спустя они встретились вновь, незадолго до того, как наша Тедди устроилась секретаршей к моему зайчику. Любовь вспыхнула с новой силой, но, как водится в нашем гнусном мире, он был все еще женат. Им пришлось растоптать свои чувства, разлука – вот удел влюбленных.

Все примолкли. Анна чуть приоткрыла рот, и я на миг испугалась, что она собирается запеть.

– Какая печальная история!

– Правда ведь? – обрадовалась Наяда. – Совсем как в книжках нашего Эдвина Дигби!

На сей раз тишина стала просто гнетущей. Я избегала смотреть на Тедди. Какой женщине понравится, если ее великую любовь сравнивают не с Шекспиром, а… Удивительное дело, но атмосфера за нашим столиком начала действовать и на остальных посетителей. Люди перестали разговаривать и уставились в окно.

Наяда хихикнула:

– Вы не удивляйтесь, что я такая начитанная. Хористки тоже читают. Я даже люблю такие стишата… ну, которые не рифмуются…

Уголком глаза я увидела, как один из посетителей подался к окну и отогнул занавеску. Так это вовсе не мы были предметом интереса! На площади что-то происходило. Я тоже попыталась выглянуть в окно, но Наяда требовательно дернула меня за рукав.

– Лео высмотрел меня с бельэтажа, когда я отплясывала в одной оперетке. Он так раскочегарился, что в театре пришлось отключить батареи. И если поразмыслить, не думаю, что я продешевила. Лео смазливый парниша, у меня чудненький дом, шикарные тряпки и побрякушки. – Сунув два пальца за вырез платья, она вытащила медальон. – Муженек, конечно, время от времени ворчит, мол, я его по миру пущу, но в карманчике у него всегда найдется бумажка-другая. Кроме того, у меня, как и у Тедди, есть работа. И очень даже роскошная…

Никто не откликнулся.

Миссис Гуиннивер вышла из-за стойки, все посетители столпились у окошка. Послышалось восклицание: «Что за дьявольщина?!» Снаружи раздался топот, потом крики.

Наяда оглянулась и пожала плечами.

– Я преподаю аэробику! Каждый четверг после обеда в церковном клубе Святого Ансельма, так что всегда к вашим услугам, Элли, дорогуша. Вы ведь потеряли столько килограммчиков, так что следует держать себя в форме!

Ненавижу это выражение! Что значит – потеряла? Я ведь не оставила их в автобусе, а заморила их голодом до смерти, по сто грамм в неделю…

Посетители «Темной лошадки» дружной гурьбой бросились к дверям. Все, кроме Человека в Плаще. Он стоял у стойки бара, спиной ко мне… Что-то в его силуэте показалось мне удивительно знакомым. Я не могла шевельнуться, даже когда кто-то спросил, уж не банк ли Ллойда ограбили. Зажмурившись, я живо представила, как стою поздней ночью в гостиной и вижу в темноте мужской силуэт перед камином.

Дверь пивнушки с грохотом распахнулась, чей-то голос перекрыл общий шум:

– Ужасное несчастье!.. Дом на капитальном ремонте… Половина чертова этажа рухнула. Говорят, его жена тут, пошла за покупками… Кто-нибудь ее видел?

Я забыла про Человека в Плаще. Ноги мои словно налились свинцом. Плотники же предупреждали, что пол чердака в «Абигайль» держится на честном слове…

Надеюсь, что Правление и достопочтенный Президент примут во внимание, что я без всякой критики довожу до вашего сведения претензию миссис Ширли Шиззи, будто Вдовий Клуб не дает ей никакой возможности вступить в наши ряды. Будучи ее поручителем, я объяснила ей, что некоторые наглые типы цепляются за жизнь с непозволительным упрямством.

Я попыталась поднять ей настроение старой поговоркой, что Бог любит троицу. Но мне кажется, что миссис Шиззи нуждается в особой моральной поддержке. Поэтому я вношу предложение в виде исключения разрешить ей участвовать в деятельности нашего Клуба. Автобусная экскурсия в Скегнесс принесет ей огромную пользу.

С уважением

Мэйбл Смит-Вессон.

Пометка Киттис Порридж, секретаря-протоколиста:

Правление отклонило предложение, но в знак солидарности послало миссис Шиззи корзину фруктов.

Глава XII

– Жертвой несчастного случая стал, разумеется, не Бен и не кузен Фредерик, – удовлетворенно сказала Гиацинта, – а этот котище девять жизней, мистер Вернон Шиззи. Он отправился поглядеть на дом, который по плану должны были снести. Насколько я поняла, при падении мистер Шиззи сломал только пару ребер.

– По словам его секретарши, как писали в «Оратор дейли», кто-то позвонил ему и сообщил, что муниципалитет колеблется относительно сноса. Если мистеру Шиззи повезет, он сможет выкупить дом по дешевке. Гиацинта разделила слипшиеся листки блокнота.

– А где была его жена?

– Делала прическу у Сидни, но, говорят, она довольно часто забегала в «Темную лошадку». Они с миссис Гуиннивер – большие приятельницы.

– Меня интересует Человек в Плаще. – Примула поправила шаль на узких плечиках. – Очень неумно с его стороны торчать на виду, но мужчины лишены нашего таланта перевоплощения…